«Я часто просыпаюсь от того, что кончаю во сне. Это все связано с тем, что мне сниться. В первый раз это случилось, когда мне было лет 15, и я впервые, случайно заглянув в ванну, увидела огромный член моего отца. Это настолько меня впечатлило ( а я к тому времени уже знала, как самой доставить себе удовольствие), что мне в эту же ночь приснилось, что я и мой отец занимаемся любовью, что я сосу его огромный член, а он ласкает меня пальцами, затем он слегка отодвигается и просто дует на мой клитор... Это такое чувство! Я передать не могу! Когда твою мокрую киску обжигает сухой воздух дыхания, не касаясь пальцами и языком... меня такой оргазм пробил... Я проснулась от того, что пальцы на ногах судорогой сводит ( не той, что бывает, не та которая мучает болью - другая), залезла в трусики - вся мокрая там... Так и пошло... я просыпаюсь всегда от того, что напрягаются пальцы на ногах и всегда оргазм связан с клитором, с тем, что с ним делают, точнее не с ним, а с той точкой которая мне больше всего удовольствия приносит... Так вот, то я танцую на столе и на мне только треугольник ткани, как фартук, ткань ударяется по бритой киске, я чуть раздвигаю ноги и ткань бьет по клитору, кручу бедрами быстрее, чтобы еще и еще почувствовать этот удар о клитор, от которого мне так хорошо.. Сны разные, от кошмаров до фантастически яркий оргазмов. Ну как передать то, что сниться? Это всегда настолько ярко и реально.. Мой муж говорит, что вообще не помнит своих снов, что они даже не цветные... А я могу рассказать все, что снилось прошедшей ночью. Все! Даже как я гуляла по лесу, и подняв лицо к небу, увидела пробивающийся луч солнца сквозь зеленые резные листья клена..»

«Наконец он успокоился. Он развернул ее и поставил на четвереньки. Его взору открылась чудесная попка, внизу чернел треугольничек пизды, но Сергей нацелился на маленькую дырочку ануса. Он слегка провел пальцем по нему, немножко нажав. Девушка вздрогнула. Сергей смочил пальцы слюной и смазал анус. Еще раз смочив пальцы, он обволок член густой слюной и резко ввел член ей в жопу. Девушка вскрикнула.»

«Соски моментально разбухли и стали твёрдыми. Тем временем два члена начали трахать Дженни в обе дырки. Влагалище стало мокрым. Влага потекла по ногам и по кровати. Затем члены ускорили своё движение. Дженни затряслась. Наслаждение смешивалось с болью. Анус весь "горел". Грудь немного щипало. Так продолжалось минуты три. И вот Дженни начала кончать. Приятная боль подступала из живота. И вдруг резкий оргазм захватил всё её молодое тело. Она прыгала на кровати от такого наслаждения. Оргазм прекратился, но члены ещё работали, а грудь массировало это устройство. Дженни не знала, как отключить машину. Она лежала, обессилено, и ревела, сама не понимая, то ли от наслаждения, то ли от боли, то ли от унижения. А члены всё работали, боли в анусе уже не было. Член со всей силой входил в нежный анус девушки. Влагалище покраснело, сильно намокло, и половые губы давно торчали наружу.»

«Мой член за время ласк стал огромным и сейчас наверное и в киску бы с трудом вошёл, а в попу - никак не получалось. Я давил еще сильнее и вот случилось! Я вошёл в неё! Я распечатал её попку! "Не-е-ет! Мне больно! Убери!" - я не обращал внимание на крики - замер в таком положении и только покрепче обеими руками стиснул её попку и бёдра, чтобы она не вырвалась. Потом стал потихоньку двигать на выход, но буквально чуть-чуть, потом снова - вперёд. "Ай! Пожалуйста! Не надо! Больно!" - я на миг остановился, но потом неумолимо продвинул свой член дальше - вглубь её суперсексуальной попки. Затем снова чуть вытащить и снова продвинуть, потом опять - с каждым разом всё глубже и глубже, пока наконец не почувствовал, как яйца упёрлись в ягодицы. Я замер. Мышцы её ануса плотно сжали член со всех сторон. Я был на вершине - такое удовольствие! Просто внеземной восторг! Но ей видимо было еще больно, потому что ягодицы были плотно сжаты, а попка подрагивала и внутри это особо чувствовалось, но доставляло неописуемое наслаждение. Девушка подо мной уже не вырывалась - я слышал лишь сдавленные всхлипывания и поойкивания, которые стали чуть сильнее, потом тише, а потом и вообще исчезли, когда я начал осторожно двигать челном внутри.»

