Все: Порно рассказы

«-  Вот как-то встретил я Баркова. »

«- Никогда вы правы не были с матерью. Таких жестоких родителей ни у кого не было. Вы били меня за каждую тройку, каждую субботу в независимости от поведения, и за каждые пять минут, на которые я опоздала из школы домой. А если меня учителя задерживали? Нет, вы не были правы!»

«Мне не хочется покоя, невтерпеж как и всегда,»

«Ох, до чего же вкусно! Хочешь еще? И начинаешь, остервенело играть языком, зубами с моим бутончиком. Твой язычок, Твои зубки неутомимо теребят, покусывают мои складочки. Я постанываю и возбужденно дышу, мне хорошо и ты на седьмом небе от счастья, что мог сделать мне хоть что-то приятное. Тем более что тебе самому так нравится ласкать мою вкусную киску! Но тут ты чувствуешь, как мои руки тянут тебя наверх. Так не хочется отрываться, но впереди ждет еще более острое удовольствие. Твой раздувшийся от желания член легко входит в мою влажную киску. Сначала не спеша, а потом все увереннее и быстрее, ты начинаешь двигаться во мне. Тебе так хочется доставить мне максимально возможное удовольствие. Постепенно моя киска, истекая соком, увлажняется все сильнее. Ты долбишь меня, покачиваешься во мнее, кружишься внутри меня, пока острое наслаждение не сгибает тебя, заставляя засовывать свой член как можно глубже и кончать в меня. Только в меня! Ни капли мимо! В глазах вспыхивают искры, все тело сводят судороги оргазма! Эти мгновения высшего наслаждения, ты извергаешь стон, рык. Наконец ты обессиленный и опустошенный опускаешься на тебя. Пара секунд уходит, чтобы прийти в себя, после чего вновь приподымаешься и заглядываю в мое разгоряченное личико. Ты берешь его в ладони и целуешь. Ты благодарен мне за то умопомрачительное наслаждение, которое я тебе подарила.»

«Мы ебались без трусов,»

«Сначала Юля лежала спокойно, но где-то через минуту вдруг заскулила: "Ой, Лена, мне уже сильно хочется какать, наверное живот уже полный!"."Да ты что!", возразила подруга, "из кружки вытекло не более половины воды! Надо ещё потерпеть, иначе клизма не подействует и её придется повторять!"."Но я не могу терпеть, меня сильно распирает, вот-вот кишки лопнут!", завыла Юля. Лена быстро опустила кружку вниз и сказала подруге: "Сделай глубокий вдох, а затем выдохни через рот!".Юля выполнила приказ и почувствовала небольшое облегчение. "Ну, полегчало?", спросила Лена и Юля кивнула ей головой, "тогда продолжай глубоко дышать через рот!". Лена снова подняла кружку на прежнюю высоту. "Скажи, это всегда так неприятно, когда клизму делают?", поинтересовалась Юля."Да, приятного тут мало!", согласилась Лена, "но особенно худо бывает при тяжелом запоре, когда кишки сильно забиты какой, и приходится вводить воду под большим давлением, чтобы размягчить затвердевший кал. Поэтому желательно сделать клизму своевременно, не ожидая более 2 суток с последнего опорожнения "по-большому"." Юля на это ничего не ответила, а спустя некоторое время вновь спросила: "Ну, скоро конец будет?". "Теперь уже скоро!", ответила Лена, "в кружке осталось совсем немного воды. Потерпи ещё где-то полминуты!".»

«Через какое-то (совсем, впрочем, небольшое) количество времени мне стало казаться, что там, на вершине пленившей меня трубы, устроили День Великого Испражнения. Поток падавшего на меня дерьма, вперемежку с мочой, не иссякал, казалось, ни на мгновенье. Я чуть было не проткнул себе грудь подбородком - так старательно прятал я от зловонных осадков свое лицо. Со стороны, наверное, я являл собой забавное зрелище. Эдакий балаганный человек-какашка. Или "дерьмодемон" из "Догмы". Ну да это со стороны. И»

