Мир начинает давить. Поход в клинику — пытка, где каждый взгляд клеймит их грех. Но они выдерживают. УЗИ становится лотереей на жизнь их ребёнка. Победа в ней даёт силы для главной битвы — с родителями. Кирилл идёт на переговоры как полководец, выбивая у отца ключи от квартиры в обмен на изгнание. Они завоёвывают территорию. Что увидите: Напряжение от угрозы разоблачения, медицинский осмотр как унижение/триумф.

Наивный юноша сходит с ума по неприступной однокурснице и вынашивает план, как овладеть ей... не подозревая, что у нее есть встречный план соблазнения и она обязательно пустит его в ход.

Жена уехала на три дня, оставив мне самое опасное искушение — свою юную сестру. Я давал себе клятвы. Она — испытывала их на прочность каждым взглядом, каждым касанием. Один неосторожный шаг — и мы перешли роковую черту. Теперь мы — сообщники, хранящие ядерную тайну от самого близкого человека...

Система дала сбой. Алина беременна. Шок сменяется холодным расчётом: это их шанс. «Брат» окончательно умирает, рождается «мужчина» и будущий отец. Кирилл становится маниакально чистоплотным, охраняя её как сосуд. Их близость теперь — ритуал служения и закрепления власти. Они хоронили прошлое и открыто заявляют о себе миру в дерзкой публичной выходке. Что увидите: Беременная героиня, сакрализация тела, ритуальные отношения, маниакальная чистота и забота как форма доминирования, публичное нарушение табу.

Девушка решила подарить парню особенный подарок, но переволновавшись перепила и не смогла его "вручить" поэтому он достался любимому папочке

Когда голод длится четыре месяца - мы что делаем? Сначала на стенку бросаемся, потом на всё что движется. Второкурснице Марине не повезло. Она двигалась в мою сторону, поэтому её первый секс в жизни был лесбийским. Да, я не знала, что она ещё девушка. Впрочем...

В этом районе все знают друг друга в лицо, но не догадываются, что происходит за закрытыми дверями. За фасадами домов скрываются истории страсти, разврата и запретных желаний.

Лаура сама себя поймала: верёвки, наручники, кляп, повязка — всё затянуто так, что не выбраться. Ножницы на полу, письмо на тумбочке: «Свяжите крепче и используйте как шлюху». Часы в полной беспомощности, пот, дрожь, фантазии о чужих руках. Дверь открылась. Джо вошла, прочитала, улыбнулась. Теперь Лаура — её вещь. Сколько она выдержит, прежде чем сломается от удовольствия или боли — или взлетит туда, откуда нет возврата.

Лере исполнилось восемнадцать. Её подарком на совершеннолетие стала не свобода, а клеймо. Её праздник обернулся жестоким обрядом инициации в мир, где не осталось ничего святого. Её брат Саша, единственный, кто должен был защитить, стал немым свидетелем. И соучастником.

Маша три месяца латает финансовые дыры, подрабатывая в баре. Ее жизнь — это усталость, долги и молчаливый муж. Однажды ночью бар посещает ватага сына с друзьями. И один из них, Ваня, пьяный и настойчивый, замечает в ней то, чего не видит больше никто: женщину. В душном туалете для персонала, в метре от незнакомца, под аккомпанемент вытяжки, происходит немыслимое...

Володя мечтал о тройничке - с сестрёнкой Аней и её подружкой. Однажды в гости приходит студентка Катя, которая несмотря на совершеннолетие выглядит очень юной. Это подстёгивает Володю...

Это не дом, а полигон, где мужчины отрабатывают власть. Где варенье на столе пахнет предвестием насилия, а «любовь» — ругательное слово для слабаков. Старик решил провести последний в жизни урок для внука. Учебник — тело его жены. Правило одно: смотри и учись. Молчи и принимай. Что останется, когда ритуал завершится? Раздавленная женщина, сломленный мужчина и новый хозяин, который будет шептать изнутри. Жесткий, почти физиологичный триллер о том, как твою жизнь могут отнять за один вечер, даже не прибегая к убийству.

Родители приходят с деньгами, но уходят с позором. Их предложение — разъехаться — встречает негодование: нет, мы не играем. Мы живём. В день «красной зоны» они сознательно выбирают риск, превращая зачатие в акт сопротивления. Алина прокалывает презервативы — не из безрассудства, а как жест веры в то, что их связь не стереть ни деньгами, ни моралью. Кирилл отвечает не словами, а телом — плотно, тяжело, навсегда. Это не отчаяние. Это выбор. И он делается без колебаний.

Что сильнее: общепринятые правила или тихий луч счастья в душе, который появился слишком поздно и не в том месте? Александр, казалось, прожил свою жизнь по всем правилам. А потом встретил Олю. И все правила рухнули в одно мгновение. Этот рассказ — не оправдание. Это исповедь. О том, как можно быть одновременно палачом и спасителем, как можно украсть будущее, чтобы обрести настоящее, и как одна ночь может перевесить годы правильной, но пустой жизни.

Чем ближе угроза разоблачения, тем сильнее их связь. Алина примеряет маску опасной женщины, Кирилл ловит в её взгляде вызов — и они трахаются у входной двери, пока за ней уходит участковый. Страх превращается в возбуждение, а шутка одногруппника — в подтверждение их тайны. Они играют в «брат с сестрой» на людях, но за стеной их квартиры рождается нечто большее: не просто связь, а замкнутая экосистема, где внешний мир — лишь фон, а законы диктуют их желания и раны.

