Молодые: Порно рассказы

Время неумолимо течёт вперёд. А вместе с ним и наши шалости тоже движутся дальше. И вот уже простые оральные ласки перерастают в нечто большее.

Так кто такая Лена? Демон, который окончательно погубит Кристину, или ангел спасения? Откровенный разговор, БДСМ и планы мести и неожиданная кульминация. И - цс-с-с-с...

Существуют читатели, которые хотят по первым главам детектива понять, чем всё кончится — то есть хотят оказаться умнее и хитрее автора. Литературой изобретено немало способов борьбы с читателем, который любит заглядывать в конец книги, чтобы увидеть, кто убийца. Знание этих способов позволит вам оценить блеск игры, которую ведет с вами автор, иногда перехитрить автора, а иногда поддаться обману — и то, и другое одинаково приятно.

СССР, канун 1985 года. Заляпанное мухами кафе «Дубрава» на трассе Москва-Симферополь. Четыре человека, ящик «Столичной» и новогодний корпоратив, который обернётся ритуалом унижения. Травма, которую закопаешь глубоко, как бюст Ленина в девяносто первом. Но память живёт в запахах. И однажды банка взбитых сливок в супермаркете вернёт всё на круги своя.

Если вам нравится серия рассказов о жизни главного героя Ге в Латвии, то этот рассказ для вас.

Алина и Кирилл, изгнанные из дома и отвергнутые семьёй, оказываются в дешёвом хостеле на окраине города — месте, где нет прошлого, но и будущего ещё нет. Здесь, среди чужих стен и равнодушных людей, они впервые остаются наедине со своей правдой. Боль от разрыва с семьёй, физическая усталость от бессонной ночи и неопределённость завтрашнего дня — всё это смешивается в единый коктейль, который они вынуждены выпить до дна...

История только набирает обороты, случайное знакомство Алисы и Димы, симпатия, секс, куда приведёт это всё?

Вокруг всё изменилось. Эта чёртова кома, жизнь разделилась на до и после. Та же, но новая Алиса, ещё более чувствительная, более красивая, более нежная, не сон ли это снова?

Это финал, развязка истории, может для кого-то не совсем понятная, Вика и Алиса играют не свои роли, они не те за кого себя выдавали....

Попытка имитировать «нормальную» близость разбивается о стену их реальности. Презервативы с ароматом клубники, праздник Валентина и сонная ласка — всё превращается в фарс, фальшивый и тошнотворный. На фоне хронического стресса и переутомления тело даёт сбой, и впервые их связь сталкивается с провалом. Секс перестаёт быть спасением — он становится испытанием на «работоспособность», а не на любовь. И тогда они понимают: ни один суррогат не заменит суровой, физиологичной правды их отношений.

Скандалы, усталость и боль не разрушают их — они настраивают. Ванна становится местом не для гигиены, а для ремонта связи; драка на кухне — не агрессией, а актом совладания. Алина берёт инициативу в свои руки, и их игра обнажает новую истину: власть в их мире — не в деньгах и не в словах, а в контроле над телом другого. Это не подчинение и не покорность — это партнёрство, выкованное в пламени взаимного отчаяния и доверия, которое невозможно обмануть.

Здесь, за тонкой дверью, отец начинает невинный, как ему кажется, разговор со своей взрослой дочерью. Разговор о теле. О любопытстве. О естественном. Этот разговор станет первой ступенькой в бездну — бесстрастным экспериментом, где роль подопытной уже предопределена...

Впервые они позволяют себе заботу — и сразу же совершают ошибку, которая подрывает всю систему. Таблетка, купленная на последние деньги, становится не защитой, а оружием, направленным против собственного тела. Организм бунтует: рвота, боль, химическая пустота. И тогда приходит осознание — искусственные решения не работают. Их тела не хотят «спасения». Они хотят друг друга, даже если это опасно. Даже если это смертельно.

Чем ближе угроза разоблачения, тем сильнее их связь. Алина примеряет маску опасной женщины, Кирилл ловит в её взгляде вызов — и они трахаются у входной двери, пока за ней уходит участковый. Страх превращается в возбуждение, а шутка одногруппника — в подтверждение их тайны. Они играют в «брат с сестрой» на людях, но за стеной их квартиры рождается нечто большее: не просто связь, а замкнутая экосистема, где внешний мир — лишь фон, а законы диктуют их желания и раны.

Родители приходят с деньгами, но уходят с позором. Их предложение — разъехаться — встречает негодование: нет, мы не играем. Мы живём. В день «красной зоны» они сознательно выбирают риск, превращая зачатие в акт сопротивления. Алина прокалывает презервативы — не из безрассудства, а как жест веры в то, что их связь не стереть ни деньгами, ни моралью. Кирилл отвечает не словами, а телом — плотно, тяжело, навсегда. Это не отчаяние. Это выбор. И он делается без колебаний.

Володя мечтал о тройничке - с сестрёнкой Аней и её подружкой. Однажды в гости приходит студентка Катя, которая несмотря на совершеннолетие выглядит очень юной. Это подстёгивает Володю...

