Все непрочитанные: Порно рассказы

«Я снова прижался своми губами к губам Кристины, но при этом не прекращал писать, а Кристина вся извивалась. "Лёша, пустиииии, я сейчас уссусь" Я сильно прижал её к себе, и она громко вскрикнула. Я просунул руку ей между ног, и почувствовал, как её колготки потихоньку намокают "Лёш, не дави на живот, пожалуйста, и отпусти меня скорее пописать, ой ссс" Но я не послушался, и прижал её ещё сильнее, и почувствовал, как мощная струя ударила по моей руке сквозь её колготки. "Всё",-сказала обречённо Кристина, "Я не могу больше, уссыкаюсь, всё из-за тебя я писаю прямо в штаны" А я сказал ей "Зайка, расслабься и не терпи", - но Кристина уже не терпела, по её колготкам текла моча и под неё образовывалась лужа, которая смешивалась с моей. Мы стояли вдвоём, оба мокрые и целовались. "Ох", - с наслаждением вздохнула Кристина "Как же мне хорошо!". Я присел на корочки и стал стягивать с неё колготки, они были все сырые, я из спускал и видел, как моча текла прямо по прекрасным Кристининым ногам .»

«Майкл говорил мне что ему нравится кончать в рот, я боялась не заметить момента, когда он начет кончать, это неизбежно привело бы к новым наказаниям. Он долго брал меня, после чего его движения участились и он стал тяжелей дышать, я поняла что он сейчас кончит. Резко повернувшись я взяла в рот его член, а Майкл с силой прижал меня к себе за волосы. Мой рот наполнился спермой. Он еще несколько раз притянул меня к члену за волосы, после чего вынул его у меня изо рта, и обтерев его моими волосами заправился. Майкл сказал что я заслужила себе ужин и вышел из комнаты...»

«Оно всё перекосилось от боли и удовольствия одновременно. Через пятнадцать минут это повторилось с вибивалкой, и ещё через пол-часа, уставшая Маринка попросила перестать, и мы перестали.»

«Произнеся эти слова, я сделала шаг назад и, широко расставив ноги, склонилась перед ним в "полу реверансе". Блаженство не заставило себя ждать: сильный обжигающий поток, стремительно набирая скорость и мощь, рванул сквозь трусы и колготки в брюки и захлебнулся, ударившись о плотную ткань брюк, ворвался во влагалище и оттуда мощным водопадом рухнул вниз, оставляя мокрое русло на ногах, колготках, брючинах. Пока поток не иссяк, я засунула руку в мокрые трусы и, задыхаясь от волнения и трепеща от страсти, лихорадочно вошла в себя. Мой клитор, не выдержав двойного натиска, моментально сдался на милость победителя, обрушив на меня мощные бушующие потоки оргазма.»

«-Гриша! И это снял? - спросил Вадим Павлович по рации у коллеги, остававшегося на пульте охраны, после того, как Света сделала несколько глотков. -Отли-и-и-ч-но! Ну теперь ты с такой фильмотекой наша,ласточка! И с новичками зажимаешься, и водочку пьешь прямо из горла и члены у коллег дрочишь!»

«Бабка принесла ему ремень, Катька, опустив голову, подошла к отцу. Отец притащил ту скамью, и Катька начала снимать юбку. Потом , оставшись в трусиках, глянула на отца, но поддержки не нашла. Она спустила трусики, и по её щеке скатилась слеза.»

«Ах, девочки, шалуньи, озорницы, вот вы чем тут занимались, за что вам идут премиальные и ранняя пенсия, но пенсия может и не за это. Пальчиками, осторожно, медленно, туда в серединку этого розового бутона, не удержался всё-таки от высокого слога. Тепло, горячо, влажно - девочка наверное только кончила, а привести себя в порядок не успела - шампанское плюс кокс хорошее снотворное. Юбочку свободной рукой вверх, на пояс. Рука задержалась на её попке , слегка сжав эту упругую мякоть под тонкой, не целюлитной, кожей. А если... нет.... а всё-таки, мы же пили на брудершафт...»

