Игорь смотрел на своего друга и видел как тот сохнет по молодому телу его дочери, как его взгляд липнет к каждому изгибу, как член встаёт, когда она проходит мимо. Игорь не ревновал. Игорь смотрел и улыбался. Потому что у него был план. Он заставил Сашу раздеться. Он заставил дочь встать на колени. А потом включил запись на телефоне...

Она шла домой. Как всегда. Поздно. Он ждал её. Каждый вечер. Он видел в ней не человека, а тело — красивую, желанную плоть, которую нужно завоевать и сломать. Эта ночь навсегда разделила её жизнь на «до» и «после». Но путь от жертвы к выжившей только начинается.

Когда тебе восемнадцать, ты думаешь, что самое страшное в жизни — не сдать сессию или поссориться с подругой. Ты не думаешь, что отец может войти в комнату, пока ты спишь. Не думаешь, что его руки будут на твоем теле. Не думаешь, что будешь смотреть в потолок и чувствовать, как рушится весь мир...

Александр решил устроить себе и своей беременной жене Маше опасную эротическую игру. Но игра быстро вышла из-под контроля. Маша с головой окунулась в роль, найдя в себе неутолимую похоть и жажду унижения мужа. Теперь ему предстоит не просто наблюдать за тем, как другой мужчина наслаждается его женой, а сделать самый унизительный и порочный выбор в своей жизни. Готов ли он стать частью их игры навсегда?

Она не хотела этого. Не планировала. Не мечтала. Но когда Алекс подошёл к ней слишком близко, её тело ответило ему, даже когда разум кричал «нет».

Она знала, что это грех. Знала, что мир сгорит в огне, если кто-то узнает. Но когда пальцы отца скользнули по её коже, — Клара поняла: она продаст душу дьяволу, лишь бы эти руки никогда её не отпускали.

Александр, который живёт в уединённой хижине на краю леса. Однажды во время метели он находит в своем доме молодую девушку, принадлежащую к таинственной общине, о которой в деревне ходят жутковатые легенды. Это история о доверии, первых чувствах и столкновении двух миров — человеческого и того, что скрывается за Сосновым рубежом.

Семейный ужин закончен. Взрослый, 18-летний внук Ваня спит, оглушённый дедовой бражкой. Теперь настало время для настоящего "вечернего урока", который Николай Петрович вынашивал годами. Урок, где не будет слов — только тяжёлое дыхание, шёпот угроз, запах старческого тела и тотальный, физический террор. Старик не просто хочет обладать — он хочет владеть. Он хочет заставить тело внука отозваться на его прикосновения, заставить его руки служить себе, его рот — принять свою суть...

Он попросил её спасти его. Но цена оказалась выше, чем она думала. Она верила, что любовь — это жертва. Но не знала, что жертвой станет она сама. Она сделала это ради любви. Так как есть долг. И она - валюта.

Вике восемнадцать. Её отец умер пять лет назад. В их доме поселился "надёжный мужчина" — друг отца, тихий, заботливый, внимательный. Он учит её анатомии. На практике. Она считает трещины на обоях. Одна, две, три…

Она пришла в университет, чтобы учиться. Но он выбрал её для другого урока. Кристина — идеальная студентка: скромная, умная, незаметная. Но за её невинностью скрывается тело, созданное для греха, и страх, который можно превратить в желание. Он заметил её с первого взгляда. Понял, чего она боится. И решил показать ей, кем она является на самом деле.

Молодая женщина, опьянённая алкоголем и наркотиками, вываливается из клуба в холодную ночь. Её подбирает таксист на грязном «Форде» без опознавательных знаков. То, что начинается как поездка домой, быстро превращается в путешествие в самое сердце тьмы. В замкнутом пространстве салона начинает разворачиваться жестокая игра власти и подчинения...

Отец возвращается ночью и застаёт восемнадцатилетнюю дочь за тем, что она трахает себя в задницу вибратором. Вместо того чтобы уйти, он смотрит. Стыд превращается в голод. Через три дня она приходит к нему сама — голая, дрожащая, с одной просьбой...

Деревня. Глубокая зима. Муж в отъезде. Стук в дверь. Он вошёл, принеся с собой запах бурана, конского пота и немытой мужской силы. Он назвался гостем. Вёл себя как хозяин. И преподал её телу урок, о котором её муж даже не догадывался. К утру он ушёл. А она осталась — с синяками на бёдрах, с горьким семенем в утробе и с новой, ледяной свободой в глазах. Она теперь знала цену теплу и цену молчания. И была готова платить...

Одна смена в VIP-палате. Один пациент, которому слишком скучно. То, что случилось за закрытой дверью, должно было остаться там навсегда. Но он не исчез. Сначала — сообщение. Потом — звонок. Потом — приказ. А когда она согласилась приехать в отель, то ещё не знала, что в номере её ждут двое...

