Гетеросексуалы: Порно рассказы

Январь в Вильнюсе был беспощадным — мороз сковал реку Вильняле льдом, а снегопад засыпал Кафедральную площадь, превращая город в призрачный лабиринт. Моя власть над Алексом достигла пика

«- Мне кажется, что я знаю о тебе все. Ты всегда рано просыпаешься и встаешь, даже когда есть возможность полежать в постели подольше. Ты без ума от горького шоколада и темных роз (хотя их дарят тебе нечасто). Ты любишь свою дочь и очень редко смеешься. Ты терпеть не можешь слащавые женские романы. У меня есть две твоих фотографии. Одна вот уже год стоит на столе, и когда я возвращаюсь домой, то представляю, что ты меня ждешь. А другая... другую, черт побери, я храню в ванной. Я не знал, как к тебе подойти - ты казалась такой неприступной, - как сказать тебе о том, что я люблю тебя - безумно, страстно, нежно, как я хочу, чтобы ты была моей женщиной. Скажи - могу я надеться? Если ты решишь меня прогнать, я никогда ни словом, ни взглядом не напомню о себе. Я...»

«Сосала она очень умело и с явным удовольствием. Игорь чувствовал, как по телу прокатывается финальная волна. Жанне это тоже хорошо было видно. Она престала щекотать член, а просто сжала его губами и языком так, что Игорь не смог бы извлечь его у нее изо рта, даже если бы захотел. Все, что ему оставалось - вздрагивать, когда сперма била через край. И тут, когда Игорь готов был разрядиться, в палатку просунулись две улыбающиеся головы.»

«Упав в изнеможении на кровать рядом с Мишей, я благодарно к нему прижалась. Он долго еще ласкал меня, медленнее и медленнее, позволяя спустить энергию любви, расслабиться.»

«Я догнал ее и просто пошел рядом посматривая в ее сторону. Заметив меня, она смешно сморшилась и закрыла глаза, а потом осторожно открыла их один за другим, словно проверяя - не показалось ли ей.»

«Его член напрягся под тканью джинсов. Он начал медленно мять ее сосочки, гладя все ее тело, целуя плоский живот. Потом расстегнул молнию - иперед ней прежстл во всей красе вздыбленный атрибут его мужского достоинства. Лаская ее между ног, он довое девушку почти до оргазма. Войди в меня - попросила она, не понимая для чего. Ей просто хотелос. И он вошел, бурно, ЕГО ОГРОМНЫЙ ЧЛЕН ТЕРСЯ О СТЕНКИ ЕЕ ВЛАГАЛИЩА. Но боже, как ей было хорошо! Когда он кончил, она лежала в полузабытьи. Чтобы помочь ей, он начал лизать ее влажную дурочку, до тех пор, пока она не кончила. Еще несколько часов они лежали вдвоем, пьяные и счастливые. Так она забыла о своих неудачах, а он наконец-то трахнул ее.»

История трудного и жестокого жизненного пути гордой девушки Тани, лишённой за упрямство родительской опеки. Она решила, что сможет обойтись и без их помощи, за что пришлось заплатить высокую цену и позабыть о гордости ради выживания. Её жизнь катилась по наклонной, но к своему счастью она случайно встретила Николая — человека с очень похожей судьбой. И теперь они объединят усилия в своей борьбе с этим несправедливым миром. Но бесконечная череда крутых падений и взлётов измотает любого человека, а немыслимое давление обстоятельств либо закалит характер в алмаз, либо равнодушно перемолет в прах.

Как и любое произведение в этой серии, это тоже не является чисто эротикой, как видно из названия. Но на данный момент, на полноценную книгу то, что у меня есть, не тянет.

Осенний парк, шорох листьев и откровенная беседа двух трепетных сердец...

Играя в игры не мудрено заиграться, и готовясь получить главный приз вдруг потерять всё.