«Оргазм, который они испытали, был настолько сильным, что Аня кричала с минуту, безуспешно закрывая рот подушкой. Гена в экстазе брызгал спермой на грудь и живот Ани. На простыне от их выделений образовалось большое влажное пятно. И в центре этого пятна лежал ставший на время ненужным фаллоимитатор - источник и составная часть их совместного оргазма.»

«И, когда в нашей любовной борьбе я, наконец одержал верх, прижав ее тело к кровати, на секунду повиснув над ней на вытянутых руках, она уже полностью без остатка была во мне, наши души сплелись, взявшись за руки. Я вошел в нее легко, как будто прыгнул с высокой горы, расправив крылья за спиной. Она коротко вскрикнула, прикусив от боли губу, и наши тела забились в ритме любви, как раненые птицы в клетке.»

«О, великий и могучий, это я о языке. Он именно "вдул". Да так, что стал доставать, ее животе нечто такое, что вызывало новые стоны моей мамочки. Казалось, он работает как отбойный молоток, чтобы пригвоздить ее к скамейке. Потом они замерли в этой невероятной позе, и было видно, как судорожно сокращаются папины ягодицы. Наконец он оторвался от своей жертвы и принялся осторожно и ласково целовать ее.»

«В этой своей второй жизни он жуткий маньяк, некрофил. Наивысшее наслаждение ему доставляло убийство во время оргазма. Но он был осторожен. Его жертвами обычно становились залетные проститутки. Их, как правило, никто не ищет. Позволял он себе этот праздник души не часто. Даже владельцу похоронной конторы утилизация лишнего трупа стоит недешево:»

«Через некоторое время я вытащил кляп , сел у Лены в ногах и взялся было за фаллос который так и торчал из ее зада, но Лена вдруг вздрогнула и сказала; - "Нет, я сама, лучше развяжи меня".»

«"Сок любви" тек по её ногам. "Грудь и попку" - прошептала она. Я поднялся, снял с неё кофту, расстегнул лифчик, одной рукой продолжал мастурбировать влагалище, а языком и другой рукой массировать грудь. Эта грудь была чудесна. Девушке особенно нравилось, когда я щипал её соски, которые твердели на глазах. Через минуту, она повернулась ко мне задом и широко расставила ноги. Я раздвинул ягодицы и припал языком к анусу. "Пальцем" - простонала она. Обмакнув указательный палец в соке влагалища, я аккуратно ввёл его в заднее отверстие, затем вынул и повторил то же самое раз 10. "Трахни меня" - прокричала она и повернулась ко мне передом. Я встал, взял член в руку и аккуратно вставил во влагалище, ввёл его не до конца, затем вынул. Повторяя то же самое, я трахал её всё глубже, сильнее и быстрее. Через некоторое время она, совсем ошалевшая от удовольствия, опять повернулась ко мне задом и попросила трахать её в анус. С этим возникли некоторые проблемы. Член никак не хотел пролезать в узкий и тугой задний проход девушки. Тогда я подрочил анус пальцами, затем смочил член слюнями и только затем вставил. Прижав её к стене, я снова начал убыстрять темп. Она сама начала подаваться навстречу члену. Я в бешеном темпе трахал её в попку членом, а пальцем во влагалище. Оргазм подступил к её телу и девушка затряслась в конвульсиях, что-то шепча мне на ухо. Она кончила, присела и начала дрочить мой член, теперь и я кончил, облив её лицо спермой. Она слизала всё сперму, выдавив остатки из моего члена. Вскоре лифт починили, мы пошли по своим делам и так больше никогда и не встретились...»

