На опыте, уже совершенно не давясь, я педантично проглатываю всё до капли, вынимаю опадающий член и гоняя последнюю порцию на языке, пробуя своего будущего мужа на вкус, резюмирую.
— Вкусненький. - устало ему улыбаюсь.
— Мне досталась за богиня! Я хочу от тебя детей! - взгляд только что кончившего мужчины, полон безмятежного восторга.
— Ой, надо же! - удивлённо вскидываю бровки. - И кого же, мальчика или девочку?
— Ты много мне родишь! – воодушевлённо улыбаясь, Макар гладит пальцами мои взмокшие волосы.
— А если папа меня тебе не отдаст?
— Отдаст, я слово волшебное знаю.
— И что же это за слово такое? - улыбаюсь.
— Я люблю Вашу Марфу и хочу сделать её своей счастливой женой.
Эти слова, разумеется, ещё нельзя было отнести в ЗАГС, но скажите могла ли я не ликовать в душе? И какая разница, что именно сработало, мой врождённый женский магнетизм или культивированная папочкой, островная распущенность?
Ведь я чувствовала, что надёжно прибрала этого мужчину к рукам.
***
(повествование от лица Макара)
Мог ли я подумать, что эта летняя навигация обернётся множеством приятных приключений и таким количеством женского внимания?
Три горячие саамские самки и сумасшедшая девственная островитянка, настоящая «девушка севера». Так ведь мне можно и навсегда распрощаться со своей холостяцкой свободой.
Но а серьёзно, давая Марфе обещание, собирался ли я на ней жениться?
Её папа в нашем приватном разговоре вполне себе оставлял мне возможность этого не делать. Я, разумеется, не совсем понимал в чём именно ему трудно отказать своей взрослой девочке, но естественно догадывался, что при таких соседях, детишкам у Марфы взяться будет просто не откуда.
Забегая не много вперёд скажу, что у нас, конечно же, всё случилось. Анатомическая девственность партнёрши, не вызвала у меня ни малейших сомнений, наслаждаясь восхитительными, сексуальными навыками этой девственницы, я представить себе не мог обстоятельства их получения.
В общем, я не знал точно поступлю ли я как заправская «скотина» и добившись своего, просто уплыву обратно на материк или же презрев все свои страхи перед сильной и самостоятельной девушкой, отведу Марфу к алтарю и доверившись нашему взаимному чувству, сделаю её матерью наших детей?
Поймите меня правильно, я ведь в принципе, до этой моей летней навигации, не собирался жениться, а тут такой выбор.
Уверен, что много кто скажет: «Брал бы невесту у Гамидовых, скромная, невинная, с квартирой и деньгами в приданном. Чо те ещё надо?»
Согласен, Юкка бы мне за всю жизнь и слова поперёк не сказала бы, но нужна ли мне была такая жена?
Признаюсь, я бы скорее выбрал шлюховатую полукровку.
Нурса, как по мне, куда приятнее и сексуально привлекательнее, но даже если мне удалось бы увести её из семьи, то за месяцы в рейсе или летнюю навигацию, бесстыдная полуармянка наставила бы мне такие рога, что я бы и в двери не проходил.
Счастье само валило мне в руки и наобещать с три короба, чтобы получить доступ к прекрасному, молодому телу, может кому-то и не показалось бы особенным скотством.
Марфа мне понравилась, но я ещё пока слишком мало её знал чтобы принять решение и если бы этот наш с ней день ограничился бы только взаимными ласками, то утром я бы уплыл и навряд ли вернулся к ней снова.
Но случилось нечто, чуть было не стоившее нам слишком дорого.
***
Какими бы приятными ни были наши шалости в сауне, в свою постель Марфа меня, разумеется, не пустила. Мучаясь от полуночной жажды, по пути на кухню, я так и замер стоя в дверях её комнаты, не в силах оторвать взгляд.
Большие, спелые груди, красивый женственный животик и безупречно гладкая, белая кожа. Беспечно раскинувшаяся на кровати красотка, по своему обыкновению, спала голой, маня и соблазняя своей доступностью. Казалось, что мне всего-то остаётся сделать пару шагов, пристроиться промеж разведённых в стороны ляжек, плюнуть на руку и взять свой приз.
Но кто бы я был после этого?
Засмотревшись на девичьи прелести, я лишь мечтательно вздыхал, попивая воду из своей кружки, когда у себя за спиной услышал серьёзный голос её отца.
— Ну и чего глазеешь то? Женись.
— Она у Вас такая красивая.
— Это я и без тебя знаю. Если решил не возвращаться, то и не морочь девчонке голову обещаниями, чтобы она не ждала и не надеялась.
— А Вы отпустили бы Марфу со мной в Мурманск?
— Кем это интересно? – суровый островитянин спрашивал вполне конкретно.
— Ну я пока не уверен …
— Зачем тогда спрашиваешь? … Если любовницей - нет, не отпустил бы. Дочь моя духом сильная, если боишься, что не сдюжишь её характера, просто дай мне с ней внуков и уезжай.
