Все: Порно рассказы

Доктор Айболит лечил зверей. Этот — «исправлял» людей. Он превращал своевольных девушек в послушных питомцев. Сначала — ксилазин и паралич. Потом — ошейник и хлыст. Затем — принуждение к оргазму и анальный хвост как печать собственности. Его метод безупречен. Но он не учёл одного: даже сломанное животное может вести свою летопись. Одним движением пальца. Шаг за шагом. Пока не кончится терпение... или места на коже для новых шрамов...

Одной щели в двери было достаточно, чтобы его мир треснул. Сёстры всегда были близки. Но в ту ночь, подслушав шёпот из спальни, Саша стал свидетелем новой, пугающей формы их близости. Чтобы выжечь тоску ревности, одна сестра предлагает другой не слова утешения, а язык и плоть. А он, затаив дыхание, наблюдает — и сам становится следующей мишенью в этой игре без правил...

Ванная комната превращается в алтарь их падения. Здесь нет места для нежности — только жажда, боль и вода, смешанные с потом и спермой. Кирилл и Алина переступают последнюю черту, и их тела говорят громче любых слов. Но каждая капля влаги, каждый стон, каждый спазм оставляют улики — на коже, на кафеле, в воздухе...

Это не просто кульминация — это обвал. Алина и Кирилл, чья связь начиналась с робких прикосновений и игр, теперь сталкиваются с последствиями. Одна забытая упаковка от презерватива, найденная матерью, разрушает их мир. Родители узнают правду, и их реакция становится последним гвоздём в гроб их прежней жизни...

Приветствую вас, Земляне! Разрешите представить вашему вниманию небольшой автобиографический рассказ, написанный в стиле «магический реализм». Он про наше с вами тёмное прошлое и про скорое светлое будущее. Предупреждение для особо чувствительных: присутствуют сцены секса между людьми и демонами. Посвящается всем девушкам с большой грудью.

Я сам подложил свою жену Дашеньку под старшего мастера — брутального, волосатого быка с бурым великаном между ног. И пока он грубо долбил ее раскаленную пизду, я стоял на коленях и держал ее распахнутой для него. Это грязная , но честная история нашей Любви.

Две студентки делятся неожиданными секретами

Когда вы знакомитесь в интернете, какова вероятность того, что вы встретитесь? А вот это уже зависит от вас самих..

Замкнутое пространство, терпкий запах мандаринов и двое, которым некуда идти. Кирилл и Алина начинают опасную игру со скукой, не замечая, как родственная привязанность переплавляется в темное, тягучее желание. История одного падения в декорациях пост-новогоднего Петербурга. Чувственно, на грани фола, без цензуры чувств.

Отец смывает с себя смену. Дочь смывает с себя детство. Их тела становятся единственным словарём, в котором они могут найти новые слова. Слова, которые нельзя произнести вслух...

Провинциальный городок, застывший в девяностых. Два брата, разгорячённые летней скукой и юношеской тоской, чья жизнь течёт по предсказуемым улицам от гаража до реки. Их мир — это запах скошенной травы и приставка «Денди». Всё меняется с появлением Юли, сводной сестры из другого мира, который начинается за пределами их тихого Эмска. Она привозит с собой не просто московские привычки, а новые, тревожащие душу мысли о свободе. Под тёплым солнцем лета разворачивается тихая, отчаянная битва за её внимание, за её улыбку, за право быть тем, кто подарит ей что-то настоящее. А она, будто мудрая и опасная фея, ведёт свою игру, постепенно стирая границы и даря братьям ту ослепительную и пугающую свободу, о которой они лишь смутно догадывались.

В новогоднюю ночь очень сложно понять, где сон, а где явь. Так может и не стоит пытаться?

Месть имеет вкус соли, молодой кожи и виски. Она вошла в номер 303, чтобы похоронить брак. Он вошёл туда, чтобы потерять невинность. Их встреча — не случайность, а ритуал. Жена, преданная мужем, и бармен-девственник с телом греческого бога...

Однажды, в спальне замужней пары. Всё, что годами копилось под слоем приличий — тёмные фантазии, жажда власти, голод по острым ощущениям — вырвалось на свободу. Началось с покорности. Продолжилось унижением. Закончилось тем, что их брак уже никогда не будет прежним...

