«...мы встретимся с тобой в тихом узком проходе и нам никак нельзя будет разойтись... Марина погладила Леночку по коленке, пробираясь пальчиками немного выше к мягкой Леночкиной попке... »

«А на другой день Сан Саныч пришёл не с Толяном, а с другим мужиком, которого он называл Сергеич. Валентины ещё дома не было и Сергеич ещё с порога сразу взял Соню за пизду. Соня вскрикнула, а он ухмылялся и не отпускал.»

«Настёна лишь охнула от бесстыдства Серёгина, а барыня ржёт "Давай-кот, давай! Проковыряй ей гнездо! Мало иё Макарушка дрючит-та!". Так Серёга Настёну-то тут на столе и оприходовал прямо при маменьке вновь. Рака загнул, поднял платью на голову, да ещё заставил булки держать-расставлять. У Настёны дыра-то просторная, не то у Аришки. Долго потчевал и возил сисками по столу - знала чтоб. А потом вынул хуй, да на жопу и вылил-та всё. Барыня ажнось зашлась, то при виде-то.»

«Арину купили за дорого и отдельно от папки и мамки.»

«Так получилось уж что она была с винтовкой за плечами, со шмайсером на выкид и с маузером, смотревшим из-под тёмного отодвинутого бока: А у него тоже был пистолет, но то ему видимо было поровну, потому что для него главное - у него была паста: Тюбик с белой зубной пастой, радостный и растопыренный уже своей глупой башкой навылет: И она наставила на него маузер со шмайсером, а он свой обрадованный текущий белой набок смешно слюной тюбик зубной пасты. И с своей этой тупорылой всегда встречь солнеч»

«В семье Ванька был не царевич, а какой-то пиздец. Родилось же чудо такое! Ебло и доставало это чудо с малолетства всё в царстве шевелившееся. Братья как братья значит. Два. Живут, людей не трогают почём зря, один уже типа министр, другой тоже какой-то дегенерат, люди при службе, при деньгах, при блядях за зелёное золото. А этот же корень мандрагоры - мандопроёб какой-то, ни дня без рекорда, ни жопы без приключений! »

«Милая женщина с полной налитой грудью и пахнущими потом полей подмышками стояла, раздевшись, у входа в банное отделение колхозной бани. Не войдя ещё в душевую, она источала животно-лакомый запах трудового пота и свежести, напитанных солнцем полей. Такой раздвинуть ножки было одно удовольствие. Он действовал с привычным напором. Поднырнув под живот томной женщины, он заставил её ощутить знакомый всем женщинам зуд между ног, и женщина остановилась на пороге в душевую, и лакомо потянулась всем свои»

«Проснулась Красная шапочка в пронзительных солнечных лучиках, прорывавшихся сквозь густую листву деревьев. Сладко потянувшись она увидела совсем недалеко в просвете деревьев зелёную полянку и вышла на свет. За время тёплого сна соски её мягко набухли и между ножек сводило как у молодой кобылки. Поискав глазами она быстро нашла на полянке то что искала и словно не преднамеренно а мимоходом направилась туда. Она облюбовала достаточно эрегированный гриб-волнушку почти в самом центре полянки и стала»