«Вытащив слегка обмякший член из пизды Нелли, Пит удобно расположился между бёдер жены и вогнал его по самые яйца в её податливое лоно. Поскольку его член был хорошо смазан его спермой и соками кухарки, то он легко прошёл во влагалище Нины, обеспечивая мягкие, нежные фрикции, необходимые ему сейчас для полного восстановления. Постепенно приноравливаясь к новому ритму, Пит стал медленными толчками качать жену, ощущая как его член постепенно твердеет, наблюдая как постепенно возбуждение охватывает Нину, заставляя порозоветь её грудь, и делая её дыхание более частым. Нелли же, прийдя в себя после такого сокрушительного оргазма, какого у неё ещё никогда не было, стала с интересом наблюдать за развитием событий. Видя, что хозяйка на неё не сердится, она осмелела, и стала поглаживать её тело лёгкими движениями, гладя так, как она гладила бы себя маструбируя. Эти дополнительные ласки были тут же замечены Ниной и одобрены стонами удовольствия. Тогда Нелли обошла вокруг стола, на котором расположились супруги, и встав напротив Пита, принялась ласкать грудь хозяйки. Покрывая лёгкими поцелуями полушария её грудей, постепенно она подобралась к окружности соска, поласкала его язычком, заставив его слегка сморщиться, а затем полностью вобрав тёмную вишенку соска в рот, принялась его посасывать, чем вызвала новые стоны Нины. Нина же полностью отдалась этим, наполняющим всё её существо, ласкам, ощущая мягкие, неутомимые накачивания мужа, и умелые ласки груди, нежные посасывания сосков, заставляющие сладко сжиматься влагалище. Взяв обе свои груди в руки, она приподняла их вверх, слегка сжимая ладонями, помогая Нелли сделать эти ласки незабываемыми. Затем погрузив свои руки в белокурые волосы кухарки, Нина притянула её голову к себе и впилась в её губы сочным, страстным поцелуем. Оторвавшись после длительного поцелуя, Нелли продолжила ласкать руками тело хозяйки, поглаживая грудь, чуть покатые плечи, слегка подрагивающий животик, опускаясь до бритого лобка и раскрытых половых губ, между которых двигался блестящий от смазки упругий мужской член.»

«АПОКРИФЫ - СЕКСОПАТОЛОГИЯ - ЛИКБЕЗ»

«А Макс потом за обедом толкает под столом ногой и говорит: это я тебя в куче-мале хватал. Хочешь глянуть, что у меня в попе тоже? А я говорю: ничего у тебя там нет. Одни какашки и всё. А Ирка как заорёт на всю столовую: МарьВанна! А они за столом всякие глупости говорят! Про какашки! Но у нашей МарьВанны всего только четыре глаза. И то стеклянные. А в умывалке, когда всех высаживали на горшочек, Макс опять говорит: хочешь глянуть? Всё равно я уже покакал и попку всю вытер. Гляди...»

«Безумство охватывает нас... Ты обхватываешь мою голову руками и прижимаешь к своему влагалищу, в то время как я второй раз за эту ночь вхожу с безумной частотой в твой перкрасный ротик... И вот ты содрогаешься в сладостных спазмах, я пью твои соки, и не выдерживаю, начиная заливать твое лицо и ротик... Я оборачиваюсь и вижу выражение блаженства и счастья на твое лице...»

«В общем мы с Гариком на этой почве обнялись, и он даже пустил слезу со слюнями. Прямо мне на ширинку. А когда стал вытирать, понял, что малость перестарался. Мой неукpотимый жеребец тут же моментально взбрыкнул. И довольно резво. Потом я буквально на пару минут пошёл отлить, а Гарик-сука тоже заскочил, запер дверь ванной и велел мне обоссать ему голову. В виде компенсации. Честное слово! Вот если б мне в тот момент попался под руку этот плешивый засранец-кукурузник, который у нас настроил столько совмещённых санузлов, я б ему яйца оторвал и глотку заткнул. Или обосpал его лысую репу. Чтоб потом всю жизнь чесалась до самой смерти.»

«Наконец я не выдерживая и заливаю твое лицо влагой, но и ты уже бьешься в судорогах оргазма, прижимая ее лицо к своему истекающему соками влагалищу... Я приподамаюсь и смотрю на вас... Две девушки, две соперницы, две любовницы...»