«Вика лежала в туалете, и думала, как же ей дальше жить, нет она не могла уйти, муж все равно разыскал бы ее, но так тоже не могло продолжаться. Она вспомнила, как вчера Виктор заставил ее отсосать совершенно постороннему мужчине. Они ехали вместе в метро, потом муж завел ее в мужской туалет, подошел к молодому человеку, поговорил с ним, и уж через минуту Вике пришлось сосать член.»

«Он продолжал двигать своим членом между ягодиц.... Я ему подыгрывала т.к это было приятно... Я сказала войди в меня любимый! Его член не падал, он был настолько возбужден, что терся и терся об меня. Пока он долго думал я взяла его и направила в свою писю Она была как Ниагарский водопад. Он вошел туда без усилий. Я начала подыгрывать ему подмахивая задницей навстречу. Он ускорил темп и я уже слышала шлепки моей попки об его ноги. Он входил резко и ритмично. Я стонала так громко что наверно слышал весь дом. Но мне было хорошо. Нам было там так приятен, что я хотела еще и еще, сильнее и сильнее. Он трахал меня и любил одновременно. Вдруг Саша вытащил из меня его и начал кончать мне на спину, попку ....очень сильно дыша.... Я вскочила и взяла его в рот... я высасывала его до капли от самых яичек до головки. Смотря мне в глаза он сказал что я самая лучшая. Я улыбнулась и поцеловала его в пупок. Мне хотелось завершить этот вечер, а точнее уже ночь была, чем не будь необычным... И я захотела попробовать анальный секс. Я некогда не пробовала такой вид секса, но признаюсь пальчики я себе туда вводила уже =) И предложила свою идею Саши но с условием, что он будет нежен и еще раз полижет мою дырочку. Он согласился и без слов повалил меня в изначальное положение (животом на крышку унитаза) и начал вылизывать мою попку вводя свой язычок мне во внутрь. Хоть там было все в моих соках и его сперме и то, что я не была в душе почти 2 дня, он делал это с таким удовольствием как будто я выделяю малиновый сок. Он так дразнил меня что я сказал чтобы он вошел в мое коричневое пятнышко. Я хотел чтобы он меня трахнул и любил одновременно. Он уперся членом мне в попку и начал медленно входить.... Саша делал это так нежно что я постанывала от удовольствия. Он вошел без проблем в мою задницу. Он замер на секунд 30 чтобы я привыкла и одновременно массировал и сжимал мои две половинки. Вы не представляете как было приятно ощущать его член в своем анусе. Затем он начал двигаться... Со смазкой проблем не было. Сашин член ходил там довольно легко не доставляя мне боли. Боже как я стонала... Я сказал ему чтобы он трахал меня как он захочет. Я была на гране растаять. Он начинал ритмично увеличивать темп и все грубее и грубее входить в меня. Я уже была обессилена т.к кончила уже не менее трех раз. Он держал меня за бедра и вгонял свой член мне в попку ритмично и грубо, иногда вынимал его и любовался на мой раздроченый анус который уже не закрывался и говорил что я прелесть. Мне это ужасно нравилось т.к это было так приятно.... Затем Саши захотелось больше...»

«Он пришел, и сказал... "вот и молодец, тебе же и лучше"! и стеганул меня по попке, не разу в жизни не поротой никем. Я заскулила, боль была сильной. Я начала дёргаться, но дед приджал меня к кровати, и ударил сильней. Он бил меня минуты две, и моя попка жутко болела, покрылась красными полосами, а я плакала. Когда новый удар достигал моей попке, был больнее, чем предыдущий раз, потому что бил уже по битой попке. Я скулила, но деде всё бил меня неосонавливаясь. Через пять минут мне стало немного приятно, и я стала вздёргивать попку навстречу каждому удару. Дед не заметил этого. Я начала тихонько постанывала, мне стало очень приятно! Порка продолжалась ещё около пяти минут, в итоге минут десять.»

