«Мы занимались любовью размеренно, наслаждаясь каждым движением и умышленно отодвигая минуту наслаждения. Я чувствовала, что во мне не инородное тело, а частичка меня, которая по какой-то причине ненадолго покинула мое тело. Уже не в силах отодвигать очередную накатившуюся сладостную волну, мы слились воедино. Падающий листок замер в мгновенно замерзшем воздухе. Белка, прыгнувшая с ветки на другое дерево, остановилась, боязливо посматривая на нас. Темнота окутывала пространство вокруг. Мы лежали неподвижно - в вечности. Наши души слились в едином порыве и начали одинаково чувствовать. Во мне все закипело, я была одурманена экстазом и уже начала, что-то понимать:»

«Именно тогда Стивен первый раз отсосал мужской член. Прошлым вечером Том пригласил Стивена поужинать у него дома. Стивен купил бутылку шампанского и отправился к Тому. На столе у Тома оказались только устрицы ( - сказал Том) и по этому знаку Стивен понял, что Тому совсем не хотелось оттягивать ужином удовольствие совместного секса. Поэтому Стивен сразу подошёл к Тому, крепко его обнял и глубоко поцеловал, пососав одновременно язык. Том снял свой лёгкий пуловер и стянул пиджак и рубашку со Стивена. Стивен в ответ расстегнул ремень своих брюк и брюк Тома и стянул их. Потом прильнул ртом к члену Тома, посасывая его через трусы. Том начал постанывать. Тогда Стивен зубами стянул облегающее бельё Тома и взял в рот его член, который стоял как дубинка. Стивен сосал с упоением - то, налетая сверху, то, наоборот начиная с основания ствола. Через некоторое время, Том также взял член Стивена в рот. Это было великолепно. Ещё со времён университета Том славился тем, что гениально сосал.»

«Под его напором она выгнулась и почувствовала, как в нее входит его горячая плоть. Сильные, жадные толчки сводили ее с ума. И в тот момент, когда она почувствовала, как он запульсировал внутри ее, как обожгло ее внутри, волна неземного наслаждения взорвалась в животе и она потеряла сознание. Очнулась, его не было, долгое время сидела, не понимая что произошло. Только разорванные трусики, и влага внутри ее говори, что это не сон. Кое-как одела платье, добрела до дому. Она спросила у бабушки, где он. Бабушка вдруг заплакала и сказала, что он пошел добровольцев в Чечню и не вернулся, погиб. Наташа ничего не понимала. Как безумная она кинулась по знакомым, все отвечали одно и тоже - погиб.»

«Твоя чудесная попка открыта моему взору. В такой нерешительности проходит минута и наконец я вхожу в тебя. Я двигаюсь медленно иногда останавливаясь на мгновенье. Я ни хочу быть предсказуемым, и всё время меняю темп. Тебе нравится эта игра. Стоны заполняют всё пространство небольшой комнаты. Твоё тело извивается под моим напором. Но в мои планы не входит такой конец нашей игры. Я останавливаюсь, медленно выхожу из твоего горячего тела. Ты поворачиваешься ко мне, на твоём лице можно прочитать лишь одно - ты хочешь продолжения. Твои руки обвиваю мою шею. Я приподнимаю тебя. Твои ноги обхватывают мою талию. И в таком положении я проникаю в тебя. Твоя крошка ужасно мокренькая и я скольжу в тебе получая ни с чем не сравнимое удовольствие. Твое дыхание обжигает.»

«Поначалу я немного испугалась непрошенных гостей в своей промежности, но потом бабушка рассказала мне о своей матери, моей прабабушке. Она была знатного рода графиней при императорском дворе. Поговаривали, что она делала минет самому Григорию Распутину, фавориту императорской четы. От безрассудной и распутной жизни у нее в вагине завелись непонятные насекомые, что, в общем привлекало вещего старца, однако же он ее никогда не имел как положено. Бабушка сказала, что у нее до пенсионного возраста были подобные насекомые, однако она это связывала с происхождением, из знатных гагаузских племен.»

