Я прикусила его мочку уха, давая понять, что сегодня цензуры не будет. Мы снова сплелись, но теперь это была совсем другая игра. Я взяла Серёжину левую руку, облизала два его пальца и переместила его ладонь на свой лобок. Шероховатость его ладони на моей сверхчувствительной коже заставила меня вздрогнуть. Сама продолжала играть с его членом, нежно двигая рукой по возбуждённому стволу. Теперь мне не хотелось спешки. Мне нужна была фантазия и долгая ласка. Я закрыла глаза и заставила себя вернуться на ту скамейку под сиренью. Только теперь там не было страха.
— Описывай мне её, — прошептала я ему в ухо. — Описывай, как ты смотришь из-за кустов. Что видишь?
Серёжа сглотнул, и я почувствовала, как его ладонь придавила мой лобок. Его голос стал хриплым, глубоким — он явно провалился в созданную мной ловушку.
— Я вижу её... — начал он, и его дыхание опалило мне шею. — Вижу, как она оглядывается по сторонам и потом приподнимает юбку. Сначала немного, а потом больше и больше. Становятся видны трусики. Они уже потемнели от влаги. Она гладит себя через ткань. Водит рукой по кругу.
Его рассказ отличался от того, что я делала в парке. Но эта история начала захватывать меня. В ней была смелая девушка, которой не нужен был допинг в виде откровенного рассказа, чтобы начать ласкать себя. Она была той, кем я хотела стать, но не смогла сегодня раскрепоститься. И мне нравилась та «Другая Я», которой видел меня Серёга.
— Она запускает ладошку через резинку трусиков, — продолжил мой парень рассказывать о шалостях той «Другой Лены». — Я не вижу ничего под тканью, но по её движениям понятно, что она гладит себя.
Его ладонь прошлась сверху вниз по моему лобку, как будто повторяя путь руки девушки в его фантазии. Я невольно раздвинула бёдра шире. Серёга сразу же подхватил эту идею.
— Она раздвинула ноги и стала пробираться рукой дальше. Уже гладит не только лобок, но и губки. Я не вижу этого, но знаю.
Серёжины пальцы прошлись вниз по моим собственным половым губам, легко надавливая на них. Мурашки пробежали вверх по позвоночнику, и я издала едва слышный вздох. Кожа в паху горела, а каждое его прикосновение ощущалось как удар тока.
— Дальше… — прошептала я.
— Она больше не может сдерживаться, — голос Серёжи стал ещё тише, почти перешёл в рычание. — Девушка оттягивает край трусиков в сторону, полностью открывая себя солнцу... и моему взгляду. Теперь она гладит себя по губкам… Опускает пальчики вниз, подхватывает смазку и размазывает её по всей поверхности…
Одновременно с этими словами его пальцы, влажные от слюны, начали медленно исследовать мои складки. На них начала проступать новая порция уже моих выделений. Я чувствовала, как внутри всё пульсирует в ожидании проникновения.
— Она повторяет эти движения снова и снова… Она уже вся мокрая. Пальцы раздвигают губы… Теперь я вижу всё: её губки такие набухшие, блестят от соков, которые уже текут по внутренней стороне бёдер. Она раздвигает их пальцами, медленно, как будто специально показывает мне каждую складочку. Я вижу её клитор, он такой красный, набухший, блестит от смазки. Она стонет тихо, но этот звук долетает даже до меня, за кустами.
Сергей пальцами, которые я сама облизала минуту назад, повторил движение из своего рассказа. Он развёл мои половые губки в стороны, и я почувствовала, как прохладный воздух комнаты на секунду коснулся воспалённой плоти, прежде чем его большой палец плотно прижался к моему чувствительному бугорку. Потом он скользнул пальцами вниз, набрал смазки и размазал её по губкам и моей чувствительной бусинке. А потом ещё и ещё… В ритм его движений из моей груди вырывались собственные стоны.
— Она начинает ласкать клитор... Сначала осторожно, кончиком пальца, а потом всё смелее, — Серёжа начал вращать пальцем по часовой стрелке, в точности описывая темп девушки из нашей общей фантазии. — Она запрокидывает голову, кусает губы. Ей страшно, что кто-то пройдёт мимо, но этот страх только раздувает огонь внутри. Она хочет, чтобы её поймали. Она хочет, чтобы её видели и наслаждались её открытостью.
Я слушала его и чувствовала, как «та, Другая Лена» из парка окончательно сливается со мной настоящей. Он так точно передал мои мысли и фантазии, как не смогла бы я сама.
— А что делаешь ты? — спросила я в промежутке между стонами. — Выйдешь к ней?
— Нет… Не хочу её спугнуть… — тихо сказал. А после небольшой паузы добавил. — Но я бы подрочил вместе с ней, если ты не против.
О, да! Это было именно то, что мне нужно. Осознание своей силы, своей власти — заставить кого-то смотреть на меня и дрочить. Ради этого всё и задумывалось.
— Я не против… — шепнула я Серёже прямо в ухо. — Не стесняйся в фантазии. Делай, что хочешь. Расстегни ширинку, достань член, смотри на неё и дрочи.