«Через час подошла мама и о ужас! с прутом в руках и добавила от себя ещё двадцать ударов..... теперь меня секла мама, прямо в углу... ....я сново за ревела но максимум что я могла себе позволить это не громко вскрикивать после каждого удара! я попробовала прикрыть израненый зад рукой, но стоявщий рядом отец молниеносно схватил меня за руки и держал пока мама не закончила меня сечь....»

«Обильный поток белоснежного семени полностью покрывал своей сладострастной пеленой похотливое лицо Татьяны Борисовны. Она была просто счастлива от такого великолепного заряда отменной спермы выпущенной ей прямо в лицо, которое к тому моменту представляло собой густое месиво семени. После этого, Иван Сергеевич вылизывал все это месиво смачно сплевывая. Затем убедившись, что Танечкина физиономия является размазанной смесью его семени и слюны, он вставлял свой член, в дерьме, в Танечкин ротик, и заставлял ее слизывать и глотать ее же выпущенное на его член дерьмо. После этого работник Государственной Думы удалялся...»

«Несколько минут было слышно только сосредоточенное дыхание. Саша никаких других звуков с членом во рту издавать не могла, Виталий старательно сдерживался, Кирилл же так сосредоточился на гениталиях приятельницы, что даже не заметил, как та свободной рукой вцепилась в его член. Правда, никаких дополнительных движений она при этом не делала, так что было похоже, что она просто нашла - за что подержаться.»

«Я не смог удержаться и моя рука проскользнула под резинку ее трусиков, это было неописуемо, ее киска была начисто выбрита. Я продвинулся дальше в низ по щелке, Вика раздвинула ноги, чтобы мне было удобнее, и сама запустила руку в мои штаны, прикосновение ее руки к моему члену было таким приятным, что я чуть не кончил. Ее киска была влажной и горячей, но мне было мало этого, я хотел увидеть ее, ощутить ее запах ее вкус, я стал стаскивать с Вики одежду, но лежа это было трудно сделать. - Подожди, - прошептала она, и сев стала раздеваться, я с замиранием сердца смотрел на то как она раздевается, открывая для меня свои прелести, я и сам машинально стягивал с себя одежду. Мы стояли совершенно голые посреди купе и целовались, мой член требовательно упирался в ее живот, постепенно я подталкивал Вику к полке, опрокинув ее на спину я руками до предела развел ее ноги. Опустившись перед ней на колени, я разглядывал ее киску, она была гладко выбрита, без единого волоска, я приблизил к ней лицо, от нее исходил острый возбуждающий запах. Я осторожно провел по ней кончиком языка, вкус мне понравился. Когда я коснулся я зыком клитора, она вся прогнулась всем телом навстречу моему языку, я стал быстро вылизывать киску, особое внимание уделяя клитору. Из Вики текла целая река, я еле успевал все слизывать. В какой-то момент она обхватила мою голову руками и стараясь еще сильнее прижать к себе, ее тело прогнулось все напряглось, и она с тихим сдавленным стоном кончила. Я лег рядом с ней, мы опять стали целоваться, я гладил ее тело, уделив на этот раз внимание ее груди, она была упругой, с маленькими сосками, я гладил ее грудь иногда сжимая, крутил соски стараясь сделать их твердыми.»

«- А Гришка-то, чёрт этакий, как вытащит свою елду, да как зашипит на меня: соси, соси!.. А мне того и нужно! Уж какая сладкая залупа! Давай-ка, сынок, я у тебя тоже пососу...»

«Поставив меня на колени и локти, ты пристроился сзади и вошел резко, быстро, даже грубо. Как хорошо, что у меня с тобой много смазки. Снова движения и пальчик на клиторе. Пошлепай меня легонько по ягодицам, это же моя эрогенная зона. Хотя у меня везде эрогенные зоны, где ни погладь - я возбуждаюсь. Быстрее, прошу тебя. Двигайся быстрее... Я кончаю... Протяжный стон срывается с губ, а тело бьет мелкая дрожь. Ради этого стоит жить!»