Девушка решила подарить парню особенный подарок, но переволновавшись перепила и не смогла его "вручить" поэтому он достался любимому папочке

Система дала сбой. Алина беременна. Шок сменяется холодным расчётом: это их шанс. «Брат» окончательно умирает, рождается «мужчина» и будущий отец. Кирилл становится маниакально чистоплотным, охраняя её как сосуд. Их близость теперь — ритуал служения и закрепления власти. Они хоронили прошлое и открыто заявляют о себе миру в дерзкой публичной выходке. Что увидите: Беременная героиня, сакрализация тела, ритуальные отношения, маниакальная чистота и забота как форма доминирования, публичное нарушение табу.

Мир начинает давить. Поход в клинику — пытка, где каждый взгляд клеймит их грех. Но они выдерживают. УЗИ становится лотереей на жизнь их ребёнка. Победа в ней даёт силы для главной битвы — с родителями. Кирилл идёт на переговоры как полководец, выбивая у отца ключи от квартиры в обмен на изгнание. Они завоёвывают территорию. Что увидите: Напряжение от угрозы разоблачения, медицинский осмотр как унижение/триумф.

Беременность в разгаре. Алина стыдится своего изменённого тела, чувствуя себя «уродливой баржой». Кирилл видит в этом идеальную конструкцию. Его ласки — уже не просто секс, а «смазка» и «служение». Кирилл поклоняется распухшему телу Алины, пьёт её молоко, доказывая, что она — его священный источник жизни. Их связь достигает пика телесного симбиоза. Что увидите: Беременность как фетиш, изменение тела, ритуальные ласки, лактация, абсолютное принятие и обожествление женского тела в самом «неэстетичном» состоянии.

Страх перед родами, кошмары одиночества. В последние ночи они сходятся с отчаянной силой, и ребёнок отвечает пинками из утробы — тройная связь, которую уже ничто не разорвёт. Роды, появление сына — их окончательная победа. Возвращение в свой «скафандр» — квартиру, где они теперь не беглецы, а хозяева. Их союз, скреплённый кровью и плотью, закалился в монолит. Что увидите: Отношения на позднем сроке, кульминация в роддоме, триумфальное возвращение домой, ощущение завершённого цикла и нерушимого союза.

Кто в этой комнате господин? Восемнадцатилетняя девушка, отдавшая приказ? Или её отец, чьи руки выполняют его с рабской покорностью? Их игра в госпожу и слугу вышла из-под контроля в ту самую секунду, когда его взгляд упал на её обнажённое тело. Теперь это не игра. Это — ритуал саморазрушения, где каждое прикосновение — грех, каждое слово — пытка, а кульминация ставит крест на прошлой жизни...

В поисках чего-то нового я откликнулась на объявление о танцевально-телесном перформанс-воркшопе. И в конечном итоге попала на групповуху, которая впервые мне понравилась. А всё почему? Потому что нежно!

Света теперь живёт с Джоном. Но у парня психологические проблемы. С этим помогает Мари своим ротиком и киской. А в это время Юля и Олег узнают страшную правду

Уставший от работы фотограф подрабатывает школьными и выпускными съёмками и на последней фотосессии в «элитной» школе знакомится с Сашей — спокойной, очень красивой выпускницей, которая резко выбивается из общей толпы.

Первая часть — про пустоту после спокойного расставания и про то, как “обычный” зимний день внезапно становится началом новой истории. Дима встречает Алину: лёгкие диалоги, кофе, снег, притяжение и ощущение, что жизнь не раскладывается по папкам — она случается, когда решаешь выйти раньше. Это романтика, где тепло появляется не снаружи, а внутри.

Вторая часть — про “настоящую жизнь”: съехались, прошлое напоминает о себе, появляются взрослые решения и ответственность. Беременность и знакомство с родителями закрепляют ощущение семьи, но параллельно в историю входит линия Леры: ночной звонок, побои, больница, страх перед Ромой и необходимость действовать жёстко и правильно. Это часть о поддержке, границах и силе — особенно женской, спокойной и уверенной

Рассказ о том как благородное желание девушки помочь отстающему было щедро вознаграждено.

Всё меняется, когда в университете он встречает Анжелику — уверенную, жадную до удовольствия 24-летнюю модель, которая не боится, а наоборот, жаждет всего и сразу. Она берёт его в горло полностью, кончает просто от ощущения, как он заполняет её рот, просит трахать жёстче, глубже, без предупреждения. Анжелика — первая, кто не терпит, а наслаждается каждым сантиметром. У неё самой есть «проклятье» — огромный, 9-сантиметровый клитор, который она дрочит как маленький член, кончая струями, заливая всё вокруг. Их связь — чистое, животное, почти одержимое желание без любви, без планов, без ревности. Они трахаются везде: на столе, в душе, в аудитории, на балконе ночью. Анал, орал, струи, шлепки, волосы в кулаке — всё без границ и стеснения. Но это не романтика. Это честное, яростное, кратковременное притяжение.

Вика пускается в новые уровни разврата. Помощь медалистам уже просто предлог. Она лишь ищет повод найти для себя новый член, с которым можно поиграть.