«Оказывается, зверя можно кормить не только действиями, но и игрой слов», — подумала я, слушая, как выравнивается дыхание Серёжи. Ложь, превращённая в искусство, исцелила меня лучше любой правды. Я смогла приручить свой позор, сделав Серёжу своим невольным соучастником.
На сегодня зверь сыт. На сегодня этого достаточно.
Пока. Но я знала: уже скоро зверь проснётся — и он будет голоднее. На этот раз он не захочет ограничиваться словами.