«Она мучительно заерзала, потянула на себя шортики и, прячась, уткнулась лицом в подушку. Сдерживаться она тоже не умела. Когда он, играя, заводил ее, она быстро распалялась, сердилась и колотила его маленькими кулачками по спине. Безраздельная власть над этой девочкой приятно щекотала самолюбие и вызывала томительное напряжение внизу живота.»

«Хохоча от удовольствия, мы уселись в машину, поехали..., но нашу страсть уже было не остановить... Подъехав к первому переулку, свернув куда-то, ты остановил машину, и мы набросились друг на друга, уже не в силах терпеть больше. Было столько страсти, огня... Руки разрывали одежду, губы метались по всему телу... ты ласкал меня, ВСЮ МЕНЯ! Уже не в силах сдержаться ты вошел в меня... господи.................................................................., как же я ждала этого от тебя... ддддддддддддддааааааааааааа....................................................................дддддддддддддддддддааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааа...................., ты во мне....................................мои руки потянулись к твоим яичкам, лаская их, потом к самому основанию ЕГО, это было двойным удовольствием для тебя, ты напрягся..............(очевидно, у тебя давно не было женщины)... ты кончил............................................................................................. Поцеловав меня, снова возбудился, снова ты во мне.......................................и это продолжалось очень долго................, несколько раз........................... Наши бездыханные тела упали на свои кресла автомобиля, тяжело дыша, мы уснули.»

«Впервые эта мысль пишла к Славе, когда он дроча крепко сжал свои яйца и почувствовал как это приятно. "Наконец-то один дома! Теперь можно осуществить эксперимент." - пронеслась приятная мысль после того как он слышал как закрылась за мамой дверь. Поискав по квартире он скоро нашел коробку для шитья и потрогав и подобрав средний размер вытащил оттуда пару острых иголок. Сердце бешено стучало в груди. Слава снял штаны и сел на диван. Член стоял как штык, сама ситуация - голый на диване, уже возбуждала. На всякий случай он смочил иглы одеколоном - для дезенфекции. Слава немного оттянул кожу яиц - от возбуждения они подобрались, а кожа стала толще. "Нечего, хотя проткнуть ее теперь, наверное трудней". Чуть нажав на иголку он почувствовал легкую боль. Зубы свело, руки немного тряслись. Он увеличил давление. Никакого эффекта. Иголка дальше не шла. Поставив палец с другой стороны, там где она иголка должна была показаться, Слава возобновил усилия. Острая боль наконец дала о себе знать, но это лишь сильней возбудило Славу и он резко вогнал иголку, еле успев убрать палец. "Готово!". Боль улеглась и поиграв с иголкой Слава заметил что теперь двигать ее вперед и назад не больно. Выбрав место для второй иглы Слава приступил к делу. Теперь он смоковал ощущения. Вот кожа натянулась, вот в месте где уперлась иголка кожа стала чуть светлей. Раз. Иголка прошла первую стенку. Два. Ее кончик показался наружу. Славе хватило буквально десяти движений чтоб довести себя до оргазма. Член выстрелил и сперма оказалась на животе. Подобрав ее пальцем Слава проглотил приятное угощение. Расслабившись он аккуратно вынул иголки - на их месте остались несколько красных точек. В одном месте был легкий кровоподтек - видно Слава задел маленький сосудек. Опослоснув лицо и руки Слава пошел готовить завтрак.»

«Я осторожно снял маленький кусок черного шелка, еще хранящий ее тепло, сел на колени рядом, приподнял ее ногу за щиколотку и стал целовать ее маленькие пальцы, ступню, подъем. Потом я точно так же поступил со второй ногой, а затем по очереди стал осыпать их поцелуями, постепенно двигаясь вверх, где уже приоткрылись мягкие, идеально полукруглые губы. Обведя легкими касаниями губ ее правильный треугольник на выпуклом холмике, я коснулся языком его вершины. Никогда я еще не ощущал тело женщины таким знакомым, таким нежным, таким родным. Мне казалось, что прошло 1000 лет, и мы снова встретились, узнавая каждую черточку друг друга. Я вдыхал этот запах, и в первый раз в жизни хотел дышать им еще и еще. Круговыми движениями языка я щекотал самую вершину холмика, и она подалась мне навстречу, гладя руками меня по голове. Я провел языком снизу, забрав немного соленой влаги и чуть усилил нажим. Ее тело выгнулось, я приподнялся и нежно и сильно вошел в нее.»