За стеной резали торт и пели детские песенки. Маша улыбалась гостям, чувствуя, как платье, выбранное мужем, врезается в тело, как верёвка. Всё, что ей было нужно, — глоток воздуха на балконе. И один взгляд Дмитрия, коллеги мужа. Взгляд, который увидел не хозяйку, а женщину, которую забыли раздеть. Его прикосновение было не вопросом, а констатацией. Её молчание — не согласием, а капитуляцией. А в детской, среди игрушек, пахло не праздником. Пахло сексом, потом и предательством, которое пахнет именно так: горько, сладко и невыносимо стыдно...

Боль может принимать самые уродливые формы, а спасение — приходить из самого пекла. Двое образованных, успешных людей, раздавленных потерей сына, сознательно ищут дно в чужих телах и унижении, чтобы в его ледяной пустоте найти остатки друг друга...

Бойтесь своих фантазий... иногда они могут сбыться - но понравится ли тебе результат - это еще большой вопрос... мне удалось осуществить одну из своих фантазий - но не все что выглядит горячо и возбуждающе когда думаешь об этом так же воспринимается когда происходит на самом деле...

Здесь, за тонкой дверью, отец начинает невинный, как ему кажется, разговор со своей взрослой дочерью. Разговор о теле. О любопытстве. О естественном. Этот разговор станет первой ступенькой в бездну — бесстрастным экспериментом, где роль подопытной уже предопределена...

Впервые они позволяют себе заботу — и сразу же совершают ошибку, которая подрывает всю систему. Таблетка, купленная на последние деньги, становится не защитой, а оружием, направленным против собственного тела. Организм бунтует: рвота, боль, химическая пустота. И тогда приходит осознание — искусственные решения не работают. Их тела не хотят «спасения». Они хотят друг друга, даже если это опасно. Даже если это смертельно.

Провинциальный городок, застывший в девяностых. Два брата, разгорячённые летней скукой и юношеской тоской, чья жизнь течёт по предсказуемым улицам от гаража до реки. Их мир — это запах скошенной травы и приставка «Денди». Всё меняется с появлением Юли, сводной сестры из другого мира, который начинается за пределами их тихого Эмска. Она привозит с собой не просто московские привычки, а новые, тревожащие душу мысли о свободе. Под тёплым солнцем лета разворачивается тихая, отчаянная битва за её внимание, за её улыбку, за право быть тем, кто подарит ей что-то настоящее. А она, будто мудрая и опасная фея, ведёт свою игру, постепенно стирая границы и даря братьям ту ослепительную и пугающую свободу, о которой они лишь смутно догадывались.

Придумал идеальный план раскрутить подругу сестренки на секс! Однако все пошло совсем не так... Сестра не захотела оставаться в стороне. Да и зачем нам подружка? Лишнее это!

Конечно, выехать на старенькой машине на ночь глядя на дачу, да ещё и пробить колесо — перспектива так себе. Но в любом месте нашей страны найдётся добрый человек, который безвозмездно придёт на помощь… ну, как «добрый»… ну, как «безвозмездно»…

"Кормящие грудью женщины — очень непостоянные существа, и с ними лучше не ссориться и не спорить: всё равно ты окажешься неправ, да ещё и с рогами." Этой прописной истины наш герой не знал.....

Скандалы, усталость и боль не разрушают их — они настраивают. Ванна становится местом не для гигиены, а для ремонта связи; драка на кухне — не агрессией, а актом совладания. Алина берёт инициативу в свои руки, и их игра обнажает новую истину: власть в их мире — не в деньгах и не в словах, а в контроле над телом другого. Это не подчинение и не покорность — это партнёрство, выкованное в пламени взаимного отчаяния и доверия, которое невозможно обмануть.

Москва, зима 2008-го. Холод выдавливает из людей последнее тепло, а долги — из квартир. Алле под сорок, у неё двое детей, пустой холодильник и муж-алкаш. Чтобы купить детям сапоги и оплатить квартиру, она готова на всё. Даже торговать дешёвым ширпотребом на Черкизовском рынке, где хозяин смотрит на неё не как на работницу, а как на товар...

Я сидела в пыльном архиве, перекладывая чужие мёртвые диссертации, и тело моё тихо бесилось от голода. Полтора месяца без настоящего траха — пизда ныла ноющей пустотой, соски вставали от любого дуновения, а в голове крутились обрывки старых воспоминаний. И вот, роясь а архиве в старой самодельной папке с похабными переводами «Декамерона», я наткнулась на пометки на полях. Циничные, острые, голодные по-настоящему. Автор подписывался «С.В.». Я улыбнулась в тишине: наконец-то материал, который стоит взять в руки. И не только в руки. Это была первая глава нашей странной книги.

Попытка имитировать «нормальную» близость разбивается о стену их реальности. Презервативы с ароматом клубники, праздник Валентина и сонная ласка — всё превращается в фарс, фальшивый и тошнотворный. На фоне хронического стресса и переутомления тело даёт сбой, и впервые их связь сталкивается с провалом. Секс перестаёт быть спасением — он становится испытанием на «работоспособность», а не на любовь. И тогда они понимают: ни один суррогат не заменит суровой, физиологичной правды их отношений.

Когда вы знакомитесь в интернете, какова вероятность того, что вы встретитесь? А вот это уже зависит от вас самих..

Они не убегают — они оголяются. Бросив прошлое за дверью сухим щелчком замка, Кирилл и Алина падают в пустоту, где выживание заменяет все ценности, а секс — последнее доказательство существования. В чужой квартире с виниловыми обоями и дешёвой пылью они выстраивают кодекс: никакой романтики, только расчёт, телесная близость как акт подтверждения и «биологический светофор» вместо презервативов. Это не любовь — это договор о взаимном признании в мире, где они уже никто.