Джим Хансен крепко сжимал руль одной рукой, а другой тёр висок. Он едва следил за дорогой, но, к счастью, это была длинная прямая трасса с почти пустым движением. Люси сидела рядом на пассажирском сиденье, но они оба молчали. Джим был слишком занят своими мыслями, чтобы заметить, насколько отвлечена Люси, и поэтому они просто ехали в тишине под звуки радио.
Джим с радостью согласился подвезти Люси в город тем днём. С самого утра голова у него была в полном замешательстве, и дело было не только в похмелье… чёртова виски… когда виски вообще бывает хорошей идеей…
Как только Джим проснулся утром, воспоминания о прошлой ночи хлынули на него потоком… Каролина… Красивая Каролина… Она выглядела так потрясающе, и чем больше Джим пил, тем меньше мог отвести от неё взгляд… А когда она опустилась перед ним на колени, посмотрела вверх своими потрясающими карими глазами и прижала свои мягкие пухлые губы к его…
Джим вздрогнул и вырвался из грёз, быстро глянул на Люси — вдруг она заметила бугор в его штанах? К счастью, Люси смотрела в окно и совсем не обращала на него внимания.
Утром Джим тихо спустился вниз, стараясь не встретиться с Каролиной, и с облегчением вздохнул, когда Матильда сказала, что Каролина занята — делает Люси спортивный массаж в домике у бассейна. Ему и так было тяжело смотреть Матильде в глаза сегодня, а как он посмотрит на Каролину… Он снова вспомнил прошлую ночь: как её мягкая тёплая киска обхватила его член, и он кончил в неё…
Люси смотрела в окно и не смела повернуть голову — боялась, что отец заметит, как у неё пылают щёки. Она не могла перестать думать о Каролине… о том, что она хотела сделать для Каролины… и о том, что хотела, чтобы Каролина сделала с ней. Киска Люси дрожала и намокала, пока она снова и снова прокручивала в голове то, что было сегодня днём. Её никогда раньше не кулачили… она даже не мечтала об этом… А Каролина легко и красиво засунула всю руку в её киску и довела до такого сильного оргазма, что Люси потеряла голову. Потом она помнила только, как послушно кивнула, когда Каролина велела ей попросить отца отвезти её в город за продуктами.
И вот Люси тёрла бёдра друг о друга и ерзала на сиденье, а у Джима стоял член в джинсах, и оба они думали только о Каролине.
Матильда сидела за кухонным столом и тёрла глаза ладонями. Похмелье у неё бывало часто… в последнее время всё чаще… но это было просто адское. Голова раскалывалась, мышцы ныли, и каждые несколько секунд новую волну тошноты накатывало на желудок. О боже, зачем она так напилась?
Матильда почти ничего не помнила о прошлой ночи, кроме вкусной еды… надо признать, Каролина готовит просто божественно… и вкусного вина… чёрт, это вино…
Она ещё помнила, как хорошо выглядела Каролина. Матильда завидовала ей с первой секунды: идеальный оливковый загар, красивые чёрные волосы… пышные формы и эти идеальные сиськи… Матильда хотела уволить её сразу же. К сожалению, Каролина оказалась отличной горничной — дом быстро стал идеальным. Матильда хотела ненавидеть её весёлый характер, пение и готовку… но не могла. Приходилось признавать: Каролина — отличная горничная.
А прошлой ночью Матильда поняла, что Каролина ещё красивее, чем она думала. Матильда никогда не была лесбиянкой… но вчера, перед тем как вырубиться за столом, она то и дело поглядывала на ослепительную улыбку Каролины, на её роскошную грудь и думала, какая же у неё мягкая и нежная кожа…
Матильда кашлянула и сильно моргнула, пытаясь прогнать мысли, которые куда-то не туда сворачивали. Она из хорошей консервативной семьи и всю жизнь так хорошо подавляла любые похотливые мысли о женщинах, что почти перестала их замечать. Кроме как после пары бокалов… или когда похмелье превращало мозг в кашу.
Будто по команде, дверь кухни открылась, и Матильда подняла глаза. Вошла Каролина и весело улыбнулась ей. Матильда не смогла удержаться — похмельными глазами окинула тело Каролины с головы до ног. Та была в обтягивающей спортивной одежде и выглядела потрясающе.
«Аххх, сеньора Хансен! Доброе утро!» — весело сказала она. «Как вы себя чувствуете сегодня?»
Матильда скорчила полупреувеличенную гримасу тошноты, и Каролина рассмеялась.
«Ой-ой, — хихикнула Каролина, — вот цена такой весёлой ночи! Вам нужно сегодня отдыхать! Надеюсь, у вас нет ничего тяжёлого по плану?»
Матильда застонала и покачала головой. «Боже, нет, — вздохнула она, — сегодня ничего полезного не сделаю. Может, прогуляюсь позже…»
Она попыталась встать и поморщилась, потирая бедро. «Ой, может и нет… Кажется, потянула что-то на прогулке… Чёрт, я разваливаюсь…»
«Ой, нет! Это плохо!» — воскликнула Каролина. «Вы должны позволить мне сделать вам массаж! Я только что сделала Люси массаж в домике у бассейна, и она почувствовала себя так хорошо! Пожалуйста, стол уже готов!»
