ПРОЛОГ
Он стоял на улице, прижавшись спиной к шершавой кирпичной стене подсобки. Пальцы тряслись так, что он не мог чиркнуть спичкой. Первая сломалась с сухим треском. Вторая вспыхнула и тут же погасла на ледяном ветру. Только с третьей удалось раскурить папиросу.
Глубоко затянулся. Крепкий, дерущий горло дым «Беломора» выжигал во рту тошный, сладковатый привкус — привкус их мыла.
Снег с дождем хлестал по лицу, но холода не было. Он горел.
Только что он покинул женскую душевую. Совершил то, за что в этой стране сажают по статье за «аморалку» или отправляют в психушку. Нарушил главный закон механики — вмешался в работу отлаженного механизма голыми руками.
И самое страшное было не в содеянном. А в том, что ему понравилось. И им — тоже.
Игорь поднял голову к темным окнам второго этажа. Там, за запотевшим стеклом, они сейчас одевались. Две половины одного целого, которые он замкнул на себя.