- Ты такая шалунья доченька, - тихо проговорил он, гладя меня по голове, но в голосе его не было настоящего осуждения. Скорее нежная укоризна и скрытая гордость. - Могла бы хоть предупредить как-то. Я вытерла уголок губ пальцем и облизнула его, глядя папе в глаза.
- Не смогла удержаться. Ты так сексуально выглядел за работой, весь такой мускулистый, потный, я хотела тебя всего облизать, но подумала, что мне хватит и одной твоей части. Папуля спрыгнул с поленницы, поднял штаны и притянул меня к себе. Его глаза блестели.
- Ты знаешь, на кого ты очень похожа сейчас? - тихо сказал он, гладя меня по волосам. - На свою мать. Такая же оторва была, никогда не могла удержаться, если ей чего-то сильно хотелось.
Он наклонился и поцеловал меня в макушку, а потом добавил чуть тише.
- И мне это чертовски нравится.
Папуля, не говоря ни слова, подхватил меня на руки. Я тихо вскрикнула от неожиданности, обхватив его за шею. Он был такой сильный, горячий и весь в поту после работы. Не сделав ни шага к дому, он просто отнёс меня на несколько метров в сторону и осторожно, но уверенно уложил прямо на мягкую зелёную траву за сараем.
- Папуль, прямо здесь? - прошептала я, чувствуя, как сердце колотится от волнения.
Он не ответил. Просто опустился на колени между моих ног, сильными руками раздвинул мне бёдра пошире и задрал лёгкое платье до самой талии. Я лежала полностью открытая перед ним, на траве, под ярким дневным солнцем. Моя киска уже была мокрой и слегка припухшей от возбуждения. Папуля наклонился ниже, и я почувствовала его горячее дыхание на своих чувствительных губках. Он провёл широким языком по всей длине моей щелки, медленно, от самого низа до горошины клитора. Я выгнулась и тихо застонала. Его язык был горячим, влажным, шершавым и невероятно умелым. Он начал ласкать меня неторопливо, но жадно, сначала облизывал наружные губки, потом раздвинул их языком и проник глубже, собирая все мои соки.
- Оххх, папочка, - выдохнула я, запустив пальцы в его волосы.
Он полностью уткнулся лицом в мою горячую киску. Его губы плотно обхватили мой набухший клитор, и он начал сильно и ритмично посасывать его, одновременно работая языком внутри. Я чувствовала, как его грубая щетина слегка царапает нежную кожу внутренних бёдер, но эта лёгкая острота только усиливала удовольствие. Папуля поедал мою киску так, будто умирал от голода, а перед ним было самое вкусное мясцо. Громко, влажно, жадно. Его язык то глубоко проникал в моё влагалище, то быстро порхал по клитору, то снова возвращался к губкам, вылизывая каждую мою нежную складочку там внизу. Я уже не могла лежать спокойно. Мои бёдра дрожали, я извивалась на траве, прижимая его голову к себе обеими руками. Солнце светило мне прямо в лицо, птицы пели где-то наверху, а мой папуля в это время яростно и умело буквально трахал меня своим языком. Волна за волной накатывало на меня сильное удовольствие. Я кусала губы, чтобы не стонать слишком громко, но получалось плохо.
- Папуль, я сейчас, я почти, - задыхаясь, прошептала я.
Он только сильнее прижал меня к своему лицу и ускорил движения языка. Когда он особенно сильно засосал мой клитор, моё тело выгнулось дугой, и я кончила ему прямо в рот, сильно, долго и очень мокро. Моя киска пульсировала и истекала соками, а папуля продолжал жадно вылизывать меня, глотая всё до последней капли. Они пил мой сладкий нектар. Я лежала на траве, тяжело дыша, с дрожащими ногами и блаженной улыбкой на лице. Папуля поднял голову, его губы и подбородок были мокрыми от моих соков. Он посмотрел на меня с тёмной, довольной улыбкой и тихо сказал.
- Вот теперь мы квиты дочуля. Не только ты любишь риск.
Последующий вечер прошёл тихо и по-семейному уютно. Мы вместе приготовили ужин, папуля пожарил мясо, а я сделала свежий салат и отварила картошку. За столом мы почти не говорили о "том самом". Просто болтали о всяких мелочах, смеялись и иногда переглядывались с тёплой, но уже совсем не невинной улыбкой. После ужина мы перешли в гостиную. Папуля включил телевизор, устроился в большом мягком кресле, а я сразу забралась к нему на колени, как делала это с детства. Только теперь всё было по другому. Я прижалась к его груди, нежно поглаживая пальцами его волосы и шею. Он обнял меня одной рукой за талию, а второй гладил мою спину. Я сидела спокойно всего несколько минут. Потом начала медленно покачиваться свой мягкой попкой. Сначала едва заметно, просто присаживаясь глубже ему на колени и двигаясь вдоль его бедра. Постепенно движения стали более осознанными. Я плавно двигалась вперёд-назад, чувствуя, как где-то там подо мной постепенно твердеет его вкусный, большой член. Через пару минут моих манипуляций, я уже отчётливо ощущала своей жопкой толстый, горячий бугор под тканью его штанов. Нежные ласки быстро переросли в нечто большее. Я повернула голову и поцеловала папулю в губы. Поцелуй был долгим, глубоким и всё более страстным. Его руки уже не просто гладили меня, они жадно мяли мою грудь через тонкую майку. Я тихо застонала ему в рот, когда он начал щипать и потягивать мои сосочки. Не выдержав, я расстегнула его штаны и достала уже полностью твёрдый член. Он был такой горячий и тяжёлый в моей ладошке. Я приподнялась, сдвинула трусики в сторону и начала медленно водить своей мокрой киской по всей длине его члена, размазывая мои обильные выделения. Папуля застонал и сильнее сжал мою грудь, жадно посасывая то один, то другой сосочек.
