Когда мы наконец приехали домой, уже сильно стемнело. Наш ужин прошёл в напряжённой тишине, но взгляды, которые мы бросали друг на друга, были горячее любого разговора. Папуля несколько раз задерживал глаза на моей груди и голых бёдрах, а я специально сидела, чуть раздвинув свои ножки, чтобы он точно видел - под мой юбкой ничего нет.
- Папуль, я приму душ и скоро приду к тебе. Не ложись без меня, ладно?
Он кивнул, но в его глазах уже полыхал настоящий огонь.
Я не торопилась. Приняла долгий горячий душ, побрила всё до идеальной гладкости, намазалась сладко пахнущим маслом и надела тот самый прозрачный чёрный пеньюар. Ткань была почти невесомой. Под ним - ничего. Мои груди тяжело колыхались при каждом шаге, а киска уже предательски блестела от предвкушения.
Когда часы показали половину двенадцатого, я тихо вошла в спальню моего папули. Папуля лежал на спине в одних шортах. Увидев меня, он медленно сел, и его взгляд стал тяжёлым, голодным, взглядом хищника.
- Блядь Настя, - выдохнул он.
Я медленно подошла, покачивая бёдрами, и остановилась в двух шагах от кровати, поворачиваясь, чтобы он мог рассмотреть меня целиком.
- Тебе нравится? - спросила я томным голосом.
- Ты выглядишь как настоящая мечта, - хрипло ответил он.
Я забралась на кровать и села ему на бёдра сверху. Пеньюар задрался, полностью открыв мою уже такую мокрую киску. Его очень толстый и горячий член упёрся мне прямо между ног.
- Я купила это специально для тебя, - прошептала я, наклоняясь так, что мои сиськи уже почти касались его лица. - Хотела, чтобы ты наконец перестал сдерживаться и взял меня так, как давно хочешь, я же вижу.
Папины руки жадно легли мне на бёдра. Он задрал пеньюар и провёл пальцами по моим набухшим губкам.
- Ты уже вся течешь.
- Я теку весь день, папуля - призналась я, размазывая свои соки по его стоячему члену. - Только и думала, как ты будешь меня сегодня трахать.
Я стянула с него шорты. Его огромный член стоял передо мной, как шедевральный инструмент для секса - толстый, венозный, с большой тяжёлой головкой. Я обхватила его рукой и начала водить головкой по своим влажным губкам, тёрлась клитором, поддразнивая вход в мою возбужденную киску.
- Хочешь меня, папочка? - прошептала я, глядя ему в глаза. - Хочешь засунуть свой огромный член в киску своей собственной дочери?
- Да. Очень хочу.
Я приподнялась и медленно начала опускаться. Толстая горячая головка раздвинула мои мокрые губки и упёрлась в узкий вход. Я надавила и сразу почувствовала острую, жгучую боль. Он был слишком большим. Как будто в меня пытались вбить толстый деревянный кол, который никак не хотел помещаться в моё горячее, узкое естество.
- Ааа, - тихо застонала я, замирая. Только одна головка едва вошла, а киска уже сильно растянулась, обхватывая его туго и сопротивляясь такому вторжению. Папуля замер, не двигаясь, давая мне время.
- Медленно, дочуля - прошептал он, гладя меня по бёдрам по моим горячим бедрам.
Я сделала несколько глубоких вдохов и снова попыталась опуститься. Головка его члена медленно, миллиметр за миллиметром, протискивалась глубже. Боль была острой, почти невыносимой. Мне казалось, что моя киска сейчас порвётся. Я чувствовала, как нежные стенки моей писечки отчаянно сопротивляются этому огромному вторжению, как они бедные все горят и дрожат от натуги.
- Оххх, он слишком большой - прошептала я сквозь зубы. Слёзы прыснули из моих глаз. - Он меня разрывал как будто меня насаживают на раскалённый поршень машины для секса, что желает меня оттрахать.
Я немного поднялась и снова опустилась, пытаясь принять ещё чуть-чуть. Процесс шёл мучительно медленно. Каждый новый сантиметр отдавался острой болью и сладким, запретным стыдом. Это же мой папуля, мой родной папочка, а я сижу на его огромном члене и пытаюсь впустить его в себя еще хотя бы немного. Эта мысль только сильнее возбуждала меня. Прошло несколько долгих, тягучих минут. Я уже смогла вставить в себя примерно половину длинны члена. Боль всё ещё была, но к ней начало примешиваться что-то другое - глубокое, тёплое, пульсирующее удовольствие. Моя киска постепенно сдавалась под натиском и расслаблялась, обильно истекая соками, словно пытаясь смягчить это грубое, но такое желанное вторжение папули.
- Ещё чуть-чуть - выдохнула я и снова опустилась. Теперь уже почти две трети его толстого члена были внутри меня. Я чувствовала, как он заполняет меня до предела, как давит на все самые чувствительные мои точки. Дышать стало тяжело от нахлынувших эмоций.
Папуля двигался очень осторожно, только небольшими, неглубокими толчками, не пытаясь войти до упора сразу. Он явно сдерживался изо всех сил ради меня. Я начала медленно двигаться вверх и вниз, привыкая. Боль постепенно отступала, растворяясь в горячей волне удовольствия. Моя киска наконец-то расслабилась по-настоящему, жадно обхватывая толстый ствол моего папули. В какой-то момент я уже не могла терпеть эту сладкую пытку. В порыве безумной страсти я наклонилась к его уху и почти закричала ему.