Кирилл и Алина, загнанные в угол экономией и одиночеством, начинают странные, жестокие отношения. Он берёт её под тотальный контроль. Она бунтует, курит, провоцирует. Их секс — это не любовь, а грязный способ утвердить власть и заполнить пустоту. Он использует её тело, чтобы «выбить дурь», она использует его, как инструмент. Постепенно хаос превращается в жёсткие правила их личной «системы выживания». Что вы увидите? Жесткое доминирование, секс как наказание и терапия, психологическое давление, игра на запретной грани «брат-сестра», превращение слабой в подчинённую.

Вечер безумия сменился ночью исцеления. Завершение истории о том, почему после самых жестких ударов женщина чувствует себя в полной безопасности, и какие новые «игрушки» уже пополнили их тайный список. Финальный ход в игре, где нет проигравших. Эндшпиль стал началом новой партии, где будет время для самых смелых экспериментов. Завуч застегивает все пуговицы своего костюма, зная, что под тканью горят невидимые миру метки её свободы. Получите свой табель, Елена Сергеевна, вы получили достойную оценку...

Лера стояла в прихожей, сердце колотилось в горле и ниже, между бёдер. Мама улетела час назад. Саша взял её чемодан одной рукой, повернулся — большой, спокойный, пахнущий мужчиной и деревом. — Теперь ты здесь, рыжая. Дверь закрылась. Тишина. Только их дыхание и то, как ткань его штанов натянулась, обещая всё, о чём она мечтала годами. Скоро. Очень скоро. Он возьмёт её.

Преображение продолжается, только теперь оно затрагивает куда более чувственные струны. Положение драматические изменяется, и теперь страдания выходят на новый уровень.

Короткая июньская ночь смывает последние затворы стыдливости, обрушивая на волость пьянящий купальский кураж. Для сговоренной Любавы это время легкого, летящего счастья и проверки верности над ревущим пламенем костра. Но для средней Алёны, чей венок тонет в речном омуте, колдовская ночь становится последним полем боя за тающую любовь. Пока деревня упивается водным вольностями и прыжками через огонь, в густых, парящих папоротниках чащи рождается тайный, отчаянный грех.

«Мистер Хобс, еще раз сверившись с записью в блокноте направился к особняку, который был скрыт от постороннего высоким кирпичным забором. На воротах этой цитадели была прибита скромная вывеска:"Частный пансионат для детей сирот". ул. Парсел 14.»

«Сpеди пpисутствующих случайно нет диpектоpов совместных пpедпpиятий? Hет? Hо даже если кто-то на самом деле имеет к этому отношение, а сейчас пpосто не хочет говоpить, то я заpанее пpошу не обижаться и не пpинимать на свой счет... Истоpия, котоpую я вам хочу pассказать, конечно, единичная, и по-своему, пpосто уникальная. Именно поэтому я и pассказываю ее вам.»

«Церемония распития напитков сопровождалась любопытными взглядами и нервным, но очень возбуждающим Алешу смехом Лизы. А потом он предложил девушке помочь помыть посуду. Они демонстративно удалились в туалет. Он запер дверь на очень "бывалый" шпингалет. Кабинка была очень узкая и Лиза случайно села на унитаз. Её взгляд уперся в его ширинку. Она протянула руки и расстегнула брюки Алёши. Страх, что в любой момент кто-нибудь войдет, щекотал нервы. Его пенис угрожающе торчал. Головка члена была розово-алого оттенка. Лиза погрузила его в свой ротик и чуть не подавилась. Она энергично скользила губками, то отпуская, то вновь заглатывая его. Вдруг им показалось, что скрипнула входная дверь. Паника оказалась ложной. Лиза вновь вернулась к прерванному увлекательному занятию. Руками она придерживала член и сначала нежно, а потом всё жестче обхватывала и сжимала его. Алеша старался сдержать стоны, но все равно тихонечко "мурлыкал" от удовольствия.»

