Инцест: Порно рассказы

Всю жизнь я всего боялся. Я был просто наполнен фобиями. Мама таскала меня по врачам, но толку никакого не было. А потом тётя Катя, мамина сестра, заявила, что всё дело в «травме привязанности» — ведь в детстве меня слишком рано отлучили от груди. Тётя Катя знает, как лечить такие травмы. Мама решается отправить меня к ней на дачу на все оставшиеся летние каникулы, чтобы я наконец-то преодолел свои страхи.

Рассказ о совершеннолетнем внуке и его бабушке, которые находят друг в друге то, чего не нашли в мире. Для него она — источник тепла, которого его лишили в детстве. Для неё он — первый мужчина за тридцать лет, который смотрит на неё не как на "старую развалину", а как на женщину...

Брат с сестрой, находясь в одном их особняков, Болгарии ублажают друг друга всеми возможными сексуальными ласками. Но сексотерапия, как оказалось, лечит израненную изменой душу лишь частично. Что наши герои придумают дальше, когда обычные ласки уже не помогают?

Мать случайно застукала сына, как тот дрочил в ее грязные трусики. Этот эпизод ее ничуть не смутил, однако парень мастурбировал настолько часто, что маминого белья ему уже не хватало. Мамаша не растерялась и обратилась за помощью в поставке грязных трусиков к соседской девчонке.

«Сэм помог Тине стянуть с себя одежду и остался совершенно голым со вздыбленным членом, Тина осталась в кружевном нижнем белье. Сэм положил Тину на софу и впился поцелуем в мягкие горячие губы, она не выпускала горячий член из своих рук, размазывая его обильную смазку по всему стволу. Сэм стал целовать её шею, касаться языком раковины ушей, опустился на грудь, лёгким касанием проводя языком по пышным грудям, покусывал набухшие сосочки через шёлк лифчика. Сэм с трудом вырвал свой член из нежных, но жадных рук Тины. Она чутко отзывалась на все поцелуи подрагиванием своего тела и легким томным стоном. Её руки обняли голову Сэма, слегка прижимая её к местам, особо чувствительным к поцелуям. Его язык и губы скатились на животик тонкой тёплой струйкой, и впился засосом в её пупок, водя языком вокруг и опускаясь ниже, стал целовать её лобочек через вуаль трусиков, касаясь влажных губок "киски". Она "замурлыкала" от удовольствия, подалась слегка вперёд и раздвинув, подняла ножки. Он целовал ножки, проводя языком по внутренним бёдрам, то поднимаясь к коленочкам, то опускаясь поцелуями между ног, запуская язычок под край трусиков. Сэм отодвинул рукой полоску тонкого шёлка, закрывающую тайные губки, соблазнительной и манящей "вульвочки", лобок был густо покрыт треугольником светлых волос, вокруг пещерки всё было чисто выбрито. Сэм нежными поцелуями касался лепестков половых губ, которые были набухшими и мягкими, все влажные от обильных соков, а запах её "киски" приводил в животный восторг. Сэм слегка коснулся набухшего клитора языком, потом взял его в рот, засасывая и целуя, проводил язычком по всей ложбинке почти до "шоколадного пятнышка". Одновременно, руки Сэма залезли под лифчик и нежно тискали пышные груди Тины, а пальцами перекатывал твёрдые шарики сосков.»

Дааа... Мамка у героя этого рассказа та еще шлюшка. Трахается с кем попало на право и налево, а после их члены еще старательно моет. Сын следит за всеми этими похождениями мамаши с чердака и старательно записывает на скрытую камеру.

Героиня узнаёт о том, что её родители в трудной ситуации. Она сдаёт сессию на отлично, отказывается от работы и едет в деревню к папе что бы предоставить ему свою помощь и не только. В тайне от отца, отличница-дочка, хочет провести над ним эксперимент, связанный с её будущей профессией.

Сегодня Сейлин — не мать. Сегодня она жертва древнего ритуала, живой алтарь, на котором сожгут невинность её сына. Так Эларин станет воином. Но сначала он должен увидеть. Увидеть, как Ледрис — его лучший друг, его брат по оружию — сорвёт с Сейлин одежды. Как её тело, священное и запретное, будет предано огню чужой страсти. Как она застонет не в молитве, а в позоре. И когда чашу с их смешанными соками поднесут к его губам, Эларин поймёт главный урок: Взросление — это не слава, а материнская влага, смешанная с семенем.

Она — мать. Он — сын. Их связь должна быть чистой. Но ночь стирает все правила, оставляя только жажду и предательское тепло кожи.

