Вот вопрос. Получить новый разрыв многострадального влагалища она точно не хотела. Но анал! Впервые? В таком положении, когда нет возможности уползти и прекратить, если станет невыносимо больно…
— Может в рот? — робко предложила Лиза.
— Можно и в рот, — как-то слишком легко согласился Алексей.
Ещё через мгновение Лиза впервые увидела своего мучителя так близко.
Член показался ей огромным, живым и неестественным. Как такая штука могла постоянно болтаться у мужчин между ног?! Это неудобно! Не то что у девочек — всё красиво и аккуратно.
Она покорно открыла рот, и головка, придвинувшись, заполнила его наполовину. Алексей замер, Лиза тоже не понимала, как ей поступить.
— Ты хоть сосать умеешь? — спросил мужчина, наклонившись.
— Угу-гу-гу-гу! — промычала девушка.
— Тогда просто держи рот открытым, — скомандовал он и принялся короткими движениями трахать девушку в рот, придерживая её голову с двух сторон за уши. Пальцы слегка сжимались, когда он входил глубже, и расслаблялись, когда отступал. Лиза чувствовала, как головка упирается в мягкое нёбо, скользит по языку, оставляя солоноватый привкус. Её собственное дыхание стало громче — свистящее, через нос, с лёгким хрипом.
Лиза почувствовала, как головка члена, горячая и тяжёлая, заполняет рот почти до предела. Она инстинктивно сжала губы вокруг ствола, пытаясь хоть как-то контролировать ситуацию, но Алексей тут же мягко, но настойчиво раздвинул её челюсти пальцами.
— Не сжимай так сильно, — тихо сказал он, голос низкий, чуть хриплый от возбуждения. — Просто держи рот открытым. Я сам.
Он начал двигаться — коротко, ритмично, не слишком глубоко, чтобы не вызвать рвотный рефлекс, но достаточно уверенно, чтобы каждый толчок ощущался на языке и нёбе. Лиза дышала носом — коротко, прерывисто, — стараясь не паниковать. Слюна быстро скопилась, начала стекать по подбородку, капать на шею.
Она попыталась глотать и шевелить языком. Алексей тихо выдохнул, почти застонал — звук был неожиданно искренним, почти уязвимым. Это придало Лизе странное чувство контроля: она не могла пошевелиться, не могла отстраниться, но могла заставить его реагировать.
— Вот так… молодец, — прошептал он, замедляя движения. — Ещё языком… да, вот так…
Лиза послушно прошлась языком по нижней стороне ствола, чувствуя, как вены пульсируют под кожей. Слюна текла обильнее, стекала по подбородку, капала на коробку. Её щёки горели — от стыда, от напряжения, от того, что она делает это в такой нелепой, унизительной позе: голова торчит из картонного ящика, тело замуровано в пене, а рот используется как простая дырка.
Алексей ускорился. Теперь толчки стали резче, глубже. Головка упиралась в горло — не до конца, но достаточно, чтобы вызвать лёгкий спазм. Лиза закашлялась, глаза снова наполнились слезами, он подождал, дал ей глотнуть воздуха — и снова вошёл.
— Дыши носом… дыши… — приговаривал он, как будто успокаивал ребёнка. — Ещё чуть-чуть… ты хорошо справляешься…
Лиза закрыла глаза. Слёзы текли по щекам, смешиваясь со слюной. Она чувствовала, как член набухает ещё сильнее, как он начинает подрагивать. Запах — мускусный, солоноватый — заполнил ноздри. Она уже не пыталась сосать — просто держала рот открытым, позволяя ему пользоваться.
— Ох, хорошо! — признал Алексей с сожалением, освобождая рот девушки. — Но договор есть договор — требуется пенетрация!
— А это что было? — возмутилась Лиза, кашляя и вытирая подбородок плечом. — Самая что ни на есть пенетрация, до самого горла пенетрация!
— Ну всё равно не то! — признался мужчина. С членом наперевес он скрылся из виду. Потом его тёплая рука легла на ягодицу, легонько шлёпнула по ней, оттянула в сторону, будто всматриваясь. Палец, смазанный в чём-то скользком, уверенно вошёл в её анус, углубился, вызвав смешанные чувства боли и желания сходить в туалет.
— Ой, — отозвалась Лиза.
— Можешь в принципе покричать, если будет больно, — заботливо предупредил хозяин.
— Вот спасибо! Очень тронута! — прошипела Лиза. «Восемьсот тысяч, Лизонька! Терпи, кого ещё из девок выебут в зад за такую сумму!» Она решила терпеть молча, не давая мучителю повода к дополнительному наслаждению криками.
Неизбежный миг неумолимо приближался. Лиза почувствовала, как один смазанный палец сменился двумя; они лазили в ней, как в банке Pringles, доставая последнюю чипсину. Движения были методичными, растягивающими — он не торопился, но и не жалел. Потом пальцы исчезли. Гладкий тупой предмет вдавился в анус — больно растягивая, вторгаясь сильно и неумолимо. Девушка утробно крякнула, не сдержав возгласа, и почувствовала, как некая мышца в ней дала слабину, расширилась, впустив внутрь огромный продолговатый предмет.