- Папуля, пожалуйста, трахай меня сильнее, засунь свой огромный хуй меня полностью, я хочу почувствовать тебя целиком! Трахай свою любимую дочку на всю длину, папочка! Я готова, я хочу тебя всего!
Эти мои слова словно сломали в нём последний барьер. Папуля крепко схватил меня за талию и одним мощным толчком насадил меня на себя до самого основания. Я громко вскрикнула - его огромный член наконец вошёл в меня полностью. Головка глубоко упёрлась в матку, а толстый ствол полностью растянул мою пизду в стороны до предела. Мне казалось, что внутри меня теперь находится целый раскалённый живой поршень, который заполнил меня так, как никто и никогда раньше не заполнял.
- Аааааххх, закричала я от смеси дикой боли и острейшего удовольствия. Киска сильно пульсировала вокруг его члена, пытаясь привыкнуть к полному, безжалостному заполнению.
Папуля начал двигаться, сначала всё ещё осторожно, но постепенно двигался глубже и сильнее. Каждый раз он почти полностью выходил и выходил, проходя всю длину, издавая громкие влажные шлепки. Теперь моя пизда уже полностью расслабилась и жадно принимала его член целиком, обхватывая толстый ствол, словно горячий, мокрый бархатный футляр.
- Вот так, вот так, папуль, - стонала я, начиная скакать на нём всё быстрее. - Теперь можно, трахай меня сильно, я выдержу, я хочу тебя всего!
Комната наполнилась звуками страстного секса, мокрыми шлепками, моими громкими стонами и его низким рычанием зверя. Его огромный член теперь входил в мою киску полностью, до самого основания, каждый раз доставая до самой глубины, словно рабочий инструмент, который наконец-то нашёл своё идеальное место. Я уже чувствовала, как приближается мощнейший оргазм, когда папуля внезапно перевернул меня на спину, закинул мои ноги себе на плечи и начал трахать меня жёстко и глубоко, полностью погружаясь в мою пизду каждым толчком.
- Я сейчас кончу, - закричала я, царапая его спину ногтями.
- Кончай, доченька, кончай на папином члене, - хрипло приказал он мне.
Моё тело выгнулось дугой, и я закричала в голос, когда долгожданный оргазм накрыл меня огромной, обжигающей волной. Киска сильно сжалась вокруг его толстого члена, пульсируя и истекая обильными соками. А папуля продолжал яростно трахать меня сквозь мой оргазм, пока сам не зарычал и не начал заливать мою киску густыми, горячими струями спермы, заполняя меня до краёв. Когда последние толчки закончились, он остался глубоко внутри моей наполненной спермой киски, тяжело дыша и целуя мою шею. Я обняла его за шею и прошептала ему на ухо дрожащим от пережитого голосом.
- Теперь ты мой, папуль, а я твоя.
Утро наступило мягко и тихо. Солнечные лучи пробивались сквозь плотные шторы, окрашивая спальню в тёплый золотистый цвет. Папуля всё ещё крепко спал на спине, тяжело и размеренно дыша. Его тело было полностью расслаблено после вчерашней бурной ночи, а лицо выглядело спокойным и умиротворённым. Я проснулась раньше него. Лежала рядом, прижавшись к его горячему боку, и не могла отвести взгляд от его лица. В груди разливалось странное, сладкое тепло. Захотелось сделать ему приятно, пока он ещё спит. Тихонько откинув одеяло, я увидела, что даже во сне его член уже стоял, такой большой, тяжёлый и полностью эрегированный. Он слегка подрагивал в такт дыханию, будто ждал меня. Не в силах больше сдерживаться, я осторожно переползла ниже и устроилась между его широко раздвинутых ног. Сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Я наклонилась, вдохнула знакомый мужской запах и, не раздумывая больше ни секунды, жадно накинулась на его член. Сначала я обхватила головку губами, быстро смочив её обильной слюной, а потом начала медленно заглатывать. Член был таким большим и твёрдым, что сразу заполнил весь мой рот. Я опустилась ниже, ещё ниже, и только когда уже почти половина толстого ствола оказалась у меня во рту, папуля вдруг резко вздохнул и открыл глаза. Он проснулся именно в этот момент, когда половина его члена уже глубоко сидела в моём ротике. Его взгляд был ещё сонным, но уже через секунду в нём вспыхнуло удивление и дикое желание.
- Настя, - хрипло выдохнул он.
Я не ответила. Вместо этого посмотрела ему прямо в глаза и с новой силой начала насаживаться глубже. Было тяжело. Горло сразу сжалось, сопротивляясь такому размеру, а глаза начали слезиться. Но я не останавливалась. Я хотела взять его целиком. Хотела доказать себе и ему, что теперь смогу. Я боролась с собой, расслабляла горло, делала глубокие вдохи через нос, давилась, но упорно продолжала опускаться. Каждый новый сантиметр давался с трудом. Слёзы уже текли по щекам, но это были не слёзы боли, а слёзы радости и возбуждения. Мне нравилось чувствовать, как мой родной папин член медленно, но уверенно завоёвывает моё горло.
