Если бы не давление стереотипов, может, и я бы смог гулять с Натальей, пока мы оба не нашли себе настоящую пару. Но ни я, ни она не понимали, как жить, нарушая принятые в обществе обычаи. Как долго мы можем испытывать друг друга на «ровность чувств».
Я спросил Наталью на следующий день, когда удалось остаться вдвоём:
— Послушай, если тебе такой формат времяпрепровождения вдвоём не подходит или напрягает, ты мне скажи! А то, может, боишься обидеть и не можешь отказаться?! — предположил я и сразу почувствовал, насколько жалок в этот момент. Но слова уже вылетели. И мог только добавить бравурное: — Я же не неволю!
Наталья подняла на меня глаза и задумчиво покачала головой:
— Всё в порядке. Мне нравится! С тобой хорошо и спокойно.
— Спасибо! — вырвалось у меня. — Тогда как ты смотришь на боулинг?
Меры я явно не знал.
— Когда?
— В субботу!
— С кем?
— Мы, вдвоём.
— Как романтично! — хихикнула она.
— Там на других дорожках будут люди, так что это не приватное свидание!
— Ты разоришься меня везде водить! Давай напополам?
— Не стану отказываться!
Вот так прошёл наш разговор. Я был счастлив, Наталья тоже была до конца дня в приподнятом настроении. Или мне так показалось. Поэтому вернувшаяся с перекура Светка, посмотрев на наши светлые лица, недовольно хмыкнула, подозревая, что за её спиной творятся сердечные дела.
— ### —
Несправедливое провидение сделало так, что для того, чтобы девушкой заинтересовались, ей надо просто быть. Может, это прозвучит некорректно, но мужчинам достаточно увидеть симпатичную плоть, чтобы её захотеть и даже полюбить. Конечно, когда „принцесса“ открывает рот, а оттуда вырывается вороний крик, это вредит делу, но вовсе не делает его безнадёжным: «У каждой девушки свои недостатки!». В конце концов, можно чем-то занять рот принцессы, чтобы она больше им не говорила, а только мычала. Но для мужчины, чтобы быть замеченным, нужны поступки. Много поступков, красивых и разных.
Поэтому, когда Наталья пришла в боулинг и сняла пальто, я понял, что меня будут пытать. Это трудно описать словами. На ней была свободная золотистая короткая кофточка из мелкой плетёной сеточки. Она блестела и на первый взгляд казалась полностью непроницаемой. Но стоило девушке повернуться так, чтобы попасть на просвет, — её одежда будто исчезала! Ткань становилась почти прозрачной, и любой мог видеть всё, что находится под ней! А там, мама родная, не было ничего! Из одежды! Там сразу, со всей непосредственной определённостью, ровными высокими холмами красовалась стоячая девичья грудь, заканчивавшаяся аккуратными красивыми кнопками небольших сосков, затвердевших на прохладном воздухе зала.
Я шумно сглотнул и с трудом заставил себя поднять глаза обратно. Сердце моё колотилось от смеси возбуждения и смятения. Ну почему каких-то пары титек хватает, чтобы уложить здорового мужика на обе лопатки?! Моя плохая комедия образа парня, отказавшегося от отношений, с каждым разом испытывалась на прочность, причём удары становились всё ощутимее и подлее! Мне удалось взять себя в руки, переобуться и провести Наталью на нашу дорожку. Но надо было видеть глаза мужиков за соседними дорожками — они провожали худенькую фигурку Натальи плотоядными взорами, впиваясь в её убийственный наряд. Как там было в сказке: «не одета, но и не нагая»? Тем козлёнком, на котором ехала девочка, видимо, был я: «не пешком, но и не на коне!». Мне тоже было сложно смотреть Наталье только в лицо — при каждом удобном случае я упивался видом молоденьких куполов её грудок под полупрозрачной тканью, но всячески возвращал себе невозмутимый вид, когда она оборачивалась.