Отец и дочь. Табу, переступить которое — значит сгореть. Но для Саши пламя запретного влечения уже давно стало единственным источником тепла в жизни. Его комната — алтарь, где он поклоняется фотографиям собственной дочери, а её образ — наваждение, с которым он не в силах бороться. Он считал, что его тайна вечна, как его мука. Но он не знал, что Света всё видит. И не просто видит — она ждала этого. Когда граница между отцом и мужчиной окончательно рушится, они оказываются в объятиях, где нет места раскаянию, а есть только тёплая, мокрая тьма общего греха, ставшего их единственным домом.

Герой, захваченный навязчивой страстью к собственной матери, пересекает последнюю границу...

Истории, которые остались за стенами. Продолжение — только для взрослых.

Глава 4 рассказывает о стремительном развитии интимных отношений между матерью Анной и сыном Алексеем. В тайне от мужа Роберта они отдаются страсти, проводя каждую минуту вместе: целуются, ласкают друг друга и заходят всё дальше. Когда Роберт надолго уходит из дома, Алесей устраивает для Анны романтический ужин, после которого переводит отношения на новый уровень. Оба наслаждаются друг другом, а затем признаются в крепкой любви, обещая оставаться вместе навсегда.

Мама и сын продолжают свои секс-эксперименты. Казалось, они уже перепробовали практически все способы получения удовольствия. Но вот мамуля решила сделать сюрприз парню и накормила его сливой из собственной попки.

Что будет, если засунуть перец чили в беспомощную вагину? Реакция неоднозначная... Все подробности в этом рассказе.

«Глава № 1 "Становление"»

Запретный плод страсти и похоти расцветает между тещей и зятем. Жаждущие друг друга, они скрывают свои чувства, но искра пламени уже неизбежно разгорается между ними. Невинные прикосновения становятся более страстными и возбуждающими. И они понимают, что остановиться уже невозможно…

Вы свободны, но вы заперты. Вас осудит общество, но вокруг никого нет. Как вам поступить — решаете вы сами.

Молодая Маша приезжает к дедушке Саше в деревню, но вместо родительской заботы находит в его взгляде и прикосновениях нечто пугающее и манящее...

Моя мама — сногсшибательная женщина. Для всех она — строгая школьная учительница, а для меня — тайный предел всех фантазий. И у неё есть вторая жизнь, о которой я узнал случайно. Вместо скандала она сделала мне шокирующее предложение. Готов ли я переступить черту и превратить свои постыдные мечты в самое популярное инцест-шоу в сети?

«Это случилось в один из прекрасных майских дней. В 12-ом этаже 12-и этажного дома, в пяти комнатной квартире находились двое молодых людей. 25-летний юноша Стас, хорошего телосложения сидел в своем уютном кабинете за письменным столом и не отводя глаза с экрана компьютера о чем то размышлял. В то время 18 -ти летняя Асиман, двоюродная сестра находилась в ванной комнате и принимала душ после тренировок по теннису. Асиман хотела быстрее выйти . Ей казалось что она задохнется если еще немного остан»

Герой рассказа увидел как его мать подмывается после жаркого секса с любовником и это запало в его душу. Теперь поиметь ее стало делом принципа для пацана.

Иногда в жизни главное вовремя сорвать девушке трусики. Об одной такой ситуации, как раз, подробно рассказано в этой истории.

Как легко стать игрушкой для своего братика.

Что будет если устроить сначала устроить догонялки в парке, а потом ласки возле дерева, даже догадываясь, что им могут помешать. Близняшки Лисса и Курай узнают это на личном опыте.

Сын-лунатик навещает свою спящую под снотворным мать.

Ванная комната превращается в алтарь их падения. Здесь нет места для нежности — только жажда, боль и вода, смешанные с потом и спермой. Кирилл и Алина переступают последнюю черту, и их тела говорят громче любых слов. Но каждая капля влаги, каждый стон, каждый спазм оставляют улики — на коже, на кафеле, в воздухе...

Девушке так понравился вкус спермы у нового любовника, что она сразу же требует добавки! Да где ж ее сразу взять?

Парень сталкивается со сложной ситуацией, сможет ли он переступить через границу морали и помочь своей матери?

Ночная гроза за окном, чашка кофе в руках - казалось бы, обычная ночь. Но когда дочка проскользнула ко мне в кресло, ища защиты от грома, атмосфера начала меняться. Страх перед стихией постепенно перерастал во что-то большее, и вот её рука уже скользит по моему бедру. Закончится ли всё просто объятиями или перейдёт границы приличий?