— Е-е-е-е! — закряхтела разбогатевшая на серьёзную сумму девушка. Она выпучила глаза от натуги, задержав дыхание. Лицо налилось кровью, руки сжались в кулаки, ногти впились в ладони. Головка члена прошла внутрь — медленно, с ощущением, будто внутри рвётся тонкая резиновая мембрана. Жжение распространилось волной: сначала острое, потом тупое, глубокое, заполняющее. Лиза выдохнула сквозь зубы — длинно, со свистом. Хотелось помочиться.
Алексей замер, давая ей привыкнуть. Его дыхание было тяжёлым, прерывистым.
— Расслабься… ты так сильно сдавливаешь! Выдохни… — прошептал он, поглаживая её ягодицы круговыми движениями. — Ты уже приняла половину. Дальше будет легче!
Лиза не ответила — только дышала часто, пытаясь унять спазм. Внутри было тесно, полно, чуждо. Каждый миллиметр продвижения отзывался пульсирующей болью, но смазка делала своё дело: края онемели, жжение притупилось и стало терпимым, в колечке стало тепло и немного жгло.
Алексей двинулся дальше. Вогнал до упора — Лиза почувствовала его живот, прижавшийся к крестцу. И тихо застонала от целой гаммы чувств: невероятной растянутости, наполненности, горячего распирания. Её тело вдруг приняло то, что казалось невозможным.
«Ну вот и всё, теперь я — анальщица! А ещё три дня назад была девственницей!» — подытожила свой послужной список девушка.
Алексей начал двигаться — медленно, неглубоко, выходя почти полностью и снова погружаясь. Каждый толчок сопровождался влажным, чавкающим звуком. Лиза чувствовала, как внутри становится свободнее, будто тело подстраивается, раскрывается. Боль не исчезла, но превратилась в странное давление — глубокое, ритмичное, почти приятное. В глубине твёрдая вторгающаяся масса даже вызывала некий отклик, щекоткой отдававшийся в теле. Ей хотелось, чтобы член продвинулся глубже, дальше, чтобы надавливал там, где надо сильнее, но она была полностью обездвижена и только тихо отдувалась, насколько позволяла пена.
— Вот так… хорошая девочка, — прошептал он, ускоряясь. Голос дрожал от возбуждения. — Видишь? В попку это совсем не больно и даже приятно-о-о-о-о!
Лиза закусила губу. Внутри разливалось тепло — не оргазмическое, а какое-то телесное, тоже приятное. Она прислушивалась к своим реакциям и находила их куда приятнее, чем секс в разорванном влагалище. «Если он согласится и дальше иметь меня в зад, то я, может, даже выдержу это до конца!» — проскочила у Лизы обнадеживающая мысль. Она ненавидела себя за продажность, но тело подавало сигналы, что всё не так уж и плохо сегодня и это вполне можно терпеть, и даже испытывать смешанные чувства. Когда он вошёл особенно глубоко и замер, прижавшись животом к её ягодицам, Лиза невольно напряглась и тихо застонала. В её фантазии задний проход теперь был полой трубой, далеко уходящей вглубь неё. В ней ездила огромная колбаса, того и гляди нафаршировавшая её спермой. Хм, картина не была такой уж ужасной.
— Ты потекла, — сообщил ей Алексей, потрогав влагалище рукой.
«Что это значит?» — задумалась Лиза, но мужчина тут же принялся кончать с долгим, сдавленным рыком. Горячие толчки внутри — один, второй, третий — заполнили её. Он не вышел сразу: остался, медленно покачиваясь, словно не хотел расставаться. Лиза чувствовала, что сперма скопилась внутри, как горячая клизма.
Широкая головка потянулась сквозь кишку наружу, ощутимо растянув стенки ануса при прохождении, и Лиза сразу ощутила огромное облегчение. Прохлада коснулась растянутого кольца — странное, пустое ощущение. Алексей наклонился, поцеловал её ягодицу, потом приложил ладошкой короткий острый шлепок.
— Ну-ну, без насилия! — крикнула Лиза.
Она осталась в задумчивости от произошедшего секса. Ей не было так больно и плохо, как раньше, но внутри осталась какая-то недосказанность. И, положа руку на сердце, она могла бы даже продолжить, чтобы понять, что и из этого в итоге получится.
— Ты была великолепна, — сказал он тихо. — Теперь отдохни. Я тебя выпущу.
Лиза молчала. Горло саднило, попка пульсировала, внутри всё ещё ощущалась его сперма. Но в голове крутилась одна мысль: «Я выдержала. И это… не было так ужасно, как я ожидала. Вот же шлюшка!».
— ### —