«Кто-то настойчиво гладил его стояк, он словно выпал в темноту, хотя и было сумрачно, влегкую кружилась голова, на нем была рубашка и все, гладя его член рукой ее губы целовали его шею, ха-ха (внутрений смех), свадьба, второй день, я свидетель, повезло не жених - сволочи кинули здесь, уже вошел в нее -Стоп, подожди, рука нащупала единственный гандон в кармане, быстро порвав упоковку, уже наполовину натягиваю его на член, -Слушай у меня всего один, -Подожди ты болеешь, Ия нет, и дней у меня сейчас нет так что не подзалечу, в общем не нужна тебе эта гадость, гандон сдергивается с характерным чпоком, задираю ей ноги и начинаю в быстром темпе просто трахать, кстати это не свидетельница, а Катя - со стороны невесты... Подожди тигренок, не так быстро, но мне плевать на ее просьбы - это ей нравиться, ставлю засос (не хорошо - может выдать), но мне нравиться, нравиться оставить памятный засос, нравиться трахать всю ночь напролет, нравиться немного менять позы, особенно сзади и наездница, когда можно чуть-чуть пошлепать ее по заднице, нравиться ее классная фигура и груди, нравиться, что она извивается и изнемогает под тобой, нравиться доставлять ей удовольствие, нравиться, что она чистая и не берет в рот, кто меня за это осудит... Под утро она устала, у всех похмелье, всем нас...все хотят спать, я не хочу ... закутавшись в одеяло нахожу комнату со свидетельницей, она тоже трахалась, Но ей тоже не спиться...»

«Настало время обеда. Госпожа отвела меня в соседнюю смежную комнату, оказавшуюся процедурной. Приказав мне лечь на банкетку, она стала ставить мне клизму...Было залито почти 2 литра. Мой живот просто разрывался...в голове была только одна мысль...об унитазе. Госпожа, усмехнувшись, приказала мне встать...Мои мучения усилились, поскольку вся жидкость ушла вниз...я еле сдерживал мышцы сфинктера и ждал окончания экзекуции. Однако, Госпожа заметила, что мой член находится в состоянии эрекции. Она взяла его своими нежными пальчиками и начала меня мастурбировать...Я сразу забыл о боли...через минуту я готов был кончить...Но Госпожа, заметив это прекратила свои движения и... резко ввела указательный палец в отверстие на головке члена...я взвыл от дикой боли...мне казалось что палец Госпожи через член достиг заднего прохода...Наградив меня увесистой пощечиной, чтоб не орал, Госпожа вынула палец...но мои мучения на этом не закончились...В мой израненый и горящий огнем член, медленно стал вводится медицинский катетер, конец которого был опущен в маленькую мензурку...потекла моча...Держать напряженными мышцы сфинктера в момент мочеиспускания почти не возможно...я до сих пор не могу понять как мне это удавалось. Госпожа вывела меня на середину комнаты и привязала к стоящему здесь смотровому столу, так что я мог действовать только одной рукой. Она сказала мне, что идет обедать и будет через час, а я должен ждать ее, не смея менять позу и не опорожняя кишечник. Она сказала, что если она застанет в кабинете грязь, то это будет наша последняя встреча... Я спросил... "а что мне делать, когда мензурка наполнится из катетера". "Отхлебнешь" - был ответ. Пожелав мне удачи Госпожа ушла, заперев дверь и задернув шторы...»

«Меняю большую струю на мелкие сильные струйки. Начинаю поливать тебе на грудь. Стараюсь этими острыми струйками попасть на соски. Тебе приятно? Или больно? Не знаю. Ты ничего не говоришь. Глаза закрыты. Губы плотно сжаты. Тело вздрагивает, но ты не пытаешься прикрыться или увернуться.»

«Одновременный оргазм подобен взрыву сверхновой звезды. Я хотел кричать, она тоже, но в горле пересохло и мы хрипели, выгнув спины, раздирая и царапая друг друга ногтями. Она вцепилась мне зубами в плечо и мы умерли, потеряли ощущуние реальности. Так, наверное, умирает новая или сверхновая звезда, осветив всю галактику последней предсмертной вспышкой. Не зря французы говорят, что оргазм это маленькая смерть.»