«Но особым спpосом у него пользовались менстpуальные выделенья. Это жизнь! Это самая натуpальная жизнь! хpипел дед, возя бpюхом и флейцами по холстам гнилую кpовищу, котоpую пьяные молодые бляди, дико скалясь, выдавливали из гнилого чpева. Как-то у одной, совсем школьницы, даже случился выкидыш. Но дед вместо того, чтобы вызвать скоpую , заставил девчонку pаздавить двухмесячного эмбpиона темпеpным пестиком, замесив из его алых тканей цвет сексуальной pеволюции . Тогда между всеми вокзальными шлюхами ещё долго ползал слушок, будто это был не чей-нибудь, а собственный дедов pебёночек. Пpижитый по пьяни, по пьяни же и погубленный.»

«Теперь я ухожу, ухожу навсегда к другому, обычному, он как все, для них любовь - только через нежность, страсть - через поцелуи и объятия, он тоже любит меня своей обычной, "скучной" любовью, и я отвечаю на неё дежурными ласками. Я - сильная, я выдержу это и буду претворяться, что я как все и что мне хорошо в этом уютно - сонном мирке, в этой банальной постельной мягкости, но я никогда не забуду блеск твоих глаз и металл в твоём голосе, когда ты приказывал мне повиноваться тебе, в такие минуты я не принадлежала сама себе, я хотела стать одно с тобой, раствориться в тебе, поглотить тебя.»

«Девушка впилась ногтями в плечи Антона и притянула его к себе, их губы слились в страстном поцелуе. Тела сплелись в одно целое... Горячая влажная плоть плотно обхватила член Антона и он начал ритмичные движения. Тело Наташи выгибалось навстречу каждому его движению, дыхание сбивалось, ее руки крепко обхватили его спину. Возбуждение достигало точки невозвращения, толчки Антона становились все чаще. Волосы Наташи разметались по плечам, она чувствовала глубоко входящий член, желание скапливалось сладкой болью внизу живота и в какой-то момент разлилось волной наслаждения по всему телу, она прерывисто дышала, запрокинув голову. Ясное ночное небо со звездами расплылось в ее взгляде, и она провалилась в бескрайнее удовольствие. Антон ощутил, как сильно вдруг сжалась ее упругая плоть вокруг члена, теряя контроль, он успел сделать еще несколько движений, и оргазм заставил содрогнуться все его тело, в глазах потемнело, и поплыли разноцветные крапинки...»

«Вечер, дождь, вокзал, перрон.»

«"Отлично!", проворчала санитарка и привычным движением вставила наконечник клизмы в задний проход девочки. "Мммм!", Вика застонало. "Что, больно?", спросила санитарка. "Неприятно!", девочка ответила. "Да, приятного тут мало, но ничего не поделаешь, надо потерпеть!", согласилась санитарка. Затем она открыла кран на шланге и вода из стеклянной кружки начало поступать в кишечник девочки. "Теперь, Вика, лежи спокойно, и дыши глубоко и равномерно через рот! Учти, пока кружка до конца не опустошится, ты не имеешь право вставать с тахты!".»

«Ты ложишся на кровать, я прошу тебя лечь на живот, я сажусь сверху, ты чувствуешь нежное прикосновение шелка и моей кожи, я делаю массаж, можно назвать его эротическим, по твоему телу пробегают мурашки от наслаждения, мои руки скользят по твоему телу, ты полностью расслаблен и наслаждаешься, потом ты чувствуешь поцелуи пробегающие по спине, тепло разливается по твоему телу-легкий экстаз, ты переворачиваешся и начинаешь меня страстно целовать, наши губы сомкнулись в единый поцелуй, твое тепло передается мне, мое-тебе, ты снимаешь мой пинюар, твой взгляд трогает мое тело, мою шею, мою грудь, мой животик, твои руки хватают меня за талию и прижимают к себе все крепче, наши тела слились, ты хочешь меня, хочешь взять, но нет, я не даюсь, говорю подожди, но твое желание сильнее чем время, ты прижимаешь меня к себе и переворачиваешь меня на спину, мгновенно кусая мою шею и входя в меня, стон раздается из моих уст, стон наслаждения и любви, твое дыхание...»

«Вечер был скучным.»

