Инцест: Порно рассказы

«Казановва: мне всегда казалось, что когда мужчина рассказывает мужчине о мыслях женщины, это так же наивно и глупо, как женщинам писать детективы и боевики для мужчин... она то считает, что вышло умно, а мужчины, которые в этом хоть немного понимают, плюются от надуманности и глупости сюжета, подробностей и деталей...»

«Синдзи толкнул Аску еще раз и тут их движения слились в один невероятный танец. Они уже не понимали где они и что с ними. Только резкий приступ оргазма почти одновременно бросил их в звенящую темноту.»

«Я сделал несколько резких толчков беря то влево, то вправо, чтобы лучше расширить Маришкин анус. Все было готово и я резко вытащив член, уступил место Женьки. С первого раза не вышло и мы повторили процедуру заново... Струя ливанула Маринке на ягодицу потом на другую и наконец попала в нужную точку, картинка получилась замечательной, брызги полетели во все стороны, на Маринкину спину, на пол на стол, мне на лицо и на объектив камеры. Снимать пришлось из-за неудобства Женькиной позы, из под ее ног, так что объектив упирался между ее дырочками. Маринкина задница сжималась, выталкивала и частично засасывала Женькины струйки. Колечко ануса сжалось быстрее, чем Женька закончила писать. Повернув голову Марина наблюдала за всем происходящим, я снял ее лицо крупным планом и выключил камеру, на сегодняшний день материала было отснято достаточно, я протёр камеру салфетками и отнес в комнату. Женька убралась на кухне и повела Марину в душ. Они вышли обе распаренными, румяными как после бани, Марина была обернута полотенцем, у Жени полотенце было только на голове»

Два друга задались целью трахнуть своих мамаш. Для этого они наснимали на них компромат и теперь готовятся ставить им ультиматум!

Герой этого рассказа неплохо устроился: когда хочет классического секса - раскладывает свою тетку, когда хочет в попку - трахает мать.

Как легко стать игрушкой для своего братика.

Что будет если устроить сначала устроить догонялки в парке, а потом ласки возле дерева, даже догадываясь, что им могут помешать. Близняшки Лисса и Курай узнают это на личном опыте.

Моя мама — сногсшибательная женщина. Для всех она — строгая школьная учительница, а для меня — тайный предел всех фантазий. И у неё есть вторая жизнь, о которой я узнал случайно. Вместо скандала она сделала мне шокирующее предложение. Готов ли я переступить черту и превратить свои постыдные мечты в самое популярное инцест-шоу в сети?

Провинциальный городок, застывший в девяностых. Два брата, разгорячённые летней скукой и юношеской тоской, чья жизнь течёт по предсказуемым улицам от гаража до реки. Их мир — это запах скошенной травы и приставка «Денди». Всё меняется с появлением Юли, сводной сестры из другого мира, который начинается за пределами их тихого Эмска. Она привозит с собой не просто московские привычки, а новые, тревожащие душу мысли о свободе. Под тёплым солнцем лета разворачивается тихая, отчаянная битва за её внимание, за её улыбку, за право быть тем, кто подарит ей что-то настоящее. А она, будто мудрая и опасная фея, ведёт свою игру, постепенно стирая границы и даря братьям ту ослепительную и пугающую свободу, о которой они лишь смутно догадывались.

В маленькой квартире на окраине живут Елена и её 18-летний сын Алекс. Она — уставшая мать за сорок, он — застенчивый парень с длинными волосами, узкими плечами и широким тазом, который всегда казался чужим. Всё начинается с одиночества: любопытство к маминому белью, запах шёлка, первое прикосновение. Потом — надевает. Чувствует, как ткань меняет кожу, дыхание, мысли. В зеркале рождается Маша. Елена замечает — и принимает. Обнимает, целует, шепчет: «Ты моя девочка». Первая ласка, первая ночь вместе. Дальше — бельё под мужской одеждой в институте, взгляды однокурсников, первый секс. Жажда растёт: вебкам, клиенты, импланты, большой член. Маша становится Мери — королевой разврата. 30 глав. Медленно. Смакуя ткань, дрожь, вкус похоти. История о том, как мальчик стал девочкой — потому что захотел. И его приняли.

Брат с сестрой, находясь в одном их особняков, Болгарии ублажают друг друга всеми возможными сексуальными ласками. Но сексотерапия, как оказалось, лечит израненную изменой душу лишь частично. Что наши герои придумают дальше, когда обычные ласки уже не помогают?

Мать случайно застукала сына, как тот дрочил в ее грязные трусики. Этот эпизод ее ничуть не смутил, однако парень мастурбировал настолько часто, что маминого белья ему уже не хватало. Мамаша не растерялась и обратилась за помощью в поставке грязных трусиков к соседской девчонке.

