Владик остается со своей подружкой Маришкой наедине. Его мамочка улетела в горячую Турцию, где по полной ублажала своего мужа…

Терпи, — сказал он, когда я давилась его членом в своем свадебном платье. Я терпела. Я проглотила. А через час я улыбалась фотографу и держала за руку его сына. Это утро научило меня одному: в этом доме я никто...

Путь через ледяные перевалы Тибета становится для Ли Вэя дорогой вглубь себя. Слепой старик с чайником, от которого пахнет старой кровью, заставляет его заглянуть в собственное пламя — и увидеть там не только сестру-близнеца, но и собственную смерть. Старая шаманка Нима учит его сбрасывать давление так, как механик прочищает забитый клапан: больно, грязно, без стыда — но иначе котёл взорвётся. Ханна, женщина-солдат со шрамом на щеке и семью зарубками на ноже, принимает его жар в себя и выдыхает паром в морозное небо. А где-то за хребтами Мэй Лин, больше не пахнущая жасмином, сжимает в кулаке золотое кольцо и готовится к штурму. Четыре патрона. Четыре женщины. Одна цель — лагерь, над которым поднимается багровое зарево перегретого металла.

Она думала, я сплю. А я читал её переписку. Моя восемнадцатилетняя дочь. Моя маленькая девочка, которой я менял пеленки. А какой-то хер пишет ей: Буду мечтать о твоей письке. Я не должен был читать дальше. Не должен был представлять, какая она мокрая от его слов. Не должен был входить в её комнату ночью. Но я вошёл...

История о том как девушка постепенно превращает своего мужа в цепного пса и куколда.

Из-за своей распущенности в изучении интимных сторон жизни, тела и удовольствий, домашний мастиф не давал мне покоя с начала моих первых фантазий после увиденного мультяшного зоопорно на VHS.

Четверо друзей снимают загородный дом, что бы провести в нем выходные. Баня, шашлык, застолье и дружеские подколки, все это было с ними уже множество раз. Если бы не одно но..., изменившее все в первый вечер.

Продолжение предыдущих серий. На этот раз героиней станет Машенька, племянница Юли. Но и сама Юленька появится на страницах.

Продолжение приключений эльфийской футанари-мазохистки Эллы. Элла время не теряла, ножки в зале покачала, интенсивно приседала, пресс качала, ягодицы, чтобы ведьме пригодиться, чтоб пред нею красоваться, на носочках чтоб стоять, чтобы страстно извиваться, чтоб желанья вызывать, чтобы ведьма захотела её плетью наказать. Как пришла, тянуть не стала, страстно киску полизала, после кончила сама, ведьма аж залюбовалась, рукой сперму собрала, и об ротик футаняши, сперму вытерла она...

Йожеф попросился остаться с нами на ночь. Для получения разрешения, я отправил Курта к его родителям вместе с ним.Отец парнишки очень обрадовался, узнав о потере девственности сыном и тут же воспользовался этим, а потом согласился прийти в мой номер для продолжения секса...

Где же предел? Иногда мы задаем себе вопрос, на то или иное действие. Но самое интересное, предела нет. И все ограничения только у нас в голове. Вот и Аня постепенно снимает эти ограничения и двигается все дальше и дальше в пучину собственной сексуальности.

Она сидела напротив в коротком топике, раздвинув ноги чуть шире, чем следовало. Я видел кружево ее трусиков, видел, как темнеет ткань от возбуждения. Я сжимал член через штаны и молился, чтобы она не заметила. Она заметила. — Пап, ты хочешь меня? — спросила она, запуская пальцы в себя. Я не мог соврать.

Они — мать и сын. Восемнадцать лет она растила его, оберегала, учила делать первые шаги. А он смотрел на неё и не знал, что любовь, которую он чувствует, может быть такой — не только сыновьей. Этим летом всё изменилось. Случайная ночь, больничная палата, где остался её муж, и тишина, в которой не было свидетелей. Они остались вдвоём в большом доме — и поняли, что границы, которые держали их раньше, больше не работают. Страх уступил место нежности, запреты — правде, а стыд растаял в первом поцелуе, от которого у обоих закружилась голова. Это история не о грехе. Это история о любви — странной, невозможной, но такой настоящей, какой у них не было никогда. О том, как две половинки одного целого нашли друг друга. О пуповине, которая не оборвалась, а стала другой — невидимой, но живой. О возвращении домой.

