Часть 3. Психо
Такси ещё не успело отъехать от ворот общежития, а я уже взлетала по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. Внутри всё гудело от перенапряжения, а лобок холодили мокрые трусики. Тот унизительный страх в парке превратился в ядовитую, тёмную энергию, которой срочно требовался выход. Я чувствовала себя как перегретый паровой котёл, который вот-вот разорвёт на части от малейшего прикосновения.
Серёжа открыл дверь, задумчивый и расслабленный, в одних домашних штанах.
— Лена? Ты чего без звон…
Я не дала ему закончить. Впечатала его в дверной косяк, впиваясь в губы с какой-то яростной, почти мужской силой. От меня пахло весной, такси и тем самым мускусным ароматом, который я так судорожно пыталась оттереть салфеткой.
— Толика нет? — спросила я в короткой передышке между поцелуями о соседе по комнате. — Когда придёт?
— Часа через 2-3, — только и смог выдохнуть Серёга под моим напором.
Меня это устраивало. С моим нетерпением мне хватило бы и 20 минут. Но хорошо, что ближайшие пару часов нам никто не помешает, и я смогу по полной взять своё.
Обычно Сергей был ведущим в нашей паре. Он любил долгие прелюдии и мягкий контроль. Но сегодня я просто выставила руки, упираясь в его грудь, и толкнула к кровати.
— Молчи, — выдохнула я, срывая блузку. — Раздевайся и просто молчи.
Я сбросила туфли и одним резким движением стянула юбку, оставшись лишь в промокших насквозь кружевных трусиках и комплектном лифчике. Серёжа замер, глядя на тёмное пятно на ткани, которое красноречиво выдавало моё состояние. Мои руки взметнулись к застёжке на спине, и через секунду лифчик полетел на пол вслед за юбкой. Грудь, освобождённая от тесных чашечек, болезненно отозвалась на прохладу комнаты, соски окончательно одеревенели, напоминая две твёрдые бусины. Я видела, как по его коже пошли мурашки от моего напора, и это только подхлёстывало мой азарт. Не дав ему опомниться, рванула тонкую полоску белья вниз и отшвырнула её в сторону, чувствуя, как кожа наконец-то дышит после липкого плена.
Я опустилась на колени между раздвинутых ног Серёги. Мои пальцы лихорадочно расправились с пуговицей штанов, освобождая его плоть. Член был уже наполовину твёрдым, разбуженный нашими поцелуями и моим голым видом. Не теряя ни секунды, я обхватила его губами, накрывая сразу почти всю длину. Это не было лаской — это была жадная, хищная работа. Мне нужен был полностью стоящий мужской орган, и я добивалась быстрой каменной эрекции. Я глубоко заглатывала его, дразня языком и глядя на него снизу вверх тяжёлым, остекленевшим взглядом. Во рту разлился знакомый, чуть солоноватый вкус предэякулята. Серёжа судорожно втянул воздух, запустив пальцы в мои волосы. Но я собиралась дать ему кончить от минета. У меня совсем другие планы на этот твёрдый агрегат. Я отстранилась сразу же, как убедилась, что он вырос во всю свою длину и достаточно окреп.
Дополнительная прелюдия мне была не нужна. Я резко поднялась, подхватила его член рукой и, широко расставив бёдра, буквально насадилась на него верхом. Моё мокрое влагалище легко проглотило его за один заход. Наши лобки встретились, и этот контакт послал в клитор разряд удовольствия, заставив меня выгнуться дугой издать громкий стон. Я поднялась и снова опустилась до упора на этой самой желанной в этот миг игрушке. Глубокий, влажный шлепок раздался в тишине комнаты. Этот звук соприкосновения двух возбуждённых тел — сочный, чавкающий — был лучшей музыкой для моего униженного эго.
А потом я сразу сорвалась в настоящий галоп — задала бешеный, рваный темп, вбивая себя в него всем весом. Схватила ладони Серёги и с силой прижала их к груди. Мне не хотелось нежности — я просто жаждала резких ощущений. Это был быстрый, жёсткий секс, больше похожий на схватку. Я двигалась на нём сверху, выплескивая всю свою злость на тех парней в трениках, на саму себя и на этот чёртов парк. Каждое движение было ответом на ту кочку на дороге, на каждый электрический разряд, который мучил меня в такси.
Я кончила буквально через две минуты, резко и надрывно, вцепившись ногтями в его плечи так, что, кажется, оставила следы. Меня буквально вывернуло наизнанку: влагалище сжималось в тугих, болезненно-сладких судорогах, выталкивая наружу остатки того напряжения, что я привезла из парка. Зрение на секунду помутилось, а из горла вырвался хриплый, почти животный стон. Я рухнула ему на грудь, тяжело втягивая воздух, чувствуя, как по бёдрам стекает горячая смесь наших соков. В нос ударил резкий запах пота и нашей общей страсти.
Серёжа тяжело дышал подо мной, его сердце колотилось о мои рёбра, как пойманная птица. Я приподнялась на локтях и почувствовала, что его орган во мне всё ещё каменный. Я так спешила утолить свой зуд, что совсем забыла о нём. Я так быстро достигла своего оргазма, что он даже не успел приблизиться к своему.
