А что, если экран твоего телефона - это дверь в клетку, где каждое уведомление удар хлыста по желаниям? Ане, восемнадцатилетней девчонке с окраины, где лето душно от одиночества, достаточно одного клика и "приложение" врывается в её жизнь, шепча "идеи для блаженства": от лёгкого скольжения шарфа по мурашкам бёдер к вибрациям, что рвут тело на части, латексным путам, пробкам, впивающимся в тайные дырочки, и оргазмам, что жгут, как яд, балансируя на лезвии боли. Но один отказ всего одно "нет" публичному вызову и машина оживает: пояс верности с GPS-ошейником впивается в плоть, синхронизируя стоны с таймерами, анонимными "лайками" и пульсирующими толчками в киске, попке, горле. В парке, под чужими взглядами, каждый шаг хлюпает соками предательства, а приложение пишет: "Ты моя навек". Эротический лабиринт: от невинной искры к цепям, где подчинение единственный ключ к пику. Нажмёшь ли ты "установить" зная, что выхода не будет?

Молодые супруги которым приелся обычный секс начинают пробовать что-то новое

Парни! А вам приходилось бывать в женском отделении общественного туалета? Именно там Андрею посчастливилось встретить парнишку, с которым он...

Обычное родительское собрание. Обычная спортивная семейная эстафета «Папа, мама, я — спортивная семья». Две семьи — Козловы и Балбачану — объединяются, чтобы достойно представить школу. Подготовка, баня… Казалось бы, ничего особенного. Но иногда тесное общение, пар и откровенные разговоры пробуждают в людях то, о чём они даже не подозревали. Где проходит граница между «мы просто друзья» и «мы уже не можем остановиться»? И стоит ли её соблюдать, когда всё тело горит, а соперники становятся гораздо ближе, чем планировалось?

Жена и муж дошли до групповых встреч и парней для этого они нашли самых подходящих

Пять лет поисков идеального анального оргазма и наконец он нашел раклему "кресло которое горантирует анальный оргазм" и вот оно доводит его до 11-минутной волны, где он кончает не касаясь члена, тело выгибается дугой, а сперма льётся ручьём. Он в раю… пока Аня не заходит и не видит его голым, пристёгнутым и дрожащим. Вместо шока улыбка. Она надевает ему кляп, берёт голосовое управление и до утра мучает его: глубокие толчки, вибрация точно в простату, эджинг до слёз, потом разрешение и снова. Он тонет в бесконечных волнах, слёзы текут, а она гладит по голове и шепчет: «Теперь ты мой, навсегда».

Анна узнала, что ее влиятельный муж уходит к молодой любовнице, но у Анны есть план.

Она была совершенной ледяной крепостью. Её взгляд — запрет, её поза — приговор. Я решил её взять. Штурмом. Я вошёл в неё, ломая всё на своём пути, думая, что одержал победу. Я не понял, что стал всего лишь орудием в её руках. Орудием для её саморазрушения. А когда крепость пала, внутри не оказалось ничего. Только пустота, в которой растворились мы оба...

Папа, скажи мне. Когда ты видишь меня такой... ты хочешь меня? Простой вопрос, от которого рушится вселенная. Самый твёрдый запрет цивилизации встречается с самым древним языком тела. Кто здесь жертва, а кто — палач? Где проходит граница между любовью и желанием, и что сильнее — наша мораль или наша биология?

Он отправил свою жену к спящему другу. В три часа ночи. В кружевах, сквозь которые видно всё. И велел ей вернуться с подробным отчётом...

Иногда дорога кажется пройденной, а опасность оставшейся позади. Именно в такие моменты мир чаще всего вспоминает о тебе. Первый шаг по спокойной тропе может стать последним, а привычный страх — роскошью, о которой ещё предстоит пожалеть.

Введение: Мир и его герои Добро пожаловать в мир, где страсть — опасная игра, а рутина брака и быта — лишь тонкий фасад, скрывающий бушующие под ним инстинкты. Это история о запретном влечении, о власти и подчинении, о риске, который становится самым сильным наркотиком. История, где у каждого есть своя роль, своя тайна и свои слабости.

Двое суток до Владивостока. Сосед по купе — подвыпивший мужик и его жена с глазами побитой собаки. Саша не собирался спать на своей боковушке. Он сел за стол, налил и стал ждать. Игорь пил за двоих, хвастался женой и хлопал её по коленке. А Алла смотрела в окно и чувствовала на себе взгляд, от которого намокало бельё. Ночь только начиналась, а храп Игоря обещал быть громким...

Пятьдесят лет. Сытый вечер. Жена и сын рядом. А напротив сидит Маша — та, ради которой стоит снова почувствовать себя самцом. Она боится. Она молчит. Она думает, что это просто ужин с родителями жениха. Но я уже знаю, чем кончится наша поездка. Она узнает через час...

