Платные: Порно рассказы

Чтобы убежать от реальности, Кристина меняет парней как перчатки. Но наступает лето, и она возвращается в родительский дом. Её ждут новые испытания - новые домогательства жены первого брата, а также недружелюбие девушки второго. Став случайной свидетельницей их секса, Кристина понимает, что становится ещё более беззащитной

Кира и Марк — элита «Золотой Лиги» приватного стриминга. Их тела — это многомиллионные Активы, их студия — храм цифрового разврата, а их жизнь — безупречный сценарий, где каждый стон выверен, а каждая капля пота работает на удержание аудитории. Но что происходит, когда идеальная глянцевая картинка разбивается о грубую физику реальности? Когда шпильки скользят по пролитому маслу, боль становится настоящей, а камера продолжает снимать?

«Чёрная жидкость из загадочной посылки не смывается и не стирается — она впитывается и становится второй, живой кожей. Сначала она нежно обнимает бёдра и ягодицы, потом учится дышать в такт его сердцебиению. Тонкие отростки скользят между ног, дразнят анус, массируют простату, пока Алекс не начинает дрожать от каждого шага в офисе. Латекс знает, когда он на грани, и именно тогда сжимает член у основания, сосёт соски под рубашкой и проникает глубже, заставляя кончать прямо на рабочем совещании. Он боится. Он просит остановиться. Но тело уже научилось просить совсем о другом.»

Так кто такая Лена? Демон, который окончательно погубит Кристину, или ангел спасения? Откровенный разговор, БДСМ и планы мести и неожиданная кульминация. И - цс-с-с-с...

Спокойствие - штука призрачная. Лана - птичка в золотой клетке, и стоило птичке захотеть попить, как она попалась злобному кошаку. Сын "гостеприимной" хозяйки ведёт себя куда более властно, чем она сама, и Лана понимает: в ней видят только тело для получения удовольствия

Аззи проникает в баню, где встречает давно не любимую соседку, которая раскрывается для него с непривычной стороны.

Костя продолжает помогать мне преодолеть собственные пределы. Экспериментальная история длится жёстко и романтично заканчивается в новогоднюю ночь.

Алина и Кирилл, изгнанные из дома и отвергнутые семьёй, оказываются в дешёвом хостеле на окраине города — месте, где нет прошлого, но и будущего ещё нет. Здесь, среди чужих стен и равнодушных людей, они впервые остаются наедине со своей правдой. Боль от разрыва с семьёй, физическая усталость от бессонной ночи и неопределённость завтрашнего дня — всё это смешивается в единый коктейль, который они вынуждены выпить до дна...

Попался мне парень. Всем хорош, и трахается неплохо. И вдруг я выясняю, что у него таких как я - сколько волос у меня на лобке.

Кто в этой комнате господин? Восемнадцатилетняя девушка, отдавшая приказ? Или её отец, чьи руки выполняют его с рабской покорностью? Их игра в госпожу и слугу вышла из-под контроля в ту самую секунду, когда его взгляд упал на её обнажённое тело. Теперь это не игра. Это — ритуал саморазрушения, где каждое прикосновение — грех, каждое слово — пытка, а кульминация ставит крест на прошлой жизни...

Попытка имитировать «нормальную» близость разбивается о стену их реальности. Презервативы с ароматом клубники, праздник Валентина и сонная ласка — всё превращается в фарс, фальшивый и тошнотворный. На фоне хронического стресса и переутомления тело даёт сбой, и впервые их связь сталкивается с провалом. Секс перестаёт быть спасением — он становится испытанием на «работоспособность», а не на любовь. И тогда они понимают: ни один суррогат не заменит суровой, физиологичной правды их отношений.

Молодой русский парень продолжает свое похождение в Японии, на этот раз вкус русской спермы испытает 30-летняя покорная мамочка

Я сидела в пыльном архиве, перекладывая чужие мёртвые диссертации, и тело моё тихо бесилось от голода. Полтора месяца без настоящего траха — пизда ныла ноющей пустотой, соски вставали от любого дуновения, а в голове крутились обрывки старых воспоминаний. И вот, роясь а архиве в старой самодельной папке с похабными переводами «Декамерона», я наткнулась на пометки на полях. Циничные, острые, голодные по-настоящему. Автор подписывался «С.В.». Я улыбнулась в тишине: наконец-то материал, который стоит взять в руки. И не только в руки. Это была первая глава нашей странной книги.

Система дала сбой. Алина беременна. Шок сменяется холодным расчётом: это их шанс. «Брат» окончательно умирает, рождается «мужчина» и будущий отец. Кирилл становится маниакально чистоплотным, охраняя её как сосуд. Их близость теперь — ритуал служения и закрепления власти. Они хоронили прошлое и открыто заявляют о себе миру в дерзкой публичной выходке. Что увидите: Беременная героиня, сакрализация тела, ритуальные отношения, маниакальная чистота и забота как форма доминирования, публичное нарушение табу.