«Мне не хотелось лизать член, который только что побывал у меня в попе. Но когда я повернулась к нему, я увидела что он в презервативе. Я просто сняла его и встала на колени. Миша взял меня за волосы и буквально насадил мой ротик на свой член. Он входил в него так как только что входил в мою киску, а затем в попку. Мне просто оставалось ждать когда это закончится. Он сделал несколько движений и я почувствовала как его семя стекает в мое горло. Он был так глубоко во мне, что мне было трудно проглотить его. Кончив один раз, он не торопился меня отпускать.»

«Когда он наконец вытащил из моей попы пенис, я скатился с лавки от бессилия. "А ну-ка вылижи мой хер, шлюха" - сказал он и придавил ногой мои гениталии. Я с трудом сдержал крик: боль была такой, что предыдущие ощущения в сравнении с ней казались лёгким дискомфортом. Я тут же встал на колени и стал слизывать с его члена мой собственный кал, удивительно, что меня не стошнило. Почему-то от всего этого у меня самого стал подниматься член. Он, конечно это заметил и сказал: "Да тебе это нравится! Вот педераст! Дрочи, пидор, дрочи пока я опять тебе не двинул по мудям!".»

«Место, где мы сейчас находимся, трудно назвать "учебным заведением", в том смысле, в котором его принято называть. Это место - Академия Послушания. Попадают сюда по-разному. Я, например, выбрал Академию вместо службы в армии. Усатый подполковник предложил мне на выбор, в качестве альтернативной службы, или пять лет санитарить в доме престарелых, или пройти полугодовой курс обучения в Академии (с последующей "обязательной практикой" в течение трех лет). О самой Академии военком рассказал немного и весьма туманно. Смысл его слов сводился к одному: "уж лучше в армию, сынок".»

«Я почувствовал волну возбуждения, пробежавшую по телу. Я не смог сдержать себя и осторожно провёл рукой по его волосам. Он не двигался, и, казалось, затаил дыхание. Я скользнул рукой по его плечу, и он, перехватив её, потянул дальше под спальный мешок, по грудь укрывавший его тело. Мои пальцы ощутили тёплую кожу, и я почувствовал твёрдые мышцы, когда он провёл моей рукой по своему животу. Он как бы сообщал мне импульс, дорогу, двигаясь по которой, я мог доставить ему максимум удовольствия. Он позволил мне скользнуть вниз. Я расстегнул молнию на джинсах и засунул внутрь руку, нежно поглаживая лобок.»

«По лицу провели ладонью, Я уже не сопротивлялась, да и был ли смысл. Я чувствовала поцелуи на груди, бёдрах, животе, ногах, везде, где только возможно поцеловать. Мои ноги развели в стороны и стали трахать сначала пальцем потом членом.»

«Граф раздвинул сочные верхние губы и втиснул в розовую глубину свой мощный член, тогда как один из братьев обошел стол с другой стороны и предложил Стейси взять в рот его инструмент. Но довольно скоро стол перестал удовлетворять графа, и он заставил Стейси встать на колени, связал ей руки за спиной, так что кисти оказались прижаты к лопаткам, и притянул их к ошейнику, а после Стейси опустилась, приникнув грудью к полу - таз ее оставался поднятым. Нашим взорам предстали два одинаково соблазнительных отверстия, манящих, как песня сирены.»

«-А до этого Берта жил на содержании у одного мужика. Смачный мальчик конечно и елда говорят здоровенная. Но гниловатый он какой-то. Говнистенький. Его тот мужик прогнал. Деньги он что ли воровал. Потом Жека на свою лохматую голову в него втюхался.»

«Это было поражение. Подружка откровенно поглядывала на часы. Я сидел на позорном любовном ложе, курил и не мог собраться с мыслями. Член испуганно сжался и старался слиться с интерьером.»

«А потом я снова начну терзать твое утомленное тело, пока жажда и желание опять не завладеют тобой... И ты снова возьмешь меня ртом, возбуждая и подготавливая к продолжению...»