«Иногда бывает такое состояние, будто ждешь чего то. Чего именно неизвестно. Ты просто твердо знаешь - в твоей жизни что то должно произойти. Но проходят дни, недели, годы... И ничего не происходит. И вдруг однажды ты замечаешь, что тебе уже 50.»

«Расстелите подстилку и прилягте на спину, примите стандартную позу для орального секса. Мокрая вагина, как приманка привлечёт внимание мужчины. Он начнёт лизать ваши женские прелести, но не спешите возбуждаться, иначе вам будет трудно писять. Контролируйте себя и свои желания. Понемногу включайте свой золотистый фонтанчик, давая возможность партнёру полностью поглощать ваши выделения. Он жаждет этого, не стесняйтесь, постепенно увеличивайте порции своего нектара. Представьте, что вы поите своего любимого парным молоком. Он присосался к вашей уретре, как младенец к соску, доставляя вам удивительные, ранее не незнакомые ощущения. Вы писяете в рот своему партнёру, тем самым проявляете максимальное сближение между собой, настоящую, ни чем не осквернённую любовь. Вы приоткрыли занавес своих самых сокровенных чувств, переживаний, желаний. В результате вы получаете только наслаждение, укрепляете свои взаимоотношения и вносите новую струю в ваши интимные отношения. Мужчина поглощает с каждой капелькой золотистой жидкости частичку вашей любви.»

«Весеннее солнце заливало весь класс, заражая безудержным весельем его обитателей. Даже модель скелета казалось, радостно улыбалась. До звонка оставалось не больше десяти минут, и поскольку урок был последним, настроение у всех было каким угодно, только не рабочим. Напрасно Александра Владимировна прохаживалась по классу, стараясь не допустить возникновения всеобщего бедлама.»

«Им даже не представить, что эта девочка может в великий день Святой Пасхи в гостях у совершенно незнакомых ей людей, в деревянном старом доме, где под окнами идет по улице народ, где всего одна комната и могут в любой момент войти, сидеть и дрочить своему мужу прямо на диване, а его рука по локоть в ее трусиках... Никто никогда не скажет , что она может трахаться в чужом доме , как кролик, в день Пасхи, прямо на столе, между большими окнами, за которыми ходит народ. Ее не остановила даже большая икона висевшая прям над этим столом...Хотя потом ей казалось, что Святой смотрит на нее с осуждением..»

«Член у Кристофа был не такой огромный, как у Триша, но все равно был большим. Девон облизывала член Кристофа довольно умело, так что он быстро кончил. Сама Девон тоже быстро кончила, и Лайм кончил самым последним, облив спермой уже застиранное мокрое платье девушки и кафельный пол сортира. Когда они привели себя в порядок, и выходили из туалета, Кристоф сказал...»

«Быстро стянув с себя купальник, вытерев пятно на ковре я стал думать, что делать с испачканными трусам - стирать, больше делать нечего, но мокрые их в пакет уже не засунешь, значит надо сушить и быстро. Как?!!! Идея - феном! Быстро простирнул, начал сушить - как приятно ощущать лекую эластичную ткань у себя в руке! Оставалось немного времени до возвращения бабушки, судорожно запихав все обратно в пакет и осмотревшись вокруг я понял, что сделал очередной шаг в своём процессе физического и полового развития, как это отразиться в дальнейшем, что я отвечу на вопрос: -"Зачем ты берешь мои лифчики?" читайте в продолжении "Веселые старты III".»