— Прости… я сегодня эгоистка, — прошептала я, но в моём голосе не было раскаяния, только азарт. — Хочешь кончить?
«Зачем я спрашиваю? Конечно же, хочет», — подумала я, сползая с него и оставляя на его животе влажный след.
Сергей лишь кивнул, глядя на меня осоловелыми глазами. Я снова устроилась между его бёдер. В голове вдруг вспыхнула картинка: Толик возвращается раньше срока, открывает дверь, замирает на пороге и видит всё, что я сейчас делаю. Эта мысль обожгла круче любого прикосновения. Я представила, как его взгляд упирается в мои голые раздвинутые ягодицы и ритмично двигающуюся голову. Захотелось даже обернуться, чтобы проверить, есть ли действительно кто-то в дверях. Но не стала. Не хотелось разрушать иллюзию присутствия.
Я обхватила Серёгин член рукой и начала медленно, уверенно работать языком, уделяя внимание самой чувствительной зоне под головкой. Я намеренно широко открывала рот, демонстрируя полную покорность его плоти, но при этом смотрела ему прямо в глаза — дерзко, не мигая. В этом взгляде был вызов:
«Смотри, что я творю, наблюдай за моими действиями».
Я представляла, как невидимый зритель ловит каждое моё движение, слышит каждый влажный звук, и это возбуждало меня едва ли не сильнее, чем сам секс. Я чувствовала, как Серёжа доходит до финиша, как его мышцы напрягаются, а пальцы снова впиваются в мои волосы. Я не отводила взгляда, даже когда он застонал и закрыл глаза от нахлынувшего удовольствия. Я продолжала смотреть на него, когда почувствовала первый мощный толчок и вкус его семени, окончательно закрепляя свою победу над сегодняшним страхом.
Когда дыхание немного выровнялось, Серёжа приподнялся на локтях, глядя на меня со смесью шока и восторга.
— Ого… Лен, что это было? — он провёл рукой по моему мокрому лбу. — Ты как будто с цепи сорвалась. Почему такая голодная?
— Весеннее обострение, — я хихикнула, укладываясь головой ему на грудь. — Говорят, в этом сезоне очень агрессивный вирус. Температура сорок, бред и непреодолимое желание затащить кого-нибудь в постель. Поздравляю, ты — первая жертва.
Серёга тихо засмеялся, погладил меня по волосам и решил поддержать мою шутку:
— Тогда мне просто повезло, что Толика не было. А то вирус подействовал бы на двоих сразу.
Сам того не подозревая, он подлил масла в огонь моих сегодняшних фантазий. Казалось, остывающие угли снова начали тлеть. Я откинулась на подушки, чувствуя, как в голове начинает выстраиваться хитроумный план. Зверь внутри сыто урчал, но требовал закрепить успех.
— Знаешь… я сегодня в парке кое-что видела, — начала я, и мой голос прозвучал неожиданно низко. — Сама не ожидала, что меня так накроет.
— И что там? — заинтригованный моими словами Серёжа повернулся ко мне на бок и подставил руку под голову.
Я хмыкнула, собираясь с мыслями. А потом «выдала» свой секрет:
— Там на лавочке, в самом тупике аллеи, сидела девчонка, — я прикрыла глаза, и перед ними всплыл образ «той Лены» из парка. — Совсем одна. В светлой юбке, такая… с виду приличная студентка. И она… она ласкала себя, Серёж. Прямо там. В парке на лавочке. Среди бела дня. Я видела, как она бесстыдно раздвигала ноги и трогала себя там.
Я открыла глаза и увидела, как у Серёжи расширились зрачки. Моя ложь ложилась на благодатную почву.
— Я стояла за кустами и смотрела, — продолжала я, смакуя каждое слово. — Видела, как она задирает юбку, как отводит в сторону трусики, как ласкает себя и вводит пальцы… слышала, как она прерывисто дышит и стонет. Это было так грязно и так… возбуждающе. Я смотрела на неё и думала, что она специально открыто онанирует в парке — она хочет, чтобы её увидели за этим занятием. А ещё я представляла, что на моём месте стоит мужчина. Что он видит всё это и не может отвести взгляд. И мне стало интересно, он бы подошёл к ней? Или стал бы украдкой сам дрочить из-за кустов?
Рассказывая это маленькую исповедь про «ту Лену» я прошлась рукой по груди своего парня и положила ладонь на его член. Почувствовала, как его тело снова отзывается напряжением.
— Чёрт… — выдохнул Серёжа. — И ты просто смотрела?
— Да. А ты? Ты хотел бы посмотреть на такое шоу? — я приподняла бровь, глядя на него в упор и подрачивая уже вставший член.
Даже без его слов ответ уже был очевиден.
— Только если ты не будешь ревновать, — усмехнулся он, хотя голос его дрогнул.
— Если смотреть, а не трогать… то не буду, — я сжала кулачком член у основания. — Давай так. Мы сейчас попробуем ещё раз. Но ты будешь говорить мне… говорить, как бы ты смотрел на неё. На ту девчонку в парке. Что бы ты чувствовал, если бы застукал её в тот момент, когда она уже не может остановиться? Что бы ты делал? Не стесняйся говорить правду. Я не обижусь… Честно. Не ограничивайся в словах и фантазиях.