Матильда хотела отказаться, но подумала: чёрт, массаж сейчас был бы просто райским.
Матильда лежала лицом вниз на массажном столе, голая, только мягкое полотенце прикрывало её от лопаток до самой попы. В комнате тихо играл гладкий джаз с пластинки Каролины, и Матильда слышала, как Каролина тихо подпевает, собирая масла и кремы. Перед тем как лечь, Матильда приняла таблетку от тошноты и валиум для верности — теперь она чувствовала себя довольно спокойно.
«Теперь, моя любовь, скажите, если масло слишком горячее, ладно?» — очень мягко сказала Каролина и положила руки на гладкую икру Матильды. Матильда замурлыкала — было идеально. «Хорошо, теперь просто расслабьтесь, и я сделаю вам так хорошо…»
Каролина посмотрела на тело Матильды и усмехнулась, прикусив нижнюю губу. У Матильды были гладкие загорелые ноги, было видно, что она следит за собой. Попа — пухлая и круглая, и взгляд Каролины задержался на полоске полотенца, которая лежала как раз под ней.
Когда Каролина только приехала в дом Хансенов, было сразу понятно, что Матильда её недолюбливает. Матильда наверняка не любила, когда рядом с мужем появляется красивая женщина. И, честно говоря, она правильно боялась Каролины…
Остальные Хансены с первого дня явно хотели Каролину. Аарон бегал за ней как похотливый пёс с постоянным стояком — его было проще всего соблазнить. Можно ли это вообще назвать соблазнением, если жертва сама бросается на тебя?
Люси… бедная красивая Люси. Она онемела, когда впервые увидела Каролину, и очень быстро стало ясно: Люси хочет, чтобы сильная красивая женщина говорила ей, что делать. С Люси Каролине было веселее всего…
А Джим… он старался держаться уверенно, но его взгляды, голодные глаза — всё выдавало его с головой. Он немного сопротивлялся, но хватило нескольких бокалов вина и виски, и он кончил прямо в неё.
Матильда же всегда смотрела на Каролину с лёгким презрением, которое только недавно начало смягчаться. Но Каролина заметила кое-что… как Матильда иногда задерживала взгляд на её груди, ногах и попе… дольше, чем просто из любопытства. Каролина подозревала, что Матильда что-то в себе подавляет — может, даже сама этого не понимает… и Каролина была намерена это выяснить.
Мягкие руки Каролины уверенно скользнули вверх по гладкой ноге Матильды, потом обратно вниз к икре. Матильда счастливо замурлыкала, и Каролина едва сдержала смешок. С каждым движением вверх Каролина нежно проводила кончиками пальцев по внутренней стороне бедра — всё ближе и ближе к киске Матильды.
Матильда лежала в полном блаженстве, лицо уютно лежало в подставке, и она улыбалась. Валиум действовал лучше обычного, она глубоко вздохнула. Давление рук Каролины было идеальным, и она чувствовала, как погружается в почти медитативное состояние. Каждая твёрдая волна вверх по икре, потом по бедру… Матильда тихо ахнула, когда почувствовала, как кончики пальцев Каролины легко прошлись по внутренней стороне бедра всего в нескольких миллиметрах от её промежности. Она должна была возмутиться, но валиум и похмелье выкинули все такие мысли из головы. Каролина просто тщательно работает… она явно хорошо обучена массажу… да и Матильда — её хозяйка… Конечно, это просто невинный массаж… И всё же Матильда чувствовала, как внутри разливается тёплое покалывание, и с каждым нежным движением пальцев Каролины дыхание у неё перехватывало.
Матильда чувствовала себя так расслабленно и спокойно, что чуть не закружилась голова. На самом деле она начала немного плыть. Она словно таяла под руками Каролины… таяла в массажном столе и наслаждалась твёрдыми руками, которые ходили вверх-вниз по ноге. Она вздохнула и почти не замечала, как тепло разливается в её киске. Тошнота прошла полностью, голова больше не болела, и в голове крутилось только «Благослови тебя Бог, Каролина».
Матильда не замечала тихих стонов и вздохов, которые вырывались у неё, но Каролина слышала каждый. Матильда не знала, что дело не только в валиуме и массаже: утром, пока она спала, Каролина тихонько зашла к ней в комнату и заменила таблетки от тошноты на таблетки с ТГК. Они выглядели точно так же, как те, что Матильда принимала почти каждое утро. И доза была как раз подходящей.
Каролина чувствовала, как Матильда превращается в пластилин в её руках, и осмелела — теперь пальцы подходили ещё ближе к киске, почти касаясь, но не касаясь. В маленькой оставшейся трезвой части мозга Матильда понимала, что что-то неприличное происходит… но не могла перестать наслаждаться нежным покалыванием. Тёплое сияние шло от внутренней стороны бедра, искры возбуждения в промежности, и когда руки Каролины спустились к ступне и не пошли обратно, Матильда даже немного расстроилась.