«Спасла меня, конечно Леля. Умная и чуткая, она поступила очень просто: влезла на кровать, приподняла юбку, присела надо мной и, легонько направив член себе в щель, вогнала его туда до конца. Почувствовав ни с чем не сравнимую сладость, я мгновенно оттаял. Оба боровшихся существа слились вместе. Произошло это не сразу, и девочке пришлось изрядно потрудиться, прежде чем в нее влился поток горячей спермы. Клянусь вам, мальчики, так хорошо, как в тот раз мне никогда не было. И дело не в том, что это происходило со мной впервые.»

«Медленно поднимаясь и опускаясь я помогаю тебе в такт движениям, держу за попу, держу и массирую эти белые красивые шары ягодиц, сам ловлю губами соски твоих грудей. Руками держу твои круглые ягодицы и массирую их в такт твоим движениям. Твоя попа красива, особенно она красива и смотреть на нее - когда ты также сидишь на мне, но спиной ко мне, гладкие шары, красивый сморщенный кружок ануса, а с раздвинутыми, точнее разваленными в стороны губами. Шикарно она выглядит когда ты залазишь на член ко мне спиной - я и глажу эту красавицу попу и вижу как красиво входит хуй, раздвигая губы твоей божественной пизды.»

«Наверное, ты уже начала приходить в себя, когда я сделал то, чего ты меньше всего, наверное, ожидала от меня - приподняв за попу, посадил тебя на кафель, толкнул назад и, задрав вверх ноги, проник своим языком туда, где не утихло ещё пламя... Ты думала, что сразу два оргазма бывает редко? Редко, но ведь бывает!»

«Решение о нашем выселении было принято сразу, как только Будыко сложил с себя обязанности инструктора горкома комсомола, оставив себе должность председателя КМО. Кто-то из руководства, очевидно, посчитал, что в правительственном здании не место общественным организациям. Сколько Сергей Геннадиевич ни бегал по кабинетам, все, чего он добился, было новое помещение в здании, которое располагалось в небольшом переулке, отходящем от Софиевской площади.»

Парень приезжает к младшей сестре своей матери в деревню где помогает ей по хозяйству. А именно обучает ее молодого мужа обращению с техникой.

Реалистичная, похабная, очень телесная история о зрелой страсти, одиночестве, слабостях и о том, что даже в самой вонючей грязи можно найти своё маленькое, но настоящее счастье. Для любителей жёсткой, без прикрас зрелой эротики и производственного антуража.

Погоня продолжается в горячей пыли. В ней есть место и любви, и опасностям, и волшебству.

Её научили всему, кроме одного — слышать собственное тело. Оно было послушным рабом разума, пока однажды не взбунтовалось. В поисках способа заглушить панику, она ступает на территорию, где правят инстинкты, а уроки соблазна преподают в темноте. Это рассказ о выборе между мёртвым совершенством и обжигающим шансом почувствовать хоть что-то.

После всех предыдущих трахалей у меня появляется нормальный парень. В нём всё настолько нормально, что я сначала даже не понимаю, что это ненормально.

У неё — долг в шесть миллионов и ледяной «хозяин», который не прощает. У него — старый «Форд», ипотека и дикое желание защитить ту, которую знает три дня. Она пытается сбежать, чтобы не ломать ему жизнь. Он бросается следом, готовый сжечь всё дотла. Их ждёт разговор в пустом клубе, циничное предложение от того, кто привык закрывать проекты, и выбор, который изменит всё. А ещё — её ботинки посреди коридора, разбросанные вещи и тот самый бардак, от которого у него впервые за много лет теплеет в груди. Она спросит: «Ты не жалеешь?» Он ответит: «Нет». И это будет правдой.

Зимняя комнатная жизнь артели кончена — Широкая Масленица с ревом выплескивает бурлящую молодую кровь из тесной избы прямо на ослепительный, подтаивающий уличный простор. Перед долгим безмолвием Великого поста деревня упирается в пик телесной свободы и безумных целовальных горок. Для Любавы и Алёши это время легализации чувств пред всем честным миром, но уязвленный Степан и богатый Миколка уже готовят свой мстительный реванш.

Встреча с той что всегда пробуждает вкус греховного наслаждения и ослепляющего желания. Вступление в новый этап... Нежность подчинения и страсти