— Какой канал?
— ТНТ, конечно!
***
Она полулежала в гипсе до вечера. Теперь очень хорошо представляла, что чувствуют люди, которые находятся в таком положени месяцами. У неё поочерёдно чесалось всё тело — Алексей под её руководством чесал линейкой в разных местах. Несколько раз приносил и поил чаем, даже кормил, положив под голову побольше подушек. Кстати, он был довольно расторопной сиделкой и быстро выполнял все пожелания «больной».
В туалет Елизавета терпела сколько могла. Но проклятый чай просился наружу, да и сзади уже поддавливало. Если там она ещё могла потерпеть, то писать хотелось неимоверно — и чем больше она отгоняла эту мысль, тем сильнее мочевой пузырь напоминал о себе.
Наконец она сдалась и попросила судно. Конечно, это было безумно стыдно: Алексей разрезал одежду в паху не закрытом пластиковым гипсом, подкложил судно, удостоверившись, что «всё совпало». Потом сжалился и вышел, пока она справляла нужду, но затем вернулся, вытащил судно, а её письку промокнул влажными салфетками. Это было очень заботливо с его стороны, но Лиза испытывала только отвращение.
— Можно спросить? — не вытерпела она, промучившись обездвиженной уже несколько часов.
— Конечно!
— Почему именно так?
— Как так?
— Ну… все эти связывания, плёнки, гипсы? Почему нельзя просто, как все?
— Может, и мне тогда спросить? Почему нельзя просто как все — с любимым парнем, после вечеринки или свадьбы? — голубые глаза Алексея внимательно посмотрели на Елизавету.
— Я могу ответить, — выдержала взгляд девушка. — Нет у меня парня и не было никогда, так чтобы до этого дошло. Может, со мной что-то не так, может, я много требую от них. Всегда хотелось чего-то настоящего. А сейчас из такого реального остались только деньги, всё остальное — подделка.
— Прямо всё?
— Да. Всё и все! — уверенно подтвердила Елизавета.
— Тогда и я отвечу. Это мой каприз, моя фантазия. И я могу себе её позволить! — ухмыльнулся Алексей.
— А что будет дальше? В землю закопаешь? В аквариум засунешь? К чему мне готовиться завтра? — зло вскричала Лиза.
— У нас всё оговорено: никаких повреждений, кроме девственной плевы. Поэтому тебе ничего не угрожает. В остальном ты разрешила мне делать всё, что мне хочется. Сегодня мне хочется взять тебя полностью закованную в гипсе. По-моему, это весело!
— Может быть. Но только ожидание этого меня убивает. Нельзя ли как-то ускорить процесс? — взмолилась девушка.
— Как ускорить? Один раз в сутки, а с прошлого раза время ещё не прошло! Надо, чтобы у тебя там всё немного зажило!
— Ну и ничего! Я потерплю! — Лизе показалось, что она почти уговорила его сделать всё побыстрее.
Но он подумал пару минут и отрицательно покачал головой:
— Нет, никак нельзя. Прости.
Лиза откинула голову на подушку в бессильном разочаровании. Они помолчали. Она долго пялилась в потолок, потом устала и закрыла глаза. На неё нашёл милосердный сон, и он помог дожить до вечера.
Очнулась она от яркого света, вспыхнувшего в комнате.
— Пришёл конец твоим мучениям, — радостно провозгласил Алексей, завозя перед собой тележку с тарелками и бутылками воды и вина.
Он повторно помог ей справить нужду, приподнял изголовье кровати и старательно покормил из ложечки, подавая запивать вино из бокала. Принимать еду вот так, из рук мужчины, было неудобно, странно и мучительно медленно. Хотя в других обстоятельствах могло быть и романтичным. Лиза чувствовала, что развязка уже близко, и уговаривала себя не истерить и набраться ещё немного терпения.
Укатив тележку, хозяин вернулся с неизменным фотоаппаратом. Он снимал её всю, прикрыв глаза повязкой, потом сконцентрировался на свободной от гипса промежности, чуть ли не тыкая в неё объективом.
«Вот забава у взрослого богатого мужика — снимать раненую пизду крупным планом», — грустно думала Елизавета, уставившись в потолок. Он схватил её за ноги и резко крутанул поперёк кровати. Гипс крепко держал тело в одной форме, полусогнутые ноги торчали как кривые ветки. Она могла пошевелить только ступнями.
Алексей замер, погрузившись в созерцание. Она чувствовала, как он раздвигал, разглядывал её промежность. «Только не море крови, как вчера! — молила она про себя, — я этого не вынесу!»
Она ощутила тёплый член у входа и внутренне сжалась от неизвестности: будет ли ей приятно или наоборот. Мужской орган дрогнул и стал проталкиваться в сухую тесноту, пока не уткнулся в нечто до боли знакомое. Лиза вздрогнула от ужаса: она хорошо ощущала, что член опять упирается внутри в невесть откуда взявшуюся мембрану — всё ту же проклятую девственную плеву, которая невероятным образом всё ещё была на месте после всех приключений!
— Господи, этого не может быть! — простонала Елизавета.
— Ещё как может! — довольно отозвался мужчина, и его член взорвал влагалище девушки острой пронзительной болью.
***