«Можно было начинать двигаться... сначала медленно и неловко, потом все увереннее я стал вгонять в нее свой прибор, при этом смачно шлепая яйцами о ее промежность. Она начала постанывать, мои действия находили ответ в ее теле. Покусывая сокок на ее правой груди, я левой рукой сжимал ее бедро. Все ее тело излучало какую-то природную сексуальность. Девственная киска оказалась очень узкой - долго я терпеть не мог. Сделав последнее движение я кончил прямо в нее. В это время и она оказалась на вершине удовольствия, хотя я думаю моя вершин была по больше.»

«Ирина вздрагивала от ударов собачьего хлыста, с ужасом ожидая новой метки на ягодице. До звонка таймера оставалось еще почти сорок минут. Сегодня она разбила телефонный аппарат, чем очень разозлила хозяина. И хотя его руки устали за сорок пять минут, прошедшие с начала порки, Ирина была уверена, что он закончит вовремя и ни секундой раньше.»

«Собственно, сам сексуальный акт в Леньчике не вызвал никакого особого волнения или там интереса. Славка так и сидел на коленях, широко раздвинув ноги и, обхватив руками Валюху за таз, нанизывал ее на свой пенис и снимал с него, потом еще нанизывал и снимал, и так еще и еще. Леньчик больше не двигался по комнате и все видимое было не особенно ярким и впечатляющим. Но он терпеливо дождался финала, когда Славка прижал Валюхины бедра к своему паху и, сморщив лицо как от нестерпимой боли, кончал, подрагивая ляжками.»

