На дворе стоял тот особенный, липкий от грозового напряжения вечер, который бывает только в конце июня. Воздух в старой трешке, снятой на троих "для учёбы", был густым от запаха растаявшего дешёвого мороженого и пыли с книг.
Маша сидела посреди комнаты на подушке, поджав под себя миниатюрные, почти детские ноги в белых носках. На ней были простые короткие шорты и свободная футболка с котятами — её униформа невинности. Она смущённо перелистывала конспект по матанализу, время от времени взглядывая на своих друзей с детсадовской доверчивостью. Они были для неё опорой, почти братьями. Саша — высокий, угловатый, с пронзительным взглядом, который всё просчитывал. Ваня — коренастый, с мясистыми, сильными руками, мастер на все руки и главный генератор "безобидных" авантюр. С детства они были вместе, так же вместе поступили в один институт.
— Не понимаю эту теорему, — жалобно прошептала Маша, покусывая кончик карандаша. Её губы, пухлые и розовые, оставляли на дереве влажный след.