— Мы завтра всё решим.
— Хорошо, коли так. – осушая ковш с водой, Федот уходит к себе, оставляя меня наедине со своими мыслями.
«Почему бы и нет? Рабочая ведь схема, пожить пару лет вместе, понять вывозим ли мы друг друга и если нет – разбежаться. Жаль, но в лизинг мне похоже дочь не отдадут.»
***
Островное утро выдалось на радость солнечным и относительно тёплым. Несмотря на конец августа, уходящее арктическое лето дарило нам ещё один приятный день, словно понимая, зачем он нам так нужен.
Марфа, как тут и водится, встала раньше всех и к тому времени, как я окунулся в купели для бодрости и растёрся полотенцем, уже сварила на всех рисовой каши и в одной только тонкой, саамской юпе сидела развалившись на лавке.
Я было собирался надеть рубаху, но Федотова дочка мне не разрешила, игриво улыбаясь и отрицательно мотая головой, она пошире расставила свои стройные ножки, медленно приподнимая подол, до тех пор пока я не показались её тёмно-русые кудряшки.
— Нужно ли было меня о чём-то просить?
Опустившись перед ещё девственным лоном на колени, просунув руки под платье, я обнял ладонями девичьи бёдра и жадно приложился к трепещущей прелести языком.
Марфа, прикрыв глазки тихо застонала в ответ, запуская пальцы мне в волосы.
— Чувствую много же ты писек вылизал Макарушка, пока так хорошо научился.
— А захотела бы ты ещё раз, если бы я ничего не умел?
— (смеётся) Думаю, нет.
И только лишь красотка, откинувшись назад, раскинула по столу свои руки, обняла мою шею ножками, а я впился в её восхитительный «гребешок» губами, как в столовую, по-старчески кряхтя, ввалился мой капитан.
Он следовал транзитом в уборную и если бы партнёрша стонала бы не так сладко, может быть нас и не заметил.
На пару секунд забыв куда шёл, старик замер, любуясь как томно выгибается юная дева во власти моих откровенных ласк. Его восхищённые причитания, в основном, были на армянском, но заканчивались ехидным для меня пожеланием:
«Приятного аппетита!»
Опасаясь как бы следом за Ваганычем не вышел бы и отец «невесты», я хотел было вырваться, но уже подходившая к кульминации Марфуша, попросила не отвлекаться и закончить то, что я начал.
Отчаянно работая языком, массируя и чуть прикусывая клитор партнёрши, я сжимал под платьем её обалденные сиськи, уже чувствуя тяжёлую поступь пробудившегося хозяина дома.
Буквально согнувшись пополам, задыхаясь и дрожа всем телом, его дочь, восхищённо попискивая как мышка, продолжала ёрзать у меня на лице, размазывая по нему свои соки.
— Ммм …, с каждым разом это всё приятнее.
Шаги уже затихли у двери и она со скрипом открылась, когда я быстро поднялся с колен и мгновенно натягивая на себя рубаху, утёр ей своё извазюканный лицо. Довольная, разрумяненная Марфа, оправила подол и восстанавливая дыхание, целомудренно свела ножки вместе.
— Доброе утро папочка.
— Доброе, милая. Чувствую и вкусный же у тебя завтрак сегодня.
Счастливая, улыбающаяся во весь рот бесстыдница, подмигивая, шлёт мне воздушный поцелуй и порхая как бабочка, принимается накладывать распаренную кашу по тарелкам.
— Твоя любимая рисовая с клубникой.
— Оо, твоя каша — это лучший завтрак, девочка моя. Положи Макару первому, пусть попробует.
— Он уже. – прыская от смеха, толкает растерянного меня к столу.
— Пробуй моряк и масла не жалей.
Кусок сливочного масла плавился в моей тарелке, а Марфа, усевшаяся рядом, издевательски наглаживала мой стояк под столом, невинно хлопая своими прелестными глазками.
Ох, будь моя воля и задал бы я сейчас ей трёпку, прямо на этом столе.
Не знаю точно, понимал ли Федот, чем, в моменте, занималась его дочь под столом, да собственно это было и не важно, ведь я видел, что Марфуше здесь позволено абсолютно всё.
— Пап, ты закончил на маяке?
— Да, всё готово. Сегодня поднимемся с Ваганычем на верх, покажу ему наши красоты. А у Вас что за планы, молодёжь?
— Мы на источники, поплавать, пока погода ещё держится.
— Согласен, сходите. – отец смотрит на дочь с чуть грустной улыбкой. – Только ружьё возьми, не забудь.
— Ну пап, в первый раз что ли? Всё я знаю, не волнуйся. – убирая со стола, обнимает отца сзади за шею, щекоча свой носик о его бороду.
— Ты стрелял из карабина то морячок? – попивая свой крепкий чай из кружки Федот смотрел на меня с прищуром.
— Из калаша, в армейке доводилось, а из винтовки – нет пока.
