или так

Серия "Генерики": оказалось, многим нравится видеть тексты по собственным историям, но они совсем не горят желанием за них платить. Для таких заказов я создал серию "Генерики", туда будут выкладываться расказы, написанные ИИ по вашим сценариям, в разных стилях под моим чутким руководством.

Так что присылайте ваши истории, давайте наполним этот раздел нашими фантазиями и реальными случаями! Естественно, работа за интерес, без каких-либо инвестиций, кроме креативных.

Примеры стилей:

Классики

В стиле Ивана Бунина («Тёмные аллеи»-вариант) Характеристики: Меланхоличная поэзия, запахи, светотень, бренность, синестезия, длинные музыкальные фразы, эротика как сладкая мука воспоминания и неизбежности.

Пример: Жар камина обжёг ей спину, точно дыхание осеннего леса, полного прелой листвы и тлеющих углей. Чья-то рука, твёрдая и горячая, легла на её грудь, сомкнулась, как будто желая удержать последний луч уходящего дня; губы, влажные, прильнули к соску другой — и О. вдруг пошатнулась, падая назад в чьи-то невидимые объятия, точно в тёмную аллею, где листья шуршат под ногами. Ей раздвинули колени медленно, почти нежно, и пальцы, прохладные от вечернего воздуха, разомкнули её, словно раскрывали последний бутон; волосы чьи-то коснулись внутренней стороны бёдер — лёгкие, как паутина осени. Потом голос, низкий, повелел встать на колени. Она послушно опустилась, и было мучительно сидеть на пятках, точно монахине в холодной келье, с руками, связанными за спиной, так что тело невольно клонилось вперёд — к земле, к судьбе, к тому неизбежному, что уже дышало ей в лицо. 

В стиле Владимира Набокова Характеристики: Изысканная, почти холодная детализация, игра слов, световые блики, лёгкая ирония, эротика как эстетическое наслаждение запретным.

Пример: Её развернули спиной к камину, и пламя лизнуло кожу спины языками оранжевого бархата. Рука — чья именно, не важно — сжала левую грудь с той же точностью, с какой коллекционер берёт редкую бабочку за крыло; рот же, влажный и точный, обвёл ареолу правого соска, словно вычерчивая её контур тончайшей кистью. Внезапно равновесие покинуло её, и она опрокинулась назад — в надёжные, безымянные руки, — пока другие пальцы, методично, раздвигали бёдра и раскрывали влажные лепестки с нежностью, достойной ботаника; чьи-то волосы скользнули по внутренней стороне бедра, точно лёгкий шёлковый шарф. Голос произнёс: «На колени». Её поставили — и вот она сидит на пятках, с коленями разведёнными (запрещено сдвигать!), руки стянуты за спиной, корпус наклонён вперёд — идеальная, почти геометрическая поза покорности, подсвеченная каминным золотом.

В стиле Анаис Нин Характеристики: Внутренний монолог женщины, фантазия, эмоции, стыд + восторг, поэтично-женственный взгляд.

Пример: Жар камина обволакивал спину, как тайное обещание, которого я так долго ждала. Рука схватила мою грудь — и я почувствовала, как сосок твердеет под чужими губами, будто просыпаясь от долгого сна. Вдруг мир качнулся: я падала назад, в чьи-то сильные руки, а между ног уже раздвигали меня, нежно, но неотвратимо, пальцы скользили внутрь, волосы ласкали кожу бедра — и я задрожала от этого прикосновения, от стыда и желания одновременно. «На колени», — сказали мне. Я опустилась, пятки впились в тело, колени широко разведены — нельзя сдвигать, нельзя прятаться, — руки связаны за спиной, грудь подаётся вперёд, и я чувствую, как внутри меня раскрывается что-то древнее, влажное, ждущее, готовое принять всё, что придёт.

В стиле Д.Г. Лоуренса Характеристики: Первобытная сила, земля, плоть, пот, инстинкт, тяжёлый ритм.