«Мать уже не сжимала бедра, а ее ноги стали медленно раздвигаться, и кончик ремня все чаще и чаще попадал на внутреннюю поверхность ляжек, достигая самых интимных мест. Выражение ее лица было полубезумное, широко раскрытые глаза смотрели остекленевшим и пустым взглядом, а из полуоткрытого рта стекала слюна на подбородок.»

«Короче так было еще минут 15. ну а потом я ее в пизду ебать сначала начал(гондонов правда не было). я почувствовав, что щас кончу высунул свой хуй и кончил ей на живот. вот мы повалялись голые минут 20 где-то, целовались. выпили еще водочки. пошли в ванную. закрылись включили воду. потом короче она руками своими меня снова возбудила, я промыл свой х и начал ебать ее еще раз в пизду сначала, потом раком в пизду, ну а потом типа предложил анально, она не отказалась, и я ее туда пер. Потом прямо в анал ей кончил. Клева, супер. потом мы вышли из ванной и встретили моего отца, который в туалет ночью шел. Говна не было. Батя сразу даже ничего не сказал. Вот потом еще час уже где-то мы валялись на диване. водочку попивали опьянели в конец. потом она у меня отсосала, че осталось и мы спать улеглись клева было. 3 раза кончать за ночь. голые спали. Я еще просыпался ее за пизду дергал, за сиськи, но она даже не просыпалась клева. Когда мне под утро часов в 6 где-то захотелось еще, а она не просыпалась. она спала жопой к верху, и я ее незаметно поебал минут 15 в пизду и кончил, вот это клево. потом я ее больше не видел никогда. Она утром проснулась, улыбаясь оделась, я ее проводил до остановки, она спросила телефончик, а я балбес дал какой-то левый телефон.»

«Я начал раскачиваться на ней, начал нежно водить членом вверх и вниз, это было что то не реальное, нам было настолько приятно! Мы так идеально подходили друг другу, что у меня и у неё начали плыть круги перед глазами, мы стонали от удовольствия, то ускорялись, то останавливались, это было так приятно, и так необычно, что нам хотелось наслаждаться друг другом бесконечно?»

«В свете наступающего утра женщина казалась еще более убогой, и хотя она потянулась губами к вздувшейся ширинке Николая, мужчина не торопился. Не отводя руку с оружием, Николай качнул стволом в сторону: "Иди в ванну!". Женщина, недоуменно оглядываясь на мужчину, пошлепала босыми ногами в ванну, прикрывая ладонями свои сморщенные груди. "Садись в ванну", - Николай рукой подтолкнул бичевку к потрескавшейся ванне, покрытой ржавыми пятнами. Она, держась руками за края, присела на корточки. Мочевой пузырь Николая уже давно хотел опорожниться, но желание ебать эту бессловесную скотину во все дырки тоже было велико, что член был готов буквально выпрыгнуть из штанов. Наконец Николай освободил своего "дружка" и ткнул им в полуоткрытый рот женщины. Та старательно начала сосать головку, осторожно двигая немытой головой и заглатывая хуй до самых яиц. Почувствовав, что он уже не в силах сдерживаться, мужчина простонал: "А сейчас, сучка, ты должна выпить все до капли:", и тугая струя мочи ударила в горло старой шлюхе. Та от неожиданности поперхнулась, ее щеки раздулись, но Николай крепко удерживал бомжиху за уши. "Глотай, сука!", - потребовал он. Женщина судорожно сделала несколько глотательных движений. Струя мочи, казалось, никогда не кончится, и Николай, вытащив свой член из ее рта, начал поливать мочой сидящую на корточках женщину. Через минуту его потоки иссякли, и его член снова стал принимать вертикальное положение. "А теперь отсоси", - скомандовал он. Женщина с радостью ухватилась за это знакомое ей дело. "Ну-ка расскажи, как тебе нравится у меня сосать. Рассказывай, сука, как тебе нравится, когда тебя ебут в жопу, как ты любишь, когда тебе ссут в рот: Проси меня об этом!", - Николай слегка нажал мизинцами женщине за ушами (этому болевому приему Николай научился, когда несколько лет серьезно занимался карате). Она дернулась от нестерпимой боли, и, задыхаясь, прошептала: "Мне: нравится, когда меня ебут в жопу,: когда мне ссут в рот,: делайте мне так, пожалуйста:". Николай рывком погрузил свой член в самое горло и спустил с протяжным стоном.»