Тренер Саша знает, чего хочет. Его команда, его правила, его мальчики. Когда мать Сережи просит перевести сына в основной состав, тренер соглашается - но с одним условием. Серёжа должен быть готов на всё. Артём, родной сын Саши, случайно видит то, чего видеть не должен. Но вместо того чтобы остановить отца, он обнаруживает в себе любопытство...

Боль может принимать самые уродливые формы, а спасение — приходить из самого пекла. Двое образованных, успешных людей, раздавленных потерей сына, сознательно ищут дно в чужих телах и унижении, чтобы в его ледяной пустоте найти остатки друг друга...

Мне сорок пять. Жена храпит в спальне, на столе — остатки оливье и початая "Столичная". Всё как всегда. Но сегодня из общежития приехала дочь. Ира. Девятнадцать лет. Она входит с мороза, обнимает меня, и я вдыхаю её запах — мороз, духи, молодая кожа. Я смотрю на неё и понимаю: всё, что было "нельзя", сегодня станет "можно". Потому что её тело создано для того, чтобы я его взял. И я возьму. Прямо сейчас. Пока жена спит за стеной...

Москва, зима 2008-го. Холод выдавливает из людей последнее тепло, а долги — из квартир. Алле под сорок, у неё двое детей, пустой холодильник и муж-алкаш. Чтобы купить детям сапоги и оплатить квартиру, она готова на всё. Даже торговать дешёвым ширпотребом на Черкизовском рынке, где хозяин смотрит на неё не как на работницу, а как на товар...

Они снимали для портфолио. Кадр за кадром. Позу за позой. Слой за слоем. Пока от Маши не осталась только идеальная, выверенная пустота — главный хит сезона в их платном чате. Художественный проект по деконструкции невинности вышел за рамки искусства.

Она была его матерью. Он был её сыном. В этом купе не было места стыду — только духоте, коньяку и двум незнакомцам, которые знали, чего хотят. Когда Алла задрала платье перед чужими мужиками, Саша думал, что хуже быть не может. Он ошибался. Настоящий ад начался, когда дверь закрылась, и он остался один на один с человеком, который назвал его "хорошим мальчиком". История о том, как за одну ночь умирает Саша и рождается Саня.

Восемнадцатый день рождения Саши проходит в одной комнате — гостиной, спальне родителей и его углу за шифоньером. Воздух спёртый, от водки и пота. Отец спит. Мать пьяна. А сам Саша стоит на краю. На краю взрослой жизни и на краю пропасти, в которую ему предстоит шагнуть...

Ваня, коллега Саши, с первого взгляда понимает, какие струны задёргать в этой образцовой паре. Однажды вечером, под аккомпанемент похабных анекдотов и красного вина, он начинает опасную игру. Его цель — не просто соблазнить Машу. Его цель — заставить её мужа смотреть. И Саша смотрит. Молча. Потому что в этом немом соучастии скрывается странное, извращённое облегчение от того, что кто-то другой наконец взял на себя бремя быть "настоящим мужчиной".

Старенькая изба, остывающая печь и широкая семейная кровать, на которой по традиции спят бабушка, её взрослый сын и юный внук. Но ночью привычка обнажает свой истинный, чудовищный лик. Три тела сплетаются в тугой и ядовитый узел, где роли бабушки, матери и сына стираются, уступая место ненасытной, тёмной жажде...

Отец с дочерью приходят к остеопату с нестандартными методами лечения в третий раз и встречают там других пациентов, тоже отца с дочерью девственницей...

Тридцать пять лет. Женат, бездетный, злой. Он приехал к родителям на ужин. Мать налила коньяк, отец лёг спать. В коридоре, в темноте, она опустилась на колени и взяла в рот его член. Член её сына. А он — её волосатую, старую, мокрую пизду лизал, пока она не нассала ему в рот. Добро пожаловать домой.

Каждую ночь я просыпаюсь в четыре. Смотрю, как спит моя мать. Нюхаю ее трусы. А когда папа засыпает — залезаю под ее одеяло...

Они снимали для портфолио. Кадр за кадром. Позу за позой. Слой за слоем. Пока от Маши не осталась только идеальная, выверенная пустота — главный хит сезона в их платном чате. Художественный проект по деконструкции невинности вышел за рамки искусства.

Юная девушка в платье в белый горошек заходит в цветочный магазин. Ей нужны розы для мамы. Продавец — улыбчивый, заботливый, "как папа". Он предлагает помочь. Дверь подсобки закрывается. Щеколда щёлкает...

Герой, захваченный навязчивой страстью к собственной матери, пересекает последнюю границу...