С этими словами я размазала предэякулят с его головки по всему члену. Это была не просто капля, а целый поток. Похоже, не только меня дико завела эта полуфантазия-полуявь. Моя правая рука ходила по его твёрдому стержню вверх-вниз так, как бы мне хотелось видеть мастурбирующего парня. Я чувствовала под пальцами каждую вздувшуюся венку, его плоть была твёрдой и горячей, как разогретый металл.
— Я смотрю на неё, — выдохнул Серёжа, и его большой палец плотнее прижался к моему клитору, совершая быстрые, вибрирующие движения. — Вижу, как она запускает руку глубже, как её палец исчезает внутри.
Его средний палец раздвинул мои губки и нырнул во влагалище.
— А-а-ах, — только и смогла простонать я от поглощающего воздействия.
Серёжин шёпот рисовал в моей голове развратные образы, а его палец в вагине дополнял ощущение присутствия. Я как будто вернулась на лавочку в парке и снова проживала это яркое удовольствие открытой мастурбации.
— Она достаёт пальчик, он весь мокрый от её соков… Проводит им посередине между губками и начинает втирать свою влагу в каждую складочку, — продолжил мой сладкий искуситель.
А его палец вместе с этими словами и чавкающим звуком вышел из влагалища и стал гладить малые губки.
— Да-да-да, — подбадривала я своего парня всё более громкими стонами.
Серёжа подхватил этот ритм. Его пальцы, уже порядком намокшие от моего возбуждения, нырнули вниз. Он начал медленно размазывать накопленную влагу по моим половым губам, двигаясь сверху вниз и обратно, заставляя меня буквально плавиться под его рукой. Каждое его прикосновение было зеркальным отражением того, что сейчас «делала» та девушка на скамейке.
— Теперь она вводит два пальца... Глубоко, — его хриплый голос сорвался на шёпот, а следом за словами я почувствовала, как два его пальца вошли в меня до самого упора. — Влага внутри чавкает, она слышит этот звук в тишине парка и хочет, чтобы другие знали, как ей хорошо. Она набирает полные пригоршни своей смазки и мажет ею бёдра, не стесняясь, не прячась. Она знает, что я смотрю. Она хочет, чтобы я видел её желание.
Я выгнулась дугой, впиваясь ногтями в его плечи. Хлюпающий звук в реальности смешивался с его описанием, и это было невыносимо остро. Я чувствовала себя абсолютно обнажённой — не просто без одежды, а без единого секрета.
— А я... я уже не могу просто дрочить, м-м-м, — продолжал Серёжа со стоном, и я чувствовала, как его член в моей руке пульсирует, становясь ещё твёрже. — Я начинаю стонать… Она слышит, поднимает глаза на меня и видит, что я делаю. Я дрочу на неё, а она ласкает себя для меня. Мы с ней смотрим в глаза друг другу и двигаемся в одном ритме. Смотрю, как она вводит в себя пальцы. Она представляет, что это мои пальцы... и она хочет, чтобы я видел, как ей хорошо от самой себя. А я представляю, как вхожу в неё прямо там, на этой лавке. Она хочет, чтобы я кончил, просто глядя на неё, на то, как её пальцы исчезают и появляются снова, мокрые и блестящие.
Он толкнул пальцы внутрь меня, как будто точно задвинул член. Я ускорила темп своей руки на его члене, помогая ему «дрочить» в этой фантазии. Мои собственные бёдра ходили ходуном, насаживаясь на его пальцы всё яростнее.
— Я вижу, как она выгибается на скамейке, — продолжал Серёжа, ускоряя движения руки. — Вижу, как дрожат её бёдра. Она уже не смотрит по сторонам, ей плевать на весь мир. Она на грани. Она выгибается, её пальцы работают в бешеном темпе! Она кончает… И я... я кончаю вместе с ней, просто глядя на её движения… Оу…
Меня накрыло мгновенно. В голове вспыхивали кадры: парк, сирень, Серёжа с расстёгнутыми брюками в кустах и я — бесстыдная, открытая, кончающая у него на глазах. Это был не просто физический оргазм, это был психологический взрыв, который вытряхнул из меня все остатки страха и унижения. Я кончала долго, с хриплым стоном, ощущая, как влагалище сжимается вокруг его пальцев, а моя рука судорожно дёргает его член, доводя и его до мощного финиша. По моим пальцам побежали потёки его спермы. Она была горячей и тягучей, окончательно припечатывая мою победу.
Я кончала, ощущая себя той самой «Другой Леной» — смелой, порочной и абсолютно свободной. Это было так точно, так правильно. И так вовремя. Его фантазия исправляла мою реальность, переписывая сценарий моего позора в сценарий моей победы. Больше не было тех парней в трениках, не было стыда. Был только этот голос и его рука, которая заставляла меня купаться в удовольствии.
Когда всё закончилось, я обессиленно рухнула ему на грудь. В комнате пахло сексом и потом. В голове было пусто и чисто. Моя «тёмная энергия» наконец-то нашла выход через фантазию, прожитую вместе с Серёжей.