«Я с надеждой посмотрела на мужа и он меня не огорчил. Его инструмент бодро задирал халат и рвался в бой. Я быстро переместилась на его сторону дивана и залезла под халат. Интересно, когда это он успел снять трусы? Его член был настолько напряжен, что казалось он лопнет от одного прикосновения. Я села ему на колено. Он слегка раздвинул ноги и дал свободу своему члену. Его рука моментально оказалась у меня под юбкой. Гость сидел напротив и явно наслаждался шоу, происходящим в полуметре от него. Представление, а лучше сказать презентация моих прелестей удавалась на славу. Мои и без того прозрачные и порядком мокрые трусики были сдвинуты в сторону, открывая прекрасный вид на треугольник волос. Муж передвинул меня чуть выше, так что я оказалась сидящей на его животе и стал слегка раздвигать мои ноги, демонстрируя возбужденные до предела губы. Его рука плавно опустилась вниз, лаская по пути самые чувствительные места. Мое возбуждение достигло такого предела, что для того, чтобы кончить мне оставался даже не один шаг, а одно касание. Гость извертелся на своем месте, пытаясь разглядеть меня во всех подробностях. Ему явно мешал член мужа, который был настолько возбужден, что почти полностью закрывал мою щелку. Неожиданно муж подхватил мои ноги под колени и высоко задрал их. От неожиданного движения и от того, что мои прелести вдруг оказались широко открыты для обозрения, меня накрыла теплая волна. Но действо только начиналось. Муж очередной раз ухитрился удивить меня после стольких лет. Из кармана его халата вдруг появилось два (именно два!) маленьких пакетика. Один он протянул гостю, вторым занялся сам. Через секунду на свет появились два колечка презервативов и шоу продолжилось. Меня плавно переместили на диван при этом дав понять, что моя поза не должна измениться. Я не могла возражать и послушно подхватила себя под коленки. Все это очень напоминало дешевые порнофильмы, где женщины старательно раздвигали ноги, чтобы камера могла свободно скользить между их широко раскрытых ног. Эти мысли лишь на секунду промелькнули у меня в голове и я, неожиданно даже для себя самой, старательно раздвинула ноги как можно шире. Мне вдруг захотелось, чтобы двое мужчин, стоящих сейчас передо мной, смоги беспрепятственно изучать, наслаждаться, вожделеть мои прелести. И они не обманули моих надежд. Если бы я была девственницей, я думаю они сделали бы меня женщиной только своими взглядами. Два презерватива начали медленно, как бы нехотя, надеваться на восставшие члены. Медлительность происходящего сводила меня с ума. Члены были готовы ворваться в меня , а я готова была их принять. Вот когда я пожалела, что у меня только один вход. Конечно я знала из многочисленных порнокассет, которые муж периодически приносил бог знает откуда, что есть много других возможностей подступиться к женщине. По глазам обоих мужчин я поняла, что таких кассет они тоже посмотрели немало. Они переглянулись, как бы распределяя варианты между участниками шоу. Я посмотрела на своего мужа и увидела его как будто впервые. Передо мной стоял не мой муж, а один из двух мужчин, которые решали между собой, кто будет первым и где. Гость явно претендовал на самый простой и наиболее доступный в данный момент вариант и муж уступил, видимо решив, что наблюдать со стороны будет значительно интереснее. Я вспомнила, он не раз говорил мне, что очень хотел бы посмотреть, как чей нибудь член будет входить в меня, медленно раздвигая мои губы и выходя, издавая характерный, чуть хлюпающий звук. Он сделал шаг в сторону, давая гостю полную свободу доступа к моему сокровищу. Я напряглась в ожидании ощущения незнакомого члена, проникающего в меня, и закрыла глаза. Но ничего не произошло. Гость явно вошел в роль и почувствовал вкус игры. Приоткрыв глаза, я увидела его стоящим на коленях и пожирающим глазами мою промежность во всей ее красе и влаге. Он не торопился. Ему явно нравилась роль гурмана, потирающего руки в предвкушении вкуса изысканного блюда. Его рука плавно легла на мои волосы, скользнула вниз и остановилась у влажного и горячего входа. Он раздвинул мои губы еще шире и стал водить пальцем вокруг влагалища, как бы рисуя контуры моего тела на невидимом холсте. Художник из него получился бы очень неплохой. Он улавливал даже легкие оттенки полутона моих реакций и умело использовал полученные знания. Мазок за мазком он превращал мое тело в некий шедевр эротического возбуждения и только когда он убедился, что ни одна складочка не обделена его вниманием, он поднес головку члена к раскрытому входу и слега качнул бедрами. Больше ему ничего не надо было делать. Вся процедура подготовки настолько возбудила меня, что я подалась вперед все телом, едва почувствовав его прикосновение. Боже, какое это было наслаждение. Его член заполнил меня полностью и с каждым движением вперед проникал все глубже. Все мое тело содрогалось от волн наслаждения, которые приходили одна за другой и сливались в один ритм с движениями его бедер. Наконец член проник в меня полностью и низ его живота плотно прижался к моему треугольнику. Его волосы соприкоснулись с моими и следующее движение вперед крепко прижало мой клитор. Сдержаться я уже не смогла и громкий стон вырвался из моей груди, оповестив всех присутствующих о высоте тона моего возбуждения. Внезапно я почувствовала, что мне больше не надо самой поддерживать ноги. Муж пристроился рядом со мной на диване придерживая их и раздвигая и сдвигая мои бедра в такт движениям члена внутри меня. Его член при этом оказался настолько близко от моего лица, что не взять его в рот показалось мне просто преступлением. Презерватив был все еще надет, так что сначала я почувствовала только химический вкус смазки, но этот ощущение быстро прошло и член мужа, одетый в гладкую и эластичную резиновую оболочку стал легко скользить у меня во рту. Никогда да того я не пробовала сосать член в презервативе. Это оказалось очень приятным и эротичным занятием. Я еще не знала, что через несколько секунд я буду наслаждаться другим вкусом, вкусом моей собственной возбужденной плоти потому что мужчины поменялись местами и член гостя в презервативе, густо покрытом моей же смазкой ,оказался у меня во рту . Муж занял свою любимую позицию на коленях передо мной и при этом неотрывно смотрел на член гостя, то появляющийся то исчезающий в моем рту. Развязка приближалась и я чувствовала это по тому, как еще больше напряглись и без того готовые разорваться члены моих любовников. Оба не сговариваясь слегка замедлили темп движений ,как бы готовясь к последнему рывку, а потом .... А потом началась бешенная скачка трех оргазмов. Не могу точно сказать, что я делала следующие несколько минут. Мне хотелось одновременно прижать обоих мужчин и заставить их проникнуть в меня еще глубже. Муж так усердно трудился у меня внизу, что ни мне ни гостю двигаться было не обязательно. Мы слились в одно целое, рычащее и конвульсирующее чудовище, которое кончало и кончало, содрогаясь от следующих один за другим оргазмов. Оба члена во мне стали пульсировать, выбрасывая сперму в презервативы, и постепенно обмякать. Мужчины вышли из моего тела и я почувствовала себя брошенной. Чувство заполненности ушло, но волны возбуждения не оставляли меня ни на секунду. Мое тело требовало продолжения и оба мужчины моментально ответили на этот призыв. Презервативы были сброшены и четыре ласковые и заботливые руки стали сначала неуверенно, а потом все смелее исследовать меня. Как передать это наслаждение, когда каждый сантиметр плоти получает свою долю ласки именно в тот момент, когда он ее больше всего желает. Четыре руки и две пары губ не оставляли без внимания ни один, даже самый скрытый уголок меня. Чьи то пальцы проникали внутрь меня, чей то язык нежно скользил по моему анусу, чей то член (о боже, опять напряженный) гладил мои губы и я пыталась поймать его ртом. Не знаю и не помню сколько раз я кончила. Когда я смогла открыть глаза в следующий раз, я увидела только две огромных головки членов, нацеленные на мою широко открытую щелку. Я уже лежала на спине и двое мужчин, каждый держа одной рукой одну мою ногу и отодвигая ее в сторону, другой рукой отчаянно трудился над своим членом. Мне безумно захотелось, чтобы и в этот раз они кончили одновременно. Два члена были направлены на меня как два дротика и чтобы дать им достойную мишень я обеими руками раздвинула губы и открыла вход так широко, как только могла. Промахнуться они теперь просто не могли. Муж всегда говорил мне, что вид чуть темного входа между розовыми, возбужденными губами - это самое эротичное, о чем может мечтать любой мужчина, и он безусловно оказался прав. Несмотря на всю, как мне казалось не эстетичность моей позы оба мужчины кончили почти в то же мгновение когда раздвинутые губы позволили им увидеть мой вход. Два фонтана выстрелили в мою сторону и я моментально оказалась покрыта густым слоем спермы. Последняя волна оргазма накрыла меня и все окружающее превратилось в медленно плывущий мираж. Я чувствовала как четыре руки аккуратно опустили мои ноги и уложили на диван. Что то теплое накрыло меня и последние проблески реальности стали исчезать, оставляя за собой лишь легкие сполохи. Я провалилась в сладкое небытие и только редкие сполохи уходящего оргазма слега сотрясали мое тело. Потом ушли и они и осталось лишь чувство покоя и расслабленности.»

