— Перестань, блин, паясничать. - Вытирая перемешанные со спермой слюни со своего лица, я кое-как пытаюсь отдышаться, усаживаясь голой задницей прямо на мат.
— Да ладно тебе, я серьёзно, не каждая профессионалка смогла бы сразу сделать горловой.
«Ну такой себе комплимент, … мне то что с этого?»
— Мне приятно, что это Вам понравилось, Марат Казиевич. – устало улыбаюсь в ответ.
Из-за нехватки кислорода, я всё ещё дезориентирована, а меня уже пытаются снова куда-то там тащить.
— Наташ, может в душевую? Подмоемся, да там прямо повторим?
— Ну уж нет, молодой человек, не так быстро.
— Ну, ладно тогда. – довольный собой парень, заправляет рубашку и застёгивает брюки. – Ты наверняка пить хочешь, пойду поищу для тебя воды.
Я, разумеется, всё ещё сильно хочу секса и если бы Маратик настоял, я бы скорее всего уступила и отдалась, прямо тут на матах, но парень уже кончил мне в рот и видимо, пока не особенно желал продолжения.
«Вот ведь дура, да с чего ты вообще взяла что он должен сейчас вернуться?»
Так и не дождавшись своей воды, неуверенной походкой я направилась к шведской стенке. Голова ещё немного кружилась и я, стараясь взять себя в руки, на несколько секунд повисла на перекладине, наклонившись за своими трусами и колготками. Я собиралась натянуть их обратно, когда сильные руки обняли мои бёдра, а к моей голой попе снова прижался напряжённый мужской отросток.
— За последние полчаса я не стала чище. Чего это ты вдруг передумал? – поднимаясь выше руками по перекладинам, прогибаясь чуть сильнее, я игриво покрутила задницей и не представляя себе, кого я там дразню.
Вопреки моим ожиданиям, голос, впрочем как и член у меня за спиной, принадлежали вовсе не молодому физруку.
Мужчина, без лишних сомнений, притопил в моей истекающей соком вагине свой хуй и на одном дыхании, вставил мне решительно, сразу почти на половину.
«Ох, бля-ать!»
Казалось искры посыпятся из моих глаз, ведь по ощущениям, в меня пихали совсем не то, что я недавно сосала. Мясистый и толстенный, как кукурузный початок член, несмотря на обилие смазки, проталкивался в меня с трудом.
— Только мальчишка откажется от сладости грязной женщины.
Выпучив глазки, я стонала в голос, покрепче ухватившись за перекладину, чтобы не упасть.
— А-а-ах, Николай Валентинович, что это вы делаете?! … ммм … у-у-у ... Прекратите! У Вас ведь жена здесь!
На третьем движении, пах подлого обманщика касается моих ягодиц, принося боль, смешанную с ощущением долгожданной, приятной наполненности. Урча как кошка, я пытаюсь поудобнее изогнуться, чтобы не было так уж больно с непривычки, а чужой муж обнимает мои раскачивающиеся из стороны в сторону сиськи своими гигантскими ладонями и принимается драть так ритмично и глубоко, что мне в пору уже и завыть.
Мамочка родная, как же я соскучилась по этим восхитительным, ярким ощущениям. И пусть, пока что это немного больно, но я знаю, что скоро привыкну и готова ради этого потерпеть.
— Ох, блядь, глубоко … Николай Валентинович!
— Больно?
Не в силах отвечать я утвердительно киваю в ответ.
— Ну поднимись ещё чуть повыше, да погладь себя что ли.
Меня прижимают грудью вплотную к шведской стенке, угол атаки изменяется на менее болезненный, а партнёр продолжает ебать, не снижая темп.
Теперь, это уже очень приятно, меня так и подмывает реветь медведицей, но опасаясь спалиться я лишь кусаю свою руку.
Муж нашего стервозного завуча, накручивая мне соски и смачно облизывая шею, совершенно не парясь, ебёт меня без резинки. Я же, позабыв про стыд, всё пыжусь, отчаянно стараясь поскорее кончить и это у меня почти что получается, но ОБЖэшник управляется раньше.
Густая, тёплая сперма, хлещет мне на спину и ягодицы, а я вся трясусь в ожидании, судорожно стараясь доработать себя пальчиками.
Смачно шлёпая опадающим причиндалом по заднице, мужчина размазывает по ней своё семя и восхищённо мыча, целует мои голые плечи.
— Хороша ты Наташка, … я мог бы тебя навещать, хоть раз в недельку, пока Сашка твой не вернётся.
Раздражённо всхлипывая, я ёжусь от омерзения, размазывая по трусам и колготкам чужое семя.
— Не надо, … Ваша супруга такое не оценит.
— Ну ей об этом знать совсем не обязательно.
Оборачиваясь, оправляю платье, прячу грудь и застёгиваю молнию.
— То, что Вы со мной сделали – скотство. Я не с Вами тут хотела …
Мужчина делает шаг на встречу, протягивая руку к моему раскрасневшемуся лицу.