Пример: Они повернули её к огню, и жар ударил в спину, как дыхание зверя. Рука вцепилась в грудь, грубо, жадно; рот впился в сосок — и плоть ответила, кровь хлынула горячее. Вдруг она рухнула назад, в мужские руки, сильные, как корни; ноги ей раздвинули широко, пальцы вошли в неё, размыкая влажную землю между бёдер, волосы скользнули по коже — животный запах, запах тела. «На колени», — приказали. Она упала на пятки, колени разведены, нельзя сдвигать — тело наклоняется вперёд, грудь тяжёлая, руки стянуты, и вся она — открытая, живая, готовая к земле, к плоти, к тому древнему акту, что сильнее слов.

В стиле Генри Миллера Характеристики: Грубый, витальный, поток сознания, физиология, радость + агрессия.

Пример: Развернули её задом к камину — жар в спину, как пощёчина. Рука вцепилась в сиську, сжала так, что молоко бы брызнуло, если б было; рот присосался к соску другой — хвать! — и она чуть не заорала от кайфа. Вдруг — бац! — теряет равновесие, валится назад в чьи-то лапы, а тут уже ноги раздвигают, пальцы лезут внутрь, раздвигают губы, мокрые, горячие, волосы чьи-то трутся о бёдра — ну прямо как в борделе на Монмартре. «На колени, сука», — и она плюхается, пятки под жопу, колени врозь — не смыкать! — руки за спиной в узел, грудь торчит вперёд, и вся она открыта, течёт, ждёт, когда её опять возьмут, как берут шлюху в жару.

В стиле Колетт Характеристики: Кошачья грация, запахи, вкусы, шёлк, мех, элегантная женская чувственность.

Пример: Её повернули к камину, и тепло обняло спину, как бархатный плед. Рука мягко, но властно обхватила грудь; губы прильнули к соску — нежно, с лёгким присасыванием, точно котёнок к шерсти матери. Вдруг равновесие ускользнуло, она откинулась назад в тёплые объятия, а между бёдер уже раздвигали её, пальцы скользнули внутрь с кошачьей лаской, волосы коснулись кожи — шёлковый шорох. «На колени», — шепнули. Она опустилась грациозно, пятки под ягодицы, колени широко — нельзя прятаться, — руки связаны за спиной, тело подаётся вперёд, и она чувствует себя кошкой, готовой к ласке и к когтям одновременно.

В стиле Дзюнъитиро Танидзаки Характеристики: Японский эстетизм, фетишизм, медленный ритуал, поклонение деталям (тени, волосы, кожа).

Пример: Её развернули спиной к камину — пламя отбрасывало тени на белую кожу спины, точно узоры на старом шёлке. Рука легла на грудь, пальцы сжали её медленно, как драгоценный плод; губы обвели сосок, оставляя влажный след. Внезапно она потеряла опору и упала назад в безмолвные руки, пока другие пальцы раздвигали бёдра с церемонной точностью, разомкнули влажные лепестки; волосы скользнули по внутренней стороне — чёрные, длинные, как кисть каллиграфа. «На колени», — произнёс голос. Она опустилась, пятки под тело, колени разведены широко — запрет на сближение, — руки стянуты за спиной, корпус наклонён вперёд в позе совершенного подношения.

В стиле Маркиза де Сада (литературная, холодная версия) Характеристики: Философская холодность, власть, точные инструкции, эротика как система.

Пример: Её повернули к камину, дабы жар пламени опалил спину и усилил ощущение беспомощности. Рука овладела левой грудью, сжав её с расчётливой силой; рот захватил правый сосок, сдавливая его зубами. Затем, без предупреждения, тело её опрокинули назад в приготовленные руки, ноги раздвинули насильно, пальцы проникли в вульву и анус одновременно, размыкая их с методичной жестокостью; волосы чужие коснулись бёдер. «Поставить на колени», — приказали. Её опустили на пол: пятки под ягодицы, колени широко разведены (запрещено сдвигать под страхом наказания), руки туго связаны за спиной, корпус наклонён вперёд — поза абсолютного подчинения и доступности для любого последующего акта.