«Сильно давило желудок, хотелось есть. Борис пошарил по карманам и, ничего не найдя, сел на невысокий валун под обрывистым берегом, опустив босые ноги в леденящий горный поток. Не прошло и суток, как он сошел со скорого поезда на небольшой сибирской станции, вдали от родного города. Что его сюда привело, деньги или вечно преследующая память, он толком не знал. У него не было семьи, как не было и родного дома. Не было никогда, не считая самого раннего детства. Борис лег на прогретый июльским солнц»

«Ну все - хватит. Вхожу до отказа и кончаю так, что аж в глазах потемнело. КАЙФ ! Вытащил член, сел на диван, рядом с женушкой. Пощупал рукой промежность - сперма стала вытекать из переполненного влагалища. Обычно после этого она бежит в ванну и меня с собой тащит. Но сегодня я решил, что все будет по-моему. Приблизился к ее лицу, приподнял нежно. Личико все влажное (плакала наверно). Пусть будет еще влажнее - вытер остатки кончины о губки растянутые веревкой. Погладил ее по волосам нежно. Поднял и уложил на диван лицом вверх. Жена приоткрыла глаза, жалобно посмотрела на меня и отвела взгляд в сторону. Что целку то корчить, можно подумать впервые в таком положении лежит передо мной. Пошел в туалет, поссал. Зашел на кухню. Тут я почувствовал, что дико хочу пить. А не сбегать ли мне за пивком. Пиво продается рядом, у метро. И тут у меня созрел чудовищный план. А не устроить ли нам групповичок. В главной роли женушка. В это время у метро постоянно тусуется молодежь. От этой мысли я завелся, как говорится с пол оборота. Одеваюсь.»