— Наташенька …
— Не трожьте меня! – уворачиваясь, я подбираю с пола свой бюстгальтер, туфли и пячусь назад. – Ещё хотя бы одна попытка и я всё расскажу Вашей жене и напишу на Вас заявление. Так что опозоримся на весь посёлок вместе!
***
С размазанной по лицу помадой и тушью, в перепачканном чужой спермой платье и колготках, с выглядывающими из декольте сосками, засосами на шее и плечах, я рыдаю в своей прихожей, глядя на себя в зеркало, с Веркиными презервативами в руках.
«Ну что, Наташа, сходила блядь, развеялась?!»
Утирая слёзы с лица, плетусь на кухню, открываю холодильник и залипаю на минуту, выбирая между молоком и оставшимся ещё с Рождества кагором.
«Да ну на фиг!»
Открываю банку и жадно пью, прямо холодное. Молоко течёт по губам и подбородку, проливаясь на платье и голую грудь.
Я ощущаю себя использованной и очень грязной, в моих планах навести себе ванную с морской солью и пеной, но сначала необходимо закончить то, что не удалось ни одному, ни другому горе-любовнику.
Зубами открывая упаковку презерватива, я беру из корзины пару припасённых к завтраку бананов и шлёпаю прямиком в свою холодную, супружескую постель.
По ощущениям, в отличии от живого члена, банан жёсткий и прохладный, но это меня уже не останавливает. Моя вагина всё так же мокрая и горячая, меня просто трясёт в ожидании и раздеваться уже некогда. Перепачканное платье снова закатано на грудь, грязные колготки спущены вниз и я, задыхаясь от похоти, жёстко отрабатываю себя одетым в презерватив бананом.
«Мамочка родная, кто бы это видел!»
Пошлое чавканье, всхлипывания, стоны и протяжное мычание, первый банан измочален мной просто в кашу, разочарованно сопя, я откидываю его в сторону и меняя позу, хватаюсь за второй, судорожно заталкивая его внутрь.
Несмотря на более крупный размер и этот фруктовый помощник проскальзывает в меня уже совершенно легко. Лёжа на боку, теперь я стараюсь особенно не усердствовать и уже чувствуя растущее внутри тепло, настойчиво помогаю себе пальчиками.
Ещё минут десять сосредоточенно пыхтя и напряжённо ёрзая, я таки добиваюсь своего. Сжимаясь и дрожа всем телом, я восторженно реву в подушку, поджав коленки к груди.
Оглушённая моим долгожданным оргазмом, обессиленная, буквально размазанная тонким слоем по супружеской постели, я чувствую как моя пресытившаяся вагина, выталкивает из себя деформированный ей фрукт и почти сразу, проваливаясь в забытье, засыпаю, капая слюной на простыню.
«Как же сильно мне этого не хватало.»
***
Утро, несмотря на вчерашние возлияния, выдалось чудным. Я проснулась ближе к обеду и сладко потягиваясь, конечно же вляпалась рукой в мерзкую банановую кашицу, размазанную по простыне.
Пару секунд восстанавливаю в памяти вчерашние события и смеюсь над собой в голос.
«Ну а что мне ещё оставалось? На стены же лезть было бесполезно.»
Настроение куда лучше и радостнее моего обычного и я прямо босиком шлёпаю в душ, мечтая поскорее отмыть засохшую сперму, так противно шелушащуюся на моей спине и ягодицах.
С огромным удовольствием, я наконец-то моюсь, намазываю своё тело кремами, крашу ноготки на ножках и начисто сбриваю всю лишнюю растительность.
Теперь, глядя в зеркало, я нахожу себя премиленькой и аппетитной, не смотря на то, что мне почти тридцатник.
Не ленюсь сварить себе кофе и недолго накручивая в руках телефон, набираю его номер.
— О, Наталья Викторовна, ты куда вчера пропала то? Я воду принёс, а от тебя только лифчик висит, на шведской стенке.
— Долго слишком ходил, Маратик. Я с другим ушла. – ехидно смеюсь.
— Это с кем ещё? – слышу удивление в его голосе.
— Не важно. Ты сам то где сейчас?
— В тренерской, … инвентаризацию делаю.
— Не уходи, я скоро зайду за бельём.
Ещё минуту кружусь перед зеркалом, надеваю простые белые трусы, тёплый спортивный костюм, валенки и Сашкин пуховик.
«Это всего лишь терапия, что бы не чокнуться тут одной.»
***
Школа на каникулах и кроме сторожа дяди Васи на входе никто мне не встречается.
Я с ним здороваюсь и радостная, почти в припрыжку, шагаю по длинному коридору к спортзалу.
Удивилась ли я, столкнувшись в дверях с разрумяненной Шеятой?
Да конечно нет.
— Фух, Натаха, уездил меня блядь.
Улыбаясь, поправляю её взмокшие от трудов волосы.
— Мне то хоть оставила немного?
— Да этому, только пять минут отдышаться. – смеётся, воровато оглядываясь по сторонам. – Я в душ, потом могу прийти вам помочь.
— Не вздумай! – улыбаясь, смотрю Верке в глаза. – Я уже сама как-нибудь.