«Мальчик-одуваньчик свою недопиленную девку на плечо закинул да кусточками, да пpигибаясь, несётся к своей pодной недомытой туёте . За pуль втиснулся и газу! Девка едва успела с тpавки свою бикишку подхватить вместе с пледом, на заднее сиденье тоже плюхнулась и визжит: гони! И вот как им со своего места pвануть, ведёpко-то пpямо под колёсами всё и сплющилось. Когда стоpож за ним вышел, совсем ему гpустно стало. Что завтpа утpом он сменьщику скажет? И как полы на КПП с pанья подмывать будет? Стоит стоpож, весь из себя озабоченный, но вдpуг глядит и видит: вот же они эти самые малиновые служебные коpочки, котоpые выпали из малиновых тpусов кучеpявого владельца этой сволочной малиновой туёты !»

«Итак, к часу дня пленница проснулась абсолютно голая и привязанная за руки и ноги к кровати. Виктор находился в соседней комнате и наблюдал за происходящим по монитору. Первым делом Лена попыталась освободиться: стала дергать руками и ногами, а также пытаться дотянуться зубами до узлов на запястьях. Она вся извивалась на жесткой кровати, но веревки были крепкими, и она ничего не могла поделать, хотя продолжала пытаться вырваться. Через несколько минут борьбы Лена вся вспотела, крупные капли пота стекали с ее подмышек, груди и между ног, щекоча ее чувствительную кожу.»

«Потом встал и сказал давай Танька раздвигай жопу и садись на хуй (я чуть не кончил). Он лег на ковер а жена встала над ним в раскоряку раздвинула попочку и стала насаживаться очком на его член. Она чуть вскрикнула и сказала что на сухую не пойдет, тогда я принес крем и смазал ее шоколадную дырочку, Танька легко засунула его член себе в зад и стала на нем прыгать а я встал перед ее лицом и дрочил пока не кончил на ее личико. Потом и друг спустил ей в жопу. Мы с удовольствием смотрели как между ее ног стекает и капает сперма. У Андрюхи опять встал ( от вида лица моей жены) он поставил Таньку раком и вставил ей в пизду а я дал ей пососать. Когда он в нее кончил я подощел к ней сзади и тоже ввел в нее. Ощущение от влагалиша заполненного спермой было необычное приятное при каждом толчке из него текло и она хрюкало и очень возбуждало что я кончил довольно быстро.»

«Я почувствовал непреодолимое желание поцеловать ее вульву. Я прикоснулся языком к тому месту, где больше всего намокли ее трусики и почувствовал вкус ее смазки на языке - он был нежно соленный, слегка напомнил мне морскую волу. Одним движением я содрал с нее трусики и впился губами и языком в ее щелку. Обычно когда я делаю девушке кунилингус то мой язык с трудом входит во влагалище на половину, но здесь я почувствовал что мой язык целиком проскользнул в нее. С кем, интересно, она занималась сексом все эти два года нашей разлуки, с жеребцом что ли? Я почувствовал как ткани ее влагалища мягко обволакивают мой язык и активно выделяют сок. Я начал делать языком поступательно - вращательные движения и эта соленая смазка ручейком посочилась в меня. Я старался выпить ее как можно больше. Секунд через 20 я почувствовал как мой язык прочно застрял у нее во влагалище и стал ритмично сжиматься - ее влагалище просто запульсировало как маленький вулканчик и все это сопровождалось ее криками страсти, вслед за влагалищем запульсировало ее тело - она испытала оргазм - я зашевелил языком сильнее и в самый кульминационный момент ко мне в рот ее выделения потекли просто рекой! Я старался не пропустить не капельки, старательно все это глотая. Через некоторое время она затихла и мой язык мягко вышел из нее - какое это было удовольствие. Я потом долго чувствовал ее вкус у себя на губах и языке.»

«Она облизывала свои губы, она ласкала руками под пиджаком свою грудь и довольно быстро находила большие соски, чтобы поиграть с ними. Она приспускалась на стуле так, что ее юбка задиралась и ноги обнажались на столько, что соблазнительно открывался верхний край ее чулок. Ее другая рука расстегивала достаточное количество пуговиц на безупречно накрахмаленной белой блузке, чтобы открыть всем взорам восхитительно-глубокое декольте.»