Как же приятно оказаться наконец в родном доме и увидеть папулю)

В моей компании мы делимся всем, — сказал он, задирая ей юбку при друге. И она согласилась. Сначала ртом, потом попкой, потом своей душой, которая умерла где-то между двух членов. А полтора месяца спустя она уже выбирала новые трусики для встречи с Колей. Ради него. Ради любви...

Она сидела напротив в коротком топике, раздвинув ноги чуть шире, чем следовало. Я видел кружево ее трусиков, видел, как темнеет ткань от возбуждения. Я сжимал член через штаны и молился, чтобы она не заметила. Она заметила. — Пап, ты хочешь меня? — спросила она, запуская пальцы в себя. Я не мог соврать.

Растерянная Анна избегает сына, но тот, испытывая тревогу и боль, стремится к объяснениям. В конце концов, Анна идёт на примирение, а их чувства заставляют забыть обо всём. Скрывая связь от мужа, они сближаются каждый день в интимных местах дома, испытывая эйфорию. Вечерами они встречаются в темноте комнаты, под луной, для страстных минетов. Их связь становится неотразимой.

Почти вся дорога от Парижа до Бреста прошла во сне. Прибыв к месту окончания путешествия, Андрей снимает номер в гостинице, где ребятишки устраивают прощальный секс, после чего расходятся по своим вагонам. Похоже, что дальнейшая дорога юных любовников будет не менее интересной...

Сергей уехал на две недели. Как только за ним закрылась дверь, Катя поняла - теперь всё будет по-другому. Две недели она будет принадлежать только своему сыну. Две недели Костя сможет трахать свою мать когда захочет: жёстко, глубоко и без презерватива. Две недели она будет сосать ему по утрам и ложиться спать с его спермой внутри. Она больше не притворялась.

Настя раскрепостилась полностью. Каждый встречный мужчина не уйдет от нее пока не трахнет

Ей было девятнадцать. Она спала в комнате за стеной. Я слушала, как мой муж открывает дверь в её комнату. Он входил туда каждую неделю. Она не кричала. Она просто смотрела в стену. А я стояла за дверью и трогала себя, пока он кончал в мою дочь. Теперь у меня есть муж, который меня презирает. Дочь, которая меня ненавидит. И дом, в котором мы продолжаем завтракать каждое утро...

Предпоследний рассказ из цикла «Наш секс до…». Ночные образы моих партнёров и партнёрш в букете моих фантазий.

Это первая часть последнего рассказа в цикле «Наш секс до…» Всего будет несколько частей. И разговор в них пойдёт о Ларисе - той самой девушке из электрички.

Красавице Оксане удалось попасть туда, где расслабляются сильные мира сего. Встретиться лицом к лицу с теми, кого знает весь мир - и даже с теми, про кого этот мир не знает ничего, но, тем не менее, вертится по щелчку именно их пальцев. И удовлетворить их самые извращённые желания. По мотивам комикса "Jimmy" неизвестного автора.

История другой девушки, попавшей в самую настоящую восточную сказку. Шейхи, дворцы, золото, евнухи... Но есть одна тёмная сторона: женщина в этой сказке имеет ровно такое же положение, как лошадь или овца. И мужчина может распорядиться ею точно так же, как и любым другим животным в своём хозяйстве. По мотивам комикса "Arbitrae" неизвестного автора.

«Лена yчилась на четвеpтом кypсе экономического факyльтета МГУ и сpеди однокypсников слыла девyшкой с большими стpанностями. Hи паpни, ни девyшки не могли никак понять, а как она, собственно, вообще относится к пpотивоположномy полy. Ее однокypсники находились в таком возpасте, когда вопpосы секса чpезвычайно начинали их волновать... Hекотоpые - в особенности - мальчики - yже yспели потеpять девственность, дpyгие (и мальчики, и девyшки) - мечтали ее потеpять, тpетьи (чаще всего девyшки) все же ин»

«Я сижу и жду... Чего я жду? Когда ты приедешь домой, я смогу позвонить тебе... Зачем? Опять смогу слышать твой голос, чувствовать твое дыхание... Неужели мне это надо? Да, и я уже не могу без этого... Я сижу, слушаю чей-то плач под музыку - это то, что мне хочется сейчас слышать... Бред... Я сижу, уткнув лицо в ладони... Ладони пахнут тобой, и от этого приятно и еще больнее... Я устал, очень устал, чего я хочу? Я знаю, чего, но не могу этого сделать... Вот и теперь - сижу и проклинаю себя за сво»

«Салли ехала по шоссе, опаздывая, как всегда, на ленч. Стрелка спидометра перешла отметку 80 миль в час и медленно двигалась дальше. "Hадеюсь, что здесь нет полици,. - думала Салли, - "Я и так, черт побери, плачу столько штрафов, что, вероятно, одна содержу всю полицию!". Салли посмотрела на часы и поняла, что безнадежно опаздывает...»

«- Что, мы так и будем сидеть, как пионеры? - услышала Анна голос Гунара. Фразу, которая вертелась у нее на языке она не произнесла, зная, что повторить ее не сможет, выдавливать же ее при включенной музыке не имело смысла, так как он мог и не услышать ее.»