«Поцелуем дело, конечно, не закончилось - я начал ласкать ее грудь, опускался все ниже и ниже, пока не добрался до края ее юбочки. Тут я почувствовал ее влажные колготки и потом приподняв юбку коснулся до самого заветного места такого теплого и влажного. На ощупь я понял, что помимо всего прочего она вся истекала смазкой, которая просачивалась через ее трусики и колготки, я даже ощущал ее запах. Это было что-то. Я продолжал ее целовать, ласкать ее грудь и влажную киску через колготки. И тут задал глупый и несвоевременный вопрос... ты хочешь писать? Я боялся, что она ответит что-нибудь грубое (в другой ситуации и если бы мы были трезвые наверное так бы и произошло), но она продолжая целоваться тихо сказала - ДА. Если хочешь отойди, я отвернусь? - НЕТ. Тебе нравится терпеть? - ДА, тебя заводит ощущение мокрых трусиков? - молчание. Я был уже на взводе, она тоже отрывисто дышала и дрожала, была вся как огонь. Я пытался снять с нее одежду, но она сказала - нет, не сегодня. Мне ни чего не оставалось как продолжать ласкать ее. Я ощущал, как через ее колготки на мою руку как-то импульсно попадает ее влага. Тут она сказала- я больше не могу терпеть, положила свою руку на верх моей и начала тереть себе киску моей рукой все быстрее и быстрее. Тут она прекратила дышать, потом отпустила мою руку и я почувствовал как по ее телу прошла волна оргазма, потом (не знаю сколько это длилось) одновременно с ритмичными вздрагиваниями ее живота я ощутил струю бьющую через ее трусики, колготки на мою руку и стекающую вниз между ее широко расставленных ног. Сколько мы так и потом стояли, я не знаю, и не знаю как удержался, что бы не кончить вместе с ней....»

«До одиннадцати лет Диана росла вполне нормальным ребенком. Жизнерадостная и общительная всегда была в центре всех школьных событий. Вокруг нее всегда было много друзей. Дочь обеспеченных родителей, она никогда ни в чем не нуждалась. Жизнь для нее являлась божьим подарком, но всему бывает предел. »

«Оксана нагнулась и начала работать язычком над членом партнера. Она облизала его головку, весь "банан", по всей его длине, затем погрузила его в свой ротик. Яичкам тоже досталось от ее горячего, упорного языка. Член окреп, женщина отодвинула свой стул и села верхом на сидящего мужчину, "заглотав" его агрегат своей жадной припухлой девочкой. На этот раз их совокупление продолжалось не так долго, но им обоим было сладко иметь друг друга. Пошел в ход и ее носовой платок, но он был мал. Они включили свет и увидели, что в классе есть умывальник, рядом с ним висит полотенце, на вид довольно чистое. Любовники насухо вытерли свои причиндалы полотенцем и бросили его на пол.»

«Олины губки плотно обхватили головку члена, а язычок начал щекотать ее изнутри. Она помнила как наиболее быстро заставить меня кончить! Я взял ее голову руками и стал направлять ее движения. От ее мягких губок и язычка у меня начала кружится голова и шуметь в ушах. Я почувствовал как изнутри нарастает возбуждение и откуда-то поднимается волна, которая поглощает меня всего. Член начал пульсировать и Оля почувствовала это. Она выпустила изо рта член и в этот момент я начал кончать. Первая струя попала ей в щеку и залила ухо, вторая попала в левый глаз. Я закрыл глаза и застонал. Перед глазами плясали искры, а в ушах стоял звон. Наконец последняя капля спермы упала куда то вниз и я открыл глаза. Оля сидела на табуретке, и капли спермы стекали с ее подбородка, носа и капали на ее топик и шортики, оставляя на них мокрые пятна. Один ее глаз и ухо были залеплены спермой и она начала руками вытирать глаза, отчего еще больше размазала ее по лицу. Я взял ее топик и завернул кверху, открывая ничем ни защищенные грудки. Она прижала его к лицу и начала вытирать сперму. Я вытащил из пакета одежду и натянул трусики, майку и шорты. Пока я этим занимался Оля пыталась привести себя в порядок, и ей это почти удалось.»