Мама пошла на выпускной с сыном, но выпившие одногруппники захотели развлечься с ней и пустить по кругу.

Сестра собирается на свидание, на котором её лишат невинности. Но у меня другое мнение! Кто же ещё должен это сделать, как не её любимый брат!

Я послушно открыла рот и обхватила его член губами. Он был горячий и твёрдый. Я начала сосать, сначала медленно, обводя языком головку, потом всё глубже. Он держал меня за голову и толкал член глубже, в горло.

История о том как становятся cuckold и sissy

Только женщина понимает, как сладко принимать в себя мужской член! Я попробовала описать свои ощущения. Вот только слов не всегда хватает...

Каждое утро я делаю пробежки. Эта привычка со мной уже много лет — с самого детства. В городе я бегаю в соседнем парке, а летом — от посёлка через лес к песчаному пляжу на берегу реки. Там я купаюсь. И так как это происходит рано утром, я купаюсь… голой.

Новые открытия, перемены, новые друзья. Водоворот событий так быстро нас засасывал, что мы даже не успевали понять, что случилось. И это было прекрасно.

Сорок лет. Кредиты. Ира, которая бесит одним своим голосом. Мы приехали на дикий пляж, чтобы сбежать от реальности. Но реальность пришла за мной сама — в образе взрослой женщины Зины с телом, которое давно забыло, что такое желание. Я смотрю на неё и чувствую не похоть. Я чувствую голод. Холодный, животный голод хищника, которому плевать на возраст, красоту и приличия...

Представьте крупную птицу размером с ворона или небольшого ястреба. Но вместо пернатого тела у неё — живой, горячий, полностью эрегированный мужской член. Толстый, упругий ствол с рельефными венами, которые пульсируют в такт скрытому сердцебиению. Кожа гладкая, слегка блестящая, будто покрытая тонким слоем естественной смазки. На конце — большая, набухшая головка, которая иногда подрагивает, словно дышит и жаждет войти. Внизу тяжело покачивается полная, тугая мошонка с двумя крупными яйцами, кожа на которых тонкая и чувствительная, слегка морщится при каждом движении. А у самого основания этого живого, тёплого хуя — мощные кожистые крылья.

Если всё время одёргивать и наставлять свою дочь, обращаться с ней как с бестолковой маленькой девочкой, хотя она уже и выросла - к чему это приведёт?

Мы почти не разговаривали. Он просто подошёл, схватил меня за волосы и притянул к себе. Я попыталась отстраниться, но он уже стянул с меня майку, и моя большая грудь вывалилась наружу, тяжело колыхаясь. — Соси, — коротко приказал он, расстёгивая брюки.

Забудьте о серой пыли Саратова и мешковатых свитерах, скрывающих фигуру. В этой истории «гадкий утенок» не просто превращается в лебедя — она перерождается в объект запретного желания, чьи формы бросают вызов самой природе. Это анатомия страсти, воплощенная в идеальных пропорциях 110 – 62 – 110. Представьте тело, где каждый сантиметр — результат ювелирной работы хирурга и долгого ожидания. Это история о том, как за 18 000 долларов создается шедевр, достойный лучших гаремов мира.Готовы ли вы коснуться этой «Восточной сказки» и узнать, какую цену пришлось заплатить за право быть совершенством?

Новый дом и новые подружки для Замарашки, влюблённость и надежда на всё хорошее.

Этот случай произошёл со мной в тамбуре скоростной электрички-экспресса по пути с дачи в Москву. Не думала я, что подобное когда-нибудь случится именно со мной. Но это случилось. И как теперь с этим жить?

Школу люди вспоминают по-разному, одни как вечный праздник, или как минимум, беззаботное время, другие, наоборот, как весьма неприятный опыт. Но у 95% первые чувственные, самые волнующие сексуальные опыты приходятся именно на эти годы. Со мной было именно так. Началось с того, что нас с одной одноклассницей наказали. И ничто не предвещало, что этот день запомнится нам навсегда.

Друг семьи Гриша решает попробовать воплотить в реальность фантазии Светланы, но все идет не совсем по его сценарию... А потом вообще все катится по наспех созданному сценарию Светки.

Я изнасиловал ее у стены на даче. Потом сказал: Иди к маме. Она ушла в лес. А через час вернулась. Сказала, что заблудилась. Что боится темноты. Что телефон забыла. Но я видел правду в ее глазах: ей понравилось. И она хочет еще...