— Ты мог бы... - на этот раз покраснела она; я попытался встретиться с ней взглядом, но он ускользнул от меня. - Ты ведь понимаешь? - как-то тихо и совсем не уверенно, что было на нее совсем не похоже, проговорила мама.
— Мог бы что?.. - я понял, о чем была ее просьба, но поверить в это означало больше, чем просто нарушить негласные правила нашей игры; переворот сознания; взрыв Вселенной. - С тобой?.. - сглотнул я.
— Нет! Нет... - она тут же отвернулась, отпустила член. - Так не надо...
Я почувствовал, что ее "нет" лишает меня чего-то очень ценного. Мне было до жути страшно шагнуть за грань, но в тот момент, когда она попросила, я понял, что жажду этого.
9
— Я хочу, - твердо сказал я, собрав в себе все силы.
Мама повернулась. Посмотрела на меня долгим оценивающим взглядом.
— Хочу... - повторил я совсем тихо. - Но как начать?..
Она потянула за тесемку на шортах, распуская узел. Одной рукой спустила их до колен. Затем молча осматривала на мой член с открытой головкой, торчавший под углом вверх.
Алина перевернулась на спину, согнув ноги в коленях, слегка развела в стороны. Я залюбовался на ее спокойные черты, чувственные губы, густые длинные волосы, раскиданные по подушке и простыне, красивые полные груди, казавшиеся меньше из-за того, что она лежала лицом вверх, на плоский живот, двигавшийся в такт дыханию. Дальше начиналась совсем запретная зона, и мне открывалась лишь верхняя ее часть - остальное закрывали ноги.
— Ты хочешь? - с какой-то не знакомой мне интонацией переспросила Алина, будто подначивая.
Я вскочил на ноги, судорожно избавляясь от шортов - единственной моей одежды.
— А презервативы? - опомнился я.
— В семье мы ими не пользуемся! - усмехнулась мама. - Не переживай за это.
— И, что... вот так сразу? - я уже решился, но никак не мог сделать последнего шага.
— Если ты о предварительных ласках, то можно без них - я уже давно готова, - она чуть шире развела колени.
Я обошел по матрасу ее ногу, взглянул вниз на депилированный лобок, половые губы - аккуратные, не большие, почти незаметные у входа, аккуратными ровными выступавшие в середине и у кончика клитора. Глаза видели, но мозг отказывался верить в происходящее.
Я опустился. Бока соприкоснулись с гладкой внутренней поверхностью маминых бедер. Член ткнулся в теплую кожу.
Ощущение сюрреалистичности происходящего начало постепенно отпускать меня. Я действовал более осознанно, чем минуту назад.
Еще одно не ловкое движение и еще один промах. Мамины пальцы оказались неожиданно холодными. Они взяли член, направили его в нужную сторону. Я подался немного вперед, сразу ощутив вгагу на головке, легкое сопротивление входа, теплое лоно. Когда я вошел до конца, Алина положила руки мне на ягодицы, слегка надавила.
— Пододжди, - прошептала она. - Не выходи пока.
Я подчинился, сверху вниз, глядя ей в глаза. В них что-то поменялось, но я не успел понять, что именно - она их закрыла и приоткрыла рот. Сочтя это за приглашение, я наклонился и попытался не умело поцеловать ее в губы, вместо этого стукнувшись о зубы. Мама открыла глаза, посмотрела так, как еще никогда не смотрела и, приподняв голову с подушки сама поцеловала меня в губы. Наши головы опустились вниз. Ее руки прижали мой таз еще сильнее, и она сама начала двигаться. Я ощущал, как головка где-то глубоко трется о стенки. Наш поцелуй становился крепче одновременно с нарастанием темпа. В какой-то момент мама разжала губы, запрокинув голову, по ее телу пробежала короткая дрожь, а член сдавило у нее внутри. Затем она возобновила свои движения, уже не ища моих губ. Не долго, быстро, с не громкими вскриками - до следующего сжатия и запрокидывания головы:
— Даааа, - процедила она сквозь стиснутые зубы, словно боясь, чтобы это слово не разлетелось по всему отелю. - Давай, подвигай, - она ослабила нажим, давая мне свободу действия, приподняв голову, глядя как я выхожу из нее, чтобы на движении внутрь снова надавить мне на ягодицы, желая от меня резкого толчка.
Я понял это и сам стал двигаться сильнее, входя до конца, с хлопком. Тогда она убрала руки. Лишь металась головой по подушке, ойкая, поднимая вверх подбородок:
— Да! Вот так! Вот таааак! - она снова прижала меня к себе, затрясясь всем телом; а я все не кончал, видимо, перевалив пик возбуждения, когда мой член пульсировал сам по себе. - Ты ж мой хороший, - шептала она. - Еще! Так! - я врывался в нее, заставляя изнемогать от удовольствия, позабыв о его порочной природе.
Настал момент, когда мы двигались одновременно. Я, опираясь на одну руку, наблюдал, как мой, перемазанный ее соками член, выходя почти полностью, снова залетал в раскрасневшуюся снаружи вагину, которую Алина будто подкидывала навстречу моему движению. Хлоп-хлоп.
— Ах! Да!
Хлоп-хлоп.
— Ох! Ох!
— Уже скоро, - предупредил я, чувствуя приближение финала.
— Можешь в меня, - выдохнула мама, рукой заставляя ускорить темп; и когда член вновь запульсировал, я рухнул на нее, прижал к кровати, сжав руки над головой, чтобы спокойно излиться в нее до остатка.
10
Едва я успел выйти, мама, хромая на травмированную ногу, быстро пошла в ванную, зажимая промежность полотенцем. Послышался шум воды в душевой кабинке.. Я глядел в потолок, анализируя случившееся. Член подрагивал, увядая. Сколько я не думал над ситуацией, увидеть ее в негативном свете не получалось. Те эмоции и то удовольствие, которые я только что получил, никак не вязались со словами "порок" и "мерзость". Но то было мое мнение.
Мама вышла минут через пять. Подошла. Прилегла рядом.
— Спасибо, - шепнула она, глядя вверх.
— Как мы теперь будем? - задал я интересовавший меня вопрос.
— А как ты хочешь? - в ее голосе слышались покой и умиротворение.
— Я не знаю, - пожал я плечами. - Мне все понравилось. Даже больше... Но, вдруг, мне или тебе захочется еще?
— Ну, ты, как ребенок, - усмехнулась она. - Захочется, попросишь, - вот так просто... - Я никогда раньше не занималась подобным. Никогда не изменяла твоему отцу. Тем более, не думала, что это может произойти с тобой. Но мне тоже понравилось. Это не получится отмотать назад, - она посмотрела на меня; я понимающе кивнул. - Раз уж мы вступили на эту скользкую дорожку, давай держаться вместе. Только не наглей! - я снова кивнул. - И только между нами!
— Разумеется! - неужели она думала, о таком можно кому-то рассказать.
— Теперь ты ополоснешь свое хозяйство, и мы пойдем к бассейну, - наставительно сказала Алина. - У меня настроение - понежиться на солнышке!