Я собрала слюну во рту и выпустила вниз длинную прозрачную полоску прямо на головку его толстого члена. Потом добавила свою руку, размазывая слюну и свои соки по всему толстому стволу, тщательно смазывая его. Когда член стал достаточно мокрым и скользким, я приподнялась выше, взяла его рукой и начала медленно опускаться. Когда папуля медленно, но уверенно входил в меня, внутри меня творилось настоящее безумие. Сначала было сильное, почти пугающее давление. Толстая головка его члена раздвигала мои губки и медленно протискивалась внутрь. Я чувствовала, как моя киска сопротивляется, как она туго обхватывает его и не хочет отпускать. Это была смесь жгучей боли и сладкого, запретного удовольствия. В голове крутилась одна мысль. Это мой папуля, мой родной папочка, и его огромный член сейчас внутри меня. От этой мысли становилось ещё жарче и стыднее одновременно. Стыд только усиливал возбуждение. Каждый новый сантиметр вызывал новую волну ощущений. Боль была острой, но уже не такой невыносимой, как в первый раз. Она постепенно растворялась в глубоком, тёплом чувстве наполненности. Когда он вошёл почти до половины, я почувствовала, как внутри меня что-то "щелкнуло" и моя киска начала сдаваться. Стенки влагалища медленно расслаблялись, обволакивая его толстый член, словно пытаясь принять и удержать его навсегда. Когда я наконец опустилась до самого конца и почувствовала, как его член упёрся глубоко в матку, меня захлестнула мощная волна эмоций. Это было не просто удовольствие. Это было ощущение полной отдачи, полной принадлежности ему. Я чувствовала себя одновременно его маленькой дочкой и его женщиной. Слёзы навернулись на глаза, но не от боли, а от переполнявших меня чувств любви, желания, стыда и дикого, животного возбуждения. Когда папуля начал медленно двигаться внутри меня, я уже не могла сдерживать стоны. Каждое его плавное движение вызывало внутри меня новую вспышку. Я чувствовала себя невероятно уязвимой и в то же время невероятно желанной. Его руки крепко держали меня за бёдра, и от этого ощущения безопасности и силы я таяла ещё сильнее. Когда я наконец смогла насадиться на него до самого основания, папуля обхватил меня крепче и начал активно трахать мой киску из положения сидя. Я громко застонала, обхватив его за шею. Ощущения были невероятными. Его толстый член полностью заполнял меня, доставая до самых глубоких мест, ни с кем я такого ранее не испытывала. Через несколько минут я уже вся дрожала в его сильных руках, мощный оргазм накрыл меня внезапно. Киска сильно сжалась вокруг его члена, пульсируя и истекая соками, не желая отпускать это прекрасное чудо. А папуля продолжал размеренно трахать меня сквозь мой оргазм.
Первый оргазм накрыл меня неожиданно сильно. Внутри всё сжалось, а потом взорвалось яркой, горячей волной. Я дрожала в его руках, прижимаясь к нему всем телом, и в этот момент почувствовала настоящую близость, такую глубокую, какую никогда раньше не испытывала ни с кем. Это был не просто секс. Это было настоящее слияние. Я кончала на члене своего отца, и от этой мысли мне становилось ещё слаще. Он двигался неспеша, в одном ритме, дожидаясь, пока я плыла на волнах нахлынувшего оргазм. Как только мои судороги начали стихать, он резко подхватил меня на руки, развернул и уложил животом на широкое кресло. Моя попка высоко задралась вверх, открыв ему мою беззащитные дырочки. Думаю, моя киска была сейчас раскрыта, подстроившись под размеры члена папули. Не теряя больше ни секунды, папуля встал сзади и вошёл в мою горячую киску одним сильным толчком.
Когда он перевернул меня и начал трахать по-собачьи, эмоции стали ещё интенсивнее. Я чувствовала себя полностью отданной ему, использованной в самом лучшем смысле этого слова. Каждый мощный толчок отдавался глубоко внутри, заставляя меня громко стонать и дрожать. Я раздвигала свои половинки жопы руками, желая, чтобы он входил ещё глубже, ещё жёстче. В этот момент я хотела быть только его, его маленькой шлюшкой, его дочкой, его женщиной. Он знал, что моя киска уже вся его и его размер теперь не проблема для меня, наоборот лишь бы он смог снова погрузиться в меня весь. Оргазм за оргазмом накатывали на меня один за другим. Я уже почти не могла говорить, только всхлипывала и стонать, произнося всякие пошлости. Под конец я приподнялась на руках, выгнув спину. Папуля сразу обхватил меня сзади за мои большие сиськи и начал яростно вколачивать свой член в мою киску, я уже почти потеряла контроль. Волна за волной оргазмов накатывали на меня. Я плакала от удовольствия, всхлипывала и повторяла его имя. А когда он наконец начал кончать глубоко внутри меня, заливая мою киску горячей спермой, меня захлестнуло самое сильное чувство за весь вечер. Его движения стали короткими, но очень мощными.