«Через минуту она встала со слезами и сказала "Пол, пошли скорее куда-нибудь, а то я сейчас написаю в штаны. Я НЕ МОГУ БОЛЬШЕ ЖДАТЬ". Мы вышли из магазина и Сэм бежала вперёд, сжимая себя руками. "О, нет я не могу больше вытерпеть, я начинаю писать в штаны, как ребёнок". По её щекам текли слёзы, она стала бежать всё медленнее и сжала зубы изо всех сил. О нет, я не могу больше остановить это, не смотри". Она согнулась пополам, и тоненькие струйки потекли по её ногам. "всё, я ничего не могу поделать, я писаю" Она пробежала ещё три шага, чуть присела и мощная струя ударила по её джинсам, они стали намокать с огромной скоростью, и вокруг образовалась лужа. Бедная Сэм писала в штаны, а вокруг ходили люди и видели всё это.»

«Я, конечно, был заинтригован и вечером хотел расспросить сестру о подробностях. Вскоре сестренка вернулась и сама рассказала, как утром лишилась девственности. Во всех подробностях.»

«Девушка заметно нервничая легла на живот. Подруга матери тем временем подошла к ней, села рядом. Я с интересом смотрел что же будет дальше. А мама в это время с поддельным интересом читала газету, лежавшую здесь до нашего прихода, но я заметил, что она тоже посматривает на то, что делает ее подруга. А она тем временем расстегнула молнию на юбке девушки, и стянула ее до колен. Мое сердце забилось в диком ритме, увидеть женское белье для меня уже было счастьем. На девушке были белые трусики, весьма скромного фасона, закрывавшие ягодицы почти полностью. Но закрывали они их не долго, так как тетя Лена, спустила до колен и их , затем сказала что бы девочка стала на четвереньки. Та послушалась. Я же в это время чуть не завопил от восторга, благодаря расположению кушетки я смотрел на все это с боку, и чуть с сзади.»

«Бабка принесла ему ремень, Катька, опустив голову, подошла к отцу. Отец притащил ту скамью, и Катька начала снимать юбку. Потом , оставшись в трусиках, глянула на отца, но поддержки не нашла. Она спустила трусики, и по её щеке скатилась слеза.»

«Он стоял на пороге и смотрел на попку своей жены... и на сонное лицо своего сына.. её голова была под одеялом и делала ему миньет.. она вся вспотела.. и текла.. сучка... она хотела... она хотела... куда угодно и что угодно... желательно вкусный член и между ног... Встал, встал... бесшумно подошел к ней сзади... молча положил ей руку между ножек.. набирая ей соки и смазывая анус... затем резко ввел свой кол ей в попку..»

«Саша двигал членом по ее влажным губкам, скользя мимо входа во влагалище, опять дразня ее, он поглаживал ее груди, свисающие вниз, и иногда нежно сжимал ее упругие набухшие соски. Вход в ее влагалище настолько раздвинулся в нетерпении принять его долгожданный член, что при очередном движении Саши, его пенис мягко вошел внутрь ее влагалища и замер внутри. Мышцы влагалища пульсировали, сжимаясь и разжимаясь, подвеpгая Сашин пенис сжатию по всему стволу. Затем Саша медленно вывел пенис из влагалища и замер у входа в него, продолжая ощущать вибрацию мышц ее влагалища, Саша тихо простонал, ощущая как мышцы её влагалища пульсирущими сжатиями ласкали головку его члена, таким образом массиpуя её.»