«Опустившись перед ней на колени, он начал лизать ее клитор, весьма набухший от этих действий, пальцами раздвинул алые губки и проник языком прямо в глубину ее щелки. Нина застонала. Одной рукой она теребила по очереди то один, то другой сосок. Парень поднял глаза, разглядывая ее раскрасневшееся лицо. Он вводил ей во влагалище сразу два пальца, наблюдая, как менялось при этом выражение ее лица, как она прикрывала глаза и стонала в ответ на движения его пальцев. Его движения были все резче и глубже, а ее стоны все громче. Он встал, растегнул штаны, освобождая давно жаждущий ее член и резко ввел его во влагалище. Потом взял ее за бедра и нанизал ее на член. Она извивалась на большом офисном столе, наслаждаясь ощущениями и крича от страсти, когда он входил в нее на глубину всего члена, по самые яйца. Он долго и с наслаждением трахал ее, Нина успела несколько раз кончить, когда он, наконец, вынул свой член и со стоном изливал свою сперму ей на грудь, на живот, на лобок. Она вся была в его сперме.»

«По разному делают любовь. Желания мальчиков, врываются в девочек и растворяются в них. Мальчикам невтерпеж и они рождают образы заглатываемых, обхватываемых, вскользающих, гладких, сладких членов, низвергающих литры спермы в безликих, податливых, исполнительных девочек. Мечты о резиновых тетях? Хотя, наверное, бывает, что падчерица может послужить такой игрушкой, пока до нее добирается фея.»

«А парень внизу тебя посильней поласкает языком и рукою... по губкам и клитору, и промежности...тебе ведь нравится там? а если одновременно пальчики введет во влагалище? а лицо у него уже все в твоей смазке... стань на четвереньки...киску ему на лицо, а ротик и попку подставь... сейчас мы тебя на конвеер... нравится одновременно в попку и в рот? а потом в рот и влагалище? а в пещерку и в попку? и нравится когда ты уже вся в нашей сперме? тогда в бассейне,где тебя мы всю обмоем. Нравится когда в воде тебя на всю длину члена? с двух сторон, когда ты запрыгиваешь сверху, а попку в воде отдаешь на откуп другому... а третий любуется и возбуждается, видя как парни вдвоем такую прелестную крошку в две дырочки сразу с разных сторон... чтобы потом самому присоединиться, сменив кого то из своих друзей, и продолжить с тобою.»

«Я высунул свой член, снял с него презиватив и выбросил его на пол... Алексей уже развернулся и засунул себе в рот мой член, не успел он сделать и двух движений, как я кончил ему в рот... Он все это проглотил и был несказуемо счастлив, он продолжал вылизывать всю мою сперму. Сам же он давно кончил на пол, когда я его трахал в анус. Я даже не заметил этого. Вдруг проснулся пьяный мужик, лежащий на сиденье в соседнем вагоне, увидев нас голыми, он перекрестился, достал бутылку водки, выпил и опять посмотрел на нас. Мы уже оделись и сели рядом. Мужик вышел на станции, пристально смотря на нас, он, наверное, думал... "неужели я сейчас видел двух голых парней или мне это показалось?". Алексей положил свою голову мне на плечи. Мы приехали на очередную станцию, на которой опять же никого не было. Он сказал...»

«А девочка знает толк в этом деле...и хочет,сама безумного желает того же,что я...почувствовать мужчину, и радость экстрима, и секса со мною... которого так не хватает... я ведь вижу как ты отсасываешь моя крошка, как жадно, безумно ласкаешь... как захватываешь его весь, одновременно лаская яички.»