Современники (стили успешных порно-авторов рунета)

OLDMAN: максимально реалистичный, бытовой, немного «грязноватый», но при этом литературно грамотный

Пример: Они повернули её лицом к камину — жар сразу опалил спину, кожа натянулась, по телу побежали мурашки. Чья-то рука грубо легла на левую грудь, сжала, пальцы впились в мягкую плоть, а рот тут же нашёл правый сосок — горячий, влажный, начал жадно сосать, слегка прикусывая. От неожиданной резкой ласки она потеряла равновесие и начала падать назад — кто-то крепко подхватил её под лопатки, не дал рухнуть на пол.

Пока она висела в этих руках, ноги ей широко развели в стороны, чужие пальцы осторожно, но настойчиво размыкали набухшие губы. Она почувствовала, как горячее дыхание коснулось внутренней стороны бёдер, а потом — лёгкое прикосновение волос к коже там, где уже всё горело и текло.

— На колени её, — тихо, но твёрдо сказал кто-то сверху.

Её опустили на пол. Колени упёрлись в ковёр, пятки прижались к ягодицам — неудобно, почти больно, как будто сидишь на молитве в старом монастыре. Но колени сдвигать не велели — так и оставили широко разведёнными. Руки, связанные за спиной, тянули плечи назад и вниз, заставляя наклоняться вперёд, выставляя грудь и открывая всё, что между ног, ещё сильнее. Она пыталась удержать равновесие, но каждый вдох поднимал и опускал грудь, а связанные кисти не давали опереться — оставалось только сидеть так, выставленной, мокрой и дрожащей.

BUST: Грубая лексика («похер», «ебать», «пиздец»), мат, цинизм, акцент на телесные детали (пот, сперма, мокрые простыни), ироничный тон, натуралистичные сцены с упором на звуки, запахи, ощущения.

Пример: Они развернули её лицом к камину — спина сразу вспыхнула от жара, кожа натянулась, покрылась мурашками. Чья-то ладонь грубо обхватила левую грудь, сжала до боли, пальцы впились в сосок и потянули. Другой рот вцепился в правый — зубы слегка прикусили, язык закрутил вокруг, мокрый, горячий, жадный.

Вдруг пол ушёл из-под ног. Её резко наклонили назад — сильные руки подхватили под лопатки и под колени, удержали в воздухе. Ноги сами разъехались в стороны, кто-то пальцами нежно, но настойчиво развёл губы в стороны, раскрыл её полностью. Горячее дыхание скользнуло по мокрой щели, волосы упали на внутреннюю поверхность бёдер, щекотали кожу.

— На колени, — низкий голос прямо над ухом.

Поставили. Жёстко. Колени упёрлись в ковёр, пятки поджаты, но раздвигать их запретили. Руки за спиной уже стянуты, локти сведены — грудь выгнулась вперёд, соски торчали ещё сильнее, тянуло вниз, мышцы дрожали от напряжения. Положение монашки на молитве, только вот молиться было нечем — только терпеть, пока между раздвинутых бёдер медленно, почти издевательски, текло тепло её собственного возбуждения.

LITOVCHENKO: сочетает литературный русский с разговорными, диалектными и вульгарными элементами, создавая эффект "народной прозы" с эротическим уклоном.

Пример: Они развернули её лицом к камину — жар лизнул спину, как горячий язык. Чья-то рука грубо сжала грудь, губы впились в сосок другой, жадно, с присосом. Вдруг равновесие ушло — она полетела назад, упала в чьи-то сильные руки, пока другие раздвигали ей ноги, пальцы нежно, но настойчиво размыкали влажные губы. Волосы скользнули по внутренней стороне бёдер, щекоча кожу.

— На колени её, — услышала она хриплый приказ.

Так и сделали. Ей велели сесть на пятки, как монахиням на долгой молитве. Колени запретили сдвигать, а руки, связанные за спиной, тянули плечи вперёд, заставляя выгибаться, выставляя грудь и всё остальное напоказ. Сидеть было мучительно неудобно, но именно это и требовалось.