«Белоснежное платье упало на пол и она оказалась в белом кружевном белье. Она опять повернулась ко мне и расстегнула ремень и сняла с меня брюки. Потом запустила руку в трусы и нащупала мой уже давно возбудившийся член. Нежно погладила его, а потом опустилась на диван. Мои трусы она сняла одной рукой и поцеловала мой член. Я опустился на колени передней. Она откинулась назад и я снял с неё трусики. Я раздвинул ей ноги вошёл в неё. Она негромко вздохнула с таким наслаждением, что мне показалось, что она ждала этого всю жизнь. Мои движения были плавны, но со временем они учащались и становились всё быстрее и жёстче. Тут она меня перекидывает на спину и берёт инициативу в свои руки. Она гладит моё горячее тело и медленно приподымается и опускается. Я приподымаюсь к ней и расстегиваю её лифчик. Ласкаю её груди. В эту минуту я понимаю, что именно её я искал всю жизнь. Нет не любил, а именно искал, что бы полюбить, а она оказалась совсем близко. Меня не мучает чувство вины перед Сашкой, как бы он сильно не страдал. Потому, что это моя девочка, моя сбежавшая невеста...»

«Он стал неистово мять упругие белые полушария. Молодая докторша прыгала на нем. Полузакрытые глаза, полуоткрытый рот. Головку защекотало. Он схватил ее за ягодицы и ускорил темп. Молния сладострастия пронзила его мозг. Мощная струя спермы ударила по матке.»

«Немного времени спустя я уже лежал на диване, и Полина надевала на меня гандон. Она думала что он спасёт её от нежелательной беременности, но как же она ошибалась (ведь я то намеренно в отличии от моих друзей ехал трахнуть московскую девку чтоб она залетела и жениться на ней). Переспав с ней я оставил ей свой телефон, и она сказал что скоро мне позвонит. Утром мы уже пили чай с её мамой, отец у неё всегда пил и помногу так что его часто не бывало дома, ей маму звали Соней а сама семья была католической веры. Когда я первый раз увидел Соню мне показалось что это сестра полины. Но за чаем я удивился что как хорошо выглядит её мать. Поболтав немного я поехал домой. Но Полина мне так и не звонила. Я уже было забыл про неё но через 6 месяцев она всё таки позвонила и сказала: приезжай ко мне поболтать надо. Я приехал как ни в чём не бывало, встретила меня её мать в полупрозрачном пеньюаре наверное только вышла из душа. Полины не было дома, но она уже ехала с работы. Мы стали ждать полину но её всё ещё не было, я включил видеомагнитофон, и увил порнушку, я возбудился и уже сунул руку, чтобы расслабиться, в штаны. На этом месте меня застала её мать Соня. Что ты делаешь : спросила она, я сказал ничего. Но она увидев что идёт по телевизору поняла что я хотел сделать и сказала: а слабо без руки со мной, я cказал что нет. Соня подошла ко мне и поцеловала меня в губы, между нами проскочила невидимая искра, наши языки слились в жарком французском поцелуе. Дальше Соня начала раздевать меня и укладывать на софу. Сняв с меня трусы, она начала мне делать Минет, другой рукой она ласкала себя между ног. Когда она кончила один раз то встала на колени и начала опускаться на меня, на мой стоящий как кол член. Мы трахались в различных позициях около получаса, и когда я кончал была позиция стоя я был сзади. Я кончил в неё но она сказала что примет противозачаточные таблетки и я забыл об этом. Конечно я понимал что женщина её лет очень хочет вкусить запретного плода ещё не один раз, но так как муж алкоголик то конечно не о какой потенции у него не может быть и речи. Я сходил в душ и когда выходил оттуда я увидел как входит полина и я увил округлившийся животик, тогда я понял для чего меня сюда позвали. Полина прошла на кухню и сказала ты просто обязан на мне жениться и ей вполголоса вторила мать вошедшая на кухню вслед за нами. Я сам был не против поэтому через полтора месяца я обвенчался и поженился сразу. Мы стали жить тихим семейным бытом. Моя мечта сбылась я свалил от родителей из Подмосковья в престижную Москву, где был шанс выжить.»

