Елена долго и тщательно мыла руки, смывая землю из-под ногтей. Она наклонилась над раковиной, и майка, выбившись из лосин, обнажила полоску живота. Она не слышала, как стих шум инструмента, не слышала шагов. Но вдруг, боковым зрением, уловила движение в зеркале. В дверном проеме, ведущем из коридора в пристройку, стоял Виктор. Он не прятался, просто стоял и смотрел. В этот раз его обзору не мешала одежда: с того ракурса, где он замер, и с учетом ее глубокого наклона над раковиной, можно было прекрасно разглядеть, как вываливается из майки ее пышная грудь, как колышется при каждом движении.
Елена замерла на секунду, чувствуя, как по позвоночнику пробегает электрический разряд. Она медленно выпрямилась, выключила воду, взяла полотенце. И только выходя из ванной, встретилась с ним взглядом. Виктор не стал дожидаться, пока она заговорит первой.
— На сегодня я закончил, — сказал он, и голос его прозвучал ниже обычного. — Пол залил. Продолжу завтра.
Елена даже слова не успела проронить, как он развернулся и вышел в пристройку, а через минуту хлопнула входная дверь. Только вот ей показалось — нет, она готова была поклясться, — что в паху у Виктора явно кое-что прибавилось, натянув ткань рабочих штанов.
Весь вечер ее мучил вопрос: «Встал или показалось?» Она прокручивала эту сцену снова и снова, и каждый раз внутри все сжималось от сладкого, запретного волнения.
А когда Костя вышел из душа, пахнущий гелем и свежестью, когда сел рядом на кровать в одних семейных трусах, она вдруг почувствовала такое острое, нестерпимое желание, что голова пошла кругом. Ей нужен был секс. Сейчас.
Все было как во сне. Бах! Короткая, скомканная прелюдия, что было абсолютно не свойственно Елене. Бах! И она уже сидит сверху на муже, впуская его член глубоко в себя, и ритмично двигает бедрами, насаживаясь все быстрее, все отчаяннее. Она неслась к разрядке, сжав зубы.
Первая вспышка удовольствия заставила Елену замереть, издать едва слышный, сдавленный стон и расслабиться, обмякнув на Косте, содрогаясь в сладких конвульсиях. Но в этот момент, впервые в жизни, Елена была мысленно совсем не с мужем.
Нет, в начале все было по-настоящему: она жаждала Костю, его член, его губы, сжимающие соски. Но с первой же волной удовольствия, как только закрыла глаза, картинка сменилась. Все мысли Елены были о Викторе. Она в ярчайших, почти осязаемых деталях представляла, как скачет именно на его члене, как именно Виктор сжимает ее грудь своими грубыми руками, пахнущими цементом, как она кончает на члене чужого мужчины, впиваясь в него жадным поцелуем.
Даже когда первая волна схлынула, разум не покидали эти запретные мысли. Она, тяжело дыша, продолжала медленно скользить на члене мужа, ловя остаточные искры удовольствия, и отчаянно пыталась представить, каков ее новый знакомый в постели — требовательный, нежный или грубый.
Костя, почувствовав ее готовность, перевернул жену на спину и, устроившись между ее длинных, слегка раздвинутых ног, вновь вошел во влажную, горячую киску. В этой позе Елена, не отвлекаясь от своих фантазий, сжала грудь руками, сдавила соски до легкой боли, прикрыла глаза и позволила себе улететь.
Чувствуя, что Костя уже близко, по участившемуся дыханию и напрягшимся мышцам, она прошептала:
— В ротик…
Это была их частая практика, особенно после душа, чтобы потом не идти мыться снова. Елене было проще впустить его в рот и, дождавшись, пока член наполнит ее рот теплым семенем, проглотить все без остатка.
Так и случилось. Костя сделал несколько глубоких, резких фрикций, застонал, выдернул член, приподнялся, одновременно притягивая Елену за плечи к своему блестящему, мокрому органу. Он сделал несколько быстрых движений рукой и, закряхтев, проник в ее послушный, ждущий рот.
Но в этот раз Елена не просто ждала. Она взяла член в ладонь, сжала у основания и принялась жадно, глубоко, с влажными, хлюпающими звуками высасывать вечерний десерт. Костя придерживал ее за голову, запрокинув свою, улетая от вида того, как Елена в сумраке комнаты работает ртом, как двигаются ее щеки, как она явно наслаждается процессом.
Она выпустила опадающий член изо рта, сделала глоток, чувствуя, как горячее скользит по горлу, и вновь отправила его обратно, начисто обсасывая, собирая языком последние капли. А потом счастливая пара практически сразу уснула в объятиях друг друга.
Елена — с улыбкой на губах и чужим именем, застрявшим где-то в подсознании.