Мир начинает давить. Поход в клинику — пытка, где каждый взгляд клеймит их грех. Но они выдерживают. УЗИ становится лотереей на жизнь их ребёнка. Победа в ней даёт силы для главной битвы — с родителями. Кирилл идёт на переговоры как полководец, выбивая у отца ключи от квартиры в обмен на изгнание. Они завоёвывают территорию. Что увидите: Напряжение от угрозы разоблачения, медицинский осмотр как унижение/триумф.

Отметила окончание сессии, бл... Прямо с гулянки в реанимацию. Ладно хоть жива осталась. А молодой интерн ещё и подлечил. Сексотерапия даже при интоксикации полезна бывает.

Когда голод длится четыре месяца - мы что делаем? Сначала на стенку бросаемся, потом на всё что движется. Второкурснице Марине не повезло. Она двигалась в мою сторону, поэтому её первый секс в жизни был лесбийским. Да, я не знала, что она ещё девушка. Впрочем...

Наивный юноша сходит с ума по неприступной однокурснице и вынашивает план, как овладеть ей... не подозревая, что у нее есть встречный план соблазнения и она обязательно пустит его в ход.

Это финал, развязка истории, может для кого-то не совсем понятная, Вика и Алиса играют не свои роли, они не те за кого себя выдавали....

Тут Яна расскажет нам о своём первом и негативном опыте группового секса

В поисках чего-то нового я откликнулась на объявление о танцевально-телесном перформанс-воркшопе. И в конечном итоге попала на групповуху, которая впервые мне понравилась. А всё почему? Потому что нежно!

У Вовки срывает башню. Спермотоксикоз зашкаливает, и теперь его формат - насилие. Он не церемонится ни с сестрой, ни с матерью, ни с подругой сестры, и уж особенно грубо обходится с сестрой этой подруги. Казалось, он на вершине эйфории, однако его начинают преследовать первые неудачи. А ещё вы узнаете, как сложилась судьба Нади из серии "Квартира для провинциалки".

Насладившись друг другом моя жена и любовница решают пригласить на кровать и меня

Майская ночь на Васильевском острове — это диагноз. Три месяца тишины, стерильности и врачебного «осторожно». Но Алина не умеет осторожно. Ей нужно вернуть ту остроту, когда они жрали друг друга, забыв о родстве и генетике. Кирилл знает, что её истерика — это бомба с часовым механизмом. И он знает единственный способ её обезвредить. Никакой романтики. Только шрам от кесарева, запах молока и грубая физика трения. История о том, как боль возвращает к жизни.

Работа порнооператором мне аукнулась. Я тогда тоже засветилась на видео, и вот теперь порнуху показывают всем желающим. Я становлюсь "звездой" факультета, и в попытке исправить ситуацию - ещё и заложницей собственного легкомыслия. Меня насилуют и, похоже, не в последний раз

В этом районе все знают друг друга в лицо, но не догадываются, что происходит за закрытыми дверями. За фасадами домов скрываются истории страсти, разврата и запретных желаний.

Две души, два тела — и ни грамма стыда. Кирилл и Алина не играют в любовь: они стирают границы между болью и наслаждением, превращая секс в ритуал мести. Отвергнутые, униженные, они выбирают не побег, а погружение — в грязь, в пот, в запахи, которые станут их новой религией. Здесь нет нежных слов, только команды, хруст костей и влажные звуки тел, сшитых в одно целое. Он метит её спермой, как зверь — территорию. Она курит первую в жизни сигарету, выжигая дымом его след. Это не порно. Это вивисекция душ, где оргазм — лишь побочный эффект тотального падения. Для тех, кто ищет не секс, а обряд.

В этом районе все знают друг друга в лицо, но не догадываются, что происходит за закрытыми дверями. За фасадами домов скрываются истории страсти, разврата и запретных желаний.

Купчино, промзоны и дешёвые хостелы — декорации их личного ада. Здесь воздух пропитан запахом китайской резины, а кожа горит от статического электричества ядовито-салатовой синтетики. Алина и Кирилл — изгои, чей мир сжался до размеров тесного пенала и скрипучей железной кровати. В этой системе координат нет места нежности: страх и паника переплавляются в тяжёлую, влажную похоть, а право собственности подтверждается не штампом, а грубым толчком и запахом пота. Когда привычный мир рушится, а тело отказывает от усталости, единственным способом почувствовать себя живыми становится эта болезненная, колючая близость. Эротический бонус к основной истории. Осторожно: повышенный уровень сенсорной перегрузки, тактильной грубости и петербургского сплина.

Катя снова усталая, и спит без задних ног. Но так ли крепко? И почему её рука устремляется в меня?