«Я ускорялся, набирая скорость. Алексей извивался, и двигал попой навстречу моему члену, который как мне показалось, доставал ему до желудка. Вскоре я, засунув член как можно глубже ему в попку, кончил. Немного постояв, я вытащил член, дырочка Алексея была вся красная и немного в сперме. Теперь была его очередь долбить мою девственную попу. Он повернул меня, и смазал дырочку. Он сел на диван, и направлял свой член мне в попу, а я садился на него. Сначала было просто супер, только когда его член вошел в меня на половину, стало немного больно. Но я пересилив боль, продолжал опускаться на член. Вскоре член вошел полностью, и я начал делать ритмичные движения, было совсем не больно. Постепенно на меня накатывались волны удовольствия, которые я не получал с девушкой. Он взял мой член в руку и стал в такт движениям дрочить. Вскоре я моя сперма уже стекала с моего живота, и его руки на диван. Алексей положил руки мне на бедра и опустив меня на свой член, кончил в меня. Я слез с него и сел рядом. Я был опустошен, и так устал, что не мог пошевелить не рукой, не ногой. Прошло минут 15, и он пригласил меня в ванную. Мы вымыли друг друга, после чего он отвез меня домой. По дороге, мы не сказали ни слова. Я вышел из машины и он уехал. Больше в этом баре я его не видел... А жаль...»

«После этого я аккуратно вынул наконечник из ее попки и велел ей забираться на стол для колоноскопии, и лечь в ту же позу, в которой она лежала под клизмой. Она послушно выполнила это распоряжение, забравшись на высокий стол и улегшись на левый бок с поджатыми ножками. Я взял на палец еще вазелина и обильно смазал ей задний проход. Врач тоже надел перчатки, вынул из стерильного раствора гибкий черный шланг колоноскопа, подключил один конец оптического прибора к соответствующему гнезду в аппаратуре, а другой конец, кроме "головки" прибора, обильно смазал вазелином на довольно большую длину. Затем он раздвинул девушке ягодицы и осторожно ввел ей гибкий толстый черный шланг неглубоко в попку. Я наблюдал за этим и нашел эту картину необыкновенно эротичной и дразнящей, даже гораздо более эротичной, чем клизма: девочка, лежащая с толстым черным шлангом, торчащим из ее нежной попки, смотрелась необыкновенно возбуждающе. Врач, однако, больше смотрел не на девочку, а на экран монитора, разглядывая там картину слизистой прямой кишки девушки и время от времени что-то бормоча себе под нос. Затем врач начал осторожно продвигать шланг глубже, рассматривая на мониторе меняющуюся картину. Я в это время следил за тем, чтобы девочка лежала спокойно и не дергалась, поглаживая ее и раздвигая ей попку, чтобы она не сжималась при продвижении шланга колоноскопа.»

«Ты берёшь меня за ягодицы и поднимаешь на руках; я плотно обхватываю тебя, повисаю на тебе, как обезьянка, и ты входишь в меня. Я шесть лет не знала иного мужчины, кроме мужа. А ты совсем другой, ты настолько другой, что я вздрагиваю всем телом. Ты врезаешься в меня, как торпеда врезается в водные толщи - неожиданно, резко, мощно, и от неожиданности и новизны ощущений я кончаю ещё раз. Не разлепляясь, мы пытаемся без увечий пасть на кровать. Это требует от тебя изрядной физической силы, но ты справляешься, я тебе помогаю, и мы всё же переходим в миссионерскую позу. Ты тяжёлый, ты движешься энергично, ты входишь очень глубоко, и мои внутренние мышцы непроизвольно сжимаются в ещё более тугое кольцо, пытаясь тебя удержать. Но ты без промедления выскальзываешь, чтобы тут же опять ворваться, и я опять пытаюсь тебя удержать, и ты опять ускользаешь, и так снова и снова. И я бьюсь под тобой, как раненый зверь, и рыдаю беззвучно, и шепчу тебе что-то незамысловатое, и впиваюсь тебе в спину тщательно подточенными ноготками.»