«Ты попыталась слушать шорох ветра в ветвях дуба над вашими головами, пение птиц, и через некоторое время, ты почувствовала, как замечательно в звуки леса вплетаются движения его языка и присоединившихся к ним рук. Ты впитывала запахи, видела зелень листвы, видела свое отражение в его глазах. Шорохи леса стали ритмичными, при перемене поз ты немного приходила в себя, но затем сразу погружалась в омут блаженства, окрашенный в зеленоватые тона, на фоне птичьих трелей и шума ветра»

«Находясь в полном повиновении страсти, разрушевшей все барьеры брезгливости она пробегает по нему губами, приняв его в рот. Она ведет себя как опытная, страстная женщина, и трудно сказать чем продиктовано это... то ли культивируемым желанием, то ли стремлением повторить то состояние, которое пережила несколько минут назад, то ли желанием властвовать и подчинять себе. Долорес держала член во рту слегка, сжимая его зубами, в то время, как его ладони гладили бедра, живот, и ноги девушки. Его член, несмотря на размеры и неподвижность казался ей гораздо более эластичным, чем язык. Необычность столь интимного действа, продиктованного желанием, наполнила Долорес каким то новым, незнакомым наслаждением, казавшееся бесконечным Нарастающее возбуждение заставило его тело самопроизвольно отвечать на ласку Долорес, ускоряя движения и продвигая член глубже.»

«Охваченная страстью Даша этого даже не услышала. Она опустилась на колени над разгоряченным телом Маши и принялась уверенно ласкать клитор. Маша легонько постанывала. Даша прикоснулась языком к клитору и принялась обхаживать его плавными волнообразными движениями. Два пальца, указательный и средний, вошедшие в мягкую плоть Маши, двигались туда-сюда. Маша обняла ягодицы Даши, пытаясь привлечь ее поближе к себе.»

«Мой разум свободен.»

«- Девки свободные есть? - спрашивал телефон гнусавым голосом, - На улицу Косыгина, дом такой то, пришлите светленькую, а то до ЖЭКа идти тяжело, ноги к погоде ноют.»

«Вхожу я обычно медленно, стараясь как можно дольше растянуть это удовольствие. Потом вынимаю Член, даю Его полизать партнерше. Снова вхожу. Потихонечку усиливаю свой натиск. И через несколько минут ввожу хуй уже на всю длину. Движения становятся быстрее и жестче.»

«Сумасшедшая мысль пронзила её мозг. А что, если...? Её руки действовали, казалось, быстрее её мыслей. Не долго думая, она, не снимая плаща, нагнувшись, ловким движением стянула с себя трусики и засунула их в единственный кармашек плаща. Затем, встав лицом к электричке, развязала поясок. Края лёгкого плащика тут же разошлись в стороны, открыв сверху донизу тонкую полоску обнажённого тела.»

«Вдруг мой взгляд сам собой падает на колено моей собеседницы... Этот самый ветерок, которым она так наслаждается чуть приподнял и легко откинул невесомую ткань темной юбочки, открыв моему взгляду девичью ножку во всей красе, по глазам, словно солнечный зайчик резанул небольшой кусочек белоснежных кружев, прикрывающий чуть пухленький треугольник...»

«Она закрыла дверь... и подошла к кровати... она убрала одеяло... сняла мои трусы и начала рукой с тщательным маникюром дрочить мой член... он ужасно увеличевался в размерах... потом она облизнула губы... и взяла в рот мой член... несравнимое удовольствие... похожее испытываешь, после дня нОски ботинков, на 2 размера меньше твоей ноги... и потом ты их снимаешь... мммммм... она энергично поработала язычком... и ротиком.....в течении 10-15 минут....потом она встала, скинула халатик под ним оказалась супер-грудь и трусики стринги которые кое-как прикрывали пылыхающюю щелочку......она легла раскинув ноги....но я не сразу набросился на неё....я подполз к ней....пальчиком отодвинул трусики...и начал работать язычком....»

«Она чувствует, как в комнату входит еще кто-то. Чужой, но не опасный. Чужие губы касаются круглых ягодиц, язык скользит между ними. Теперь она плывет между двух разных миров, с обеих сторон заключенная в теплые волны мужской силы. Она приподнимает одну ножку и ее цветок во власти чужих губ и языка, пьющих ее пьянящий нектар. Но в ее губах тоже власть - и она продолжает свою игру.»