«Сэм помог Тине стянуть с себя одежду и остался совершенно голым со вздыбленным членом, Тина осталась в кружевном нижнем белье. Сэм положил Тину на софу и впился поцелуем в мягкие горячие губы, она не выпускала горячий член из своих рук, размазывая его обильную смазку по всему стволу. Сэм стал целовать её шею, касаться языком раковины ушей, опустился на грудь, лёгким касанием проводя языком по пышным грудям, покусывал набухшие сосочки через шёлк лифчика. Сэм с трудом вырвал свой член из нежных, но жадных рук Тины. Она чутко отзывалась на все поцелуи подрагиванием своего тела и легким томным стоном. Её руки обняли голову Сэма, слегка прижимая её к местам, особо чувствительным к поцелуям. Его язык и губы скатились на животик тонкой тёплой струйкой, и впился засосом в её пупок, водя языком вокруг и опускаясь ниже, стал целовать её лобочек через вуаль трусиков, касаясь влажных губок "киски". Она "замурлыкала" от удовольствия, подалась слегка вперёд и раздвинув, подняла ножки. Он целовал ножки, проводя языком по внутренним бёдрам, то поднимаясь к коленочкам, то опускаясь поцелуями между ног, запуская язычок под край трусиков. Сэм отодвинул рукой полоску тонкого шёлка, закрывающую тайные губки, соблазнительной и манящей "вульвочки", лобок был густо покрыт треугольником светлых волос, вокруг пещерки всё было чисто выбрито. Сэм нежными поцелуями касался лепестков половых губ, которые были набухшими и мягкими, все влажные от обильных соков, а запах её "киски" приводил в животный восторг. Сэм слегка коснулся набухшего клитора языком, потом взял его в рот, засасывая и целуя, проводил язычком по всей ложбинке почти до "шоколадного пятнышка". Одновременно, руки Сэма залезли под лифчик и нежно тискали пышные груди Тины, а пальцами перекатывал твёрдые шарики сосков.»

Дааа... Мамка у героя этого рассказа та еще шлюшка. Трахается с кем попало на право и налево, а после их члены еще старательно моет. Сын следит за всеми этими похождениями мамаши с чердака и старательно записывает на скрытую камеру.

Заботливая мамина рука — лучшее снотворное, а сосед Палыч в дуэте с батей — лучший энергетик, если надо взбодрить очаровательную гостью. Что будет, если одевать и раздевать гномика и где палочка от сосачки? — Теряется в догадках вчерашняя школьница.

Парень сталкивается со сложной ситуацией, сможет ли он переступить через границу морали и помочь своей матери?

Молодожены экспериментировали в постели и муж в тайне от жены позволил присоединиться ее брату.

Молодой человек годами тайно любит свою старшую сестру не как родственницу, а как женщину, боготворя каждую черту ее тела, которое она сама ненавидит. Однажды случайная встреча на грани интимного обнажения приводит к признанию, которое навсегда меняет их отношения. Между страхом, стыдом и всепоглощающей страстью они пытаются найти свой путь в запретной любви, где каждое прикосновение — одновременно и грех, и спасение.

Бабушка застает своего внука подглядывающим за ней. Ей очень стыдно за его поступок. Саше предстоит все исправить, доказать, что он не извращенец...

Каждую ночь он придумывает новые фантазии, чтобы сломать последние остатки стыда во мне. Про моего отца. Про брата. Это заводит нас обоих до безумия. Но сегодня он коснулся того, что я скрывала даже от себя. Нашего сына. Я должна была остановить его. Вместо этого я раздвинула ноги шире и прошептала: "Хочешь, я расскажу, как буду соблазнять его завтра утром?" Добро пожаловать в нашу спальню. Здесь нет запретов...

Настя раскрепостилась полностью. Каждый встречный мужчина не уйдет от нее пока не трахнет

Мама и сын продолжают свои секс-эксперименты. Казалось, они уже перепробовали практически все способы получения удовольствия. Но вот мамуля решила сделать сюрприз парню и накормила его сливой из собственной попки.

Что будет, если засунуть перец чили в беспомощную вагину? Реакция неоднозначная... Все подробности в этом рассказе.

Парень стоит на коленях и вылизывает мамины туфли, пока та целуется у него на глазах со своей подругой. такое вот суровое воспитание.

Ночная гроза за окном, чашка кофе в руках - казалось бы, обычная ночь. Но когда дочка проскользнула ко мне в кресло, ища защиты от грома, атмосфера начала меняться. Страх перед стихией постепенно перерастал во что-то большее, и вот её рука уже скользит по моему бедру. Закончится ли всё просто объятиями или перейдёт границы приличий?

Я снова пошёл в гости к профессору, чтобы познакомиться с его племянником.

Елена и её взрослый сын Саша приходят в себя в комнате без окон. У них есть всё для жизни, кроме свободы и ответов. Таинственный голос объявляет им жестокое условие освобождения: они должны зачать ребёнка. Изоляция, страх и вынужденная близость медленно стирают границы между матерью и сыном, пробуждая в них тёмное, запретное влечение.

Тридцать пять лет. Женат, бездетный, злой. Он приехал к родителям на ужин. Мать налила коньяк, отец лёг спать. В коридоре, в темноте, она опустилась на колени и взяла в рот его член. Член её сына. А он — её волосатую, старую, мокрую пизду лизал, пока она не нассала ему в рот. Добро пожаловать домой.

«Это случилось в один из прекрасных майских дней. В 12-ом этаже 12-и этажного дома, в пяти комнатной квартире находились двое молодых людей. 25-летний юноша Стас, хорошего телосложения сидел в своем уютном кабинете за письменным столом и не отводя глаза с экрана компьютера о чем то размышлял. В то время 18 -ти летняя Асиман, двоюродная сестра находилась в ванной комнате и принимала душ после тренировок по теннису. Асиман хотела быстрее выйти . Ей казалось что она задохнется если еще немного остан»

Герой рассказа увидел как его мать подмывается после жаркого секса с любовником и это запало в его душу. Теперь поиметь ее стало делом принципа для пацана.