В каждом человеке живёт тень. Она дремлет в укромных уголках души, питаясь невысказанными желаниями и запретными мыслями. Мы строим стены приличий, натягиваем на себя маски обыденности, запираем тень на тяжёлый замок. Но иногда — в полумраке доверительного вечера, под шёпот одинокого вина, в молчаливом ожидании за закрытой дверью — замок скрипит. Это история о том, как скрипнул один такой замок. История не о любви — о жажде. Не о страсти — о власти. Не о близости — о вторжении. Это история о треугольнике, стороны которого — одиночество, наглость и слепая доверчивость, выданная за желание. Алиса. Хозяйка дома, мать взрослого сына, женщина, в глазах которой ещё теплился огонёк, давно забытый ею самой. Её дом был уютной крепостью, а она — его хранительницей. До того вечера. Макс. Друг сына, частый гость, человек с взглядом, умеющим находить трещины в самых прочных стенах. Он принёс с собой не просто алкоголь — он принёс искру. Дима. Сын. Тот, для кого этот дом был безопасной гаванью. Тот, кто должен был вернуться позже. И один декабрьский вечер, который начался с невинного предложения составить компанию за бокалом вина, а закончился… закончился там, где стирается грань между пороком и предательством, где тело становится не храмом, а ареной, а доверие превращается в верёвку, впивающуюся в кожу. Это история о том, как легко поджечь мост, если играть с огнём в доме, полном сухой хвои. И как холодно бывает в эпицентре сгоревших иллюзий, когда огни гаснут, а на полу остаётся лишь блеск разбитых шаров и тихий стыд голой правды.

А что, если дать жене изменить? Осознанно. Ради того, чтобы посмотреть... Саша, мужчина, который предпочёл не спасать брак, а снять на камеру его агонию. Потому что роль зрителя в первом ряду оказалась единственной, где он больше не был скучным...

Семейный отпуск в лесу должен был стать глотком свежего воздуха. Он стал последней чертой. Когда тонкая перегородка в палатке — единственное, что отделяет приличия от животного начала, а звуки родительской страсти становятся саундтреком к греху брата и сестры...

Кристианс и Эстере привезли Аэлиту в Ригу, дабы продемонстрировать её на выставке технических достижений. Однако Аэлита, одетая в эротическое бельё, удрала с выставки и прямо в таком виде устроила пробег по улицам латвийской столицы.

Маша приехала в дом к родителям жениха, а попала в ловушку. Хозяин дома — мужчина, чья власть ощущается в каждом жесте, в каждом взгляде. Он наблюдает. Он изучает. И однажды ночью, когда дом погрузится в сон, он предъявит свои права. Без спроса. Без жалости. Заставит её узнать правду о себе самой — правду, скрытую под слоем страха, правду, которая горяча и беспощадна...

Героиня рассказа выиграла пари у мужа и теперь откровенно мстит ему за свое былое унижение. У нее хорошая эротическая фантазия и ее месть оказалась изощренной.

Они пропустили его день рождения. Забыли за своей работой и капризными клиентами. А он молчал, продолжая быть их фундаментом, их безопасным коконом в агрессивном мире. Но тайное стало явным. Теперь Ольга и Марина чувствуют долг. И они собираются его вернуть.

Его ипотека висела дамокловым мечом, а желание — грязным секретом. Чтобы решить обе проблемы, ему нужна была лишь одна сделка. Сделка, где его жена станет разменной монетой в постели начальника. Он предложил. Она — согласилась. А он — кончил, слушая подробности...

Удирая от полиции, роботесса Аэлита забежала в гаражный кооператив. И надо же такому случиться, что именно там она встретилась со своим живым двойником.

Бросив скучный фильм на середине, Алекс и Катя после продолжили заниматься друг другом - уже в спальне

Муж, не способный на близость, находит гениальное и чудовищное решение: отдать свою роскошную жену в руки другого мужчины, а самому — стать режиссёром её падения. Южная ночь, влажный бриз и договор, скреплённый не клятвами, а спермой чужака. Кто кого использовал в этой игре? И где грань между унижением и абсолютной властью?

Деревня. Глубокая зима. Муж в отъезде. Стук в дверь. Он вошёл, принеся с собой запах бурана, конского пота и немытой мужской силы. Он назвался гостем. Вёл себя как хозяин. И преподал её телу урок, о котором её муж даже не догадывался. К утру он ушёл. А она осталась — с синяками на бёдрах, с горьким семенем в утробе и с новой, ледяной свободой в глазах. Она теперь знала цену теплу и цену молчания. И была готова платить...

Он разрешил другому мужчине войти в свою жену. Теперь этот мужчина хочет войти в него самого...

Мое знакомство с миром магии. Оборотней. Инквизиции, колдовства . С сумеречным миром.

Лаура сама себя поймала: верёвки, наручники, кляп, повязка — всё затянуто так, что не выбраться. Ножницы на полу, письмо на тумбочке: «Свяжите крепче и используйте как шлюху». Часы в полной беспомощности, пот, дрожь, фантазии о чужих руках. Дверь открылась. Джо вошла, прочитала, улыбнулась. Теперь Лаура — её вещь. Сколько она выдержит, прежде чем сломается от удовольствия или боли — или взлетит туда, откуда нет возврата.

Анна получила чёрный конверт с компроматом и пошла сама — в подвал, под камеру, в латекс. Кляп раздулся во рту, руки сомкнуты за спиной до онемения, тело запаковано в блестящий кокон без единого шва. Игрушки внутри работают часами на грани, он считает подходы к оргазму и останавливает каждый раз. Она ломается, просит, но получает только туже кляп и скотч. Дверь закрывается. Ночь длинная, а завтра — новый адрес и новая упаковка. Сколько она выдержит?