Мы начали игру, и я смог наконец отвлечься. Навыки наши были примерно равны, и поэтому неожиданные страйки сменялись маловразумительными бросками. Я вёл с небольшим перевесом. Удача переходила то к Наталье, то возвращалась ко мне.
Странный мы народ — люди. Вроде всё у тебя хорошо: ты играешь в увлекательную игру с «приятелем», но думаешь только о том, когда можно будет затащить её в постель. Ты даже усложнил себе задачу, заранее объявив, что ни о какой «постели» даже не помышляешь! Ты теперь обманщик вдвойне! И вот когда яма полностью выкопана, ты — на дне, а лестница убрана, все твои мысли кидаются на поиск выхода из сложившейся по твоей милости ситуации.
Мы шли из боулинга разгорячённые, чуть выпившие пива. Наталья уютно втиснулась мне под локоток и мурлыкала факты своей биографии. Не сговариваясь, мы шли к метро, как в прошлый раз, но как могли сдерживали шаг. Может, мне так казалось, но ни мне, ни ей не хотелось расходиться. Голова моя разрывалась от идей и замысловатых планов, как продлить этот вечер.
— Может, зайдём в кафе? — мучительно натянуто предложил я.
— Ой, я уже в боулинге наелась и напилась! В меня пока больше не влезет! Жаль, что нельзя второй раз на тот же спектакль — мне очень понравилось! — призналась девушка.
— Может, в кино?
— Ехать надо, далеко.
— Так что же делать? — я произнёс это вслух! Действительно, все варианты безобидного времяпрепровождения с девушкой, за исключением лепки из глины, у меня выветрились.
Наталья остановилась. Она куталась в свою куртку от свежего осеннего ветерка и будто бы немного смущалась.
— Ладно. Ты так мило провёл со мной целых три вечера, поэтому я в знак признательности предлагаю тебе поехать ко мне: я испекла вчера пирог с ягодой и тебя им угощу! — выпалила она, положив руку мне на грудь в знак убедительности.
— ### —
Слова рвались из меня, мысли перемешались, восторг вступил в химическую реакцию с обожанием — я чуть не лишился чувств и не подпрыгнул на месте. Чего мне стоило принять это предложение снисходительно?! Пучок седых волос на мошонке!
— А что, звучит отлично! Может, по дороге вина захватим? — согласился я, удерживая себя в рамках.
— Вино, наверное, будет лишним! — хмыкнула Наталья.
— Почему? — невинно поинтересовался я.
— А я после него слишком легкомысленная. Ещё приставать начну…
Вот что за люди, эти нелюди? Разве можно ставить парня на такую растяжку? То есть если я буду настаивать на вине — сразу выдам свои тайные намерения, а если соглашусь — то что я тогда вообще за мужик?
— А тебе мы не нальём! — парировал я.
— Как так?! — притворно возмутилась Наталья.
— Ну хорошо. Тогда предварительно свяжем, чтобы ты не буянила!
— Свяжем!? О-о-о-о, это уже звучит интересно! — залилась Наталья звонким смехом.
Ну как с ней быть? Ей смешочки, а мне идти со вздутым членом!
Мы купили вина, и не только. Завалились в её студию — она снимала недалеко от метро. Потом пили чай, ели пирог с кислющими ягодами (сахар — нельзя!), который я сквозь сведённые скулы хвалил и запивал чаем. Вино ушло. Нам было хорошо и весело, но в воздухе висела та самая недосказанность. Девушка сделала всё, от неё зависящее — привела в дом, напоила чаем.
И…
И…
Чем должен ответить парень?
Правильно.
А этот парень не далее как в начале недели заявил, что отказывается от близких отношений в пользу дружеских. И ему совсем не хотелось казаться треплом. И мудаком тоже. То есть как честный человек он должен был выполнить своё обещание и не выполнить его одновременно.
Я сделал попытку. Встал, оправился, посмотрел на телефон и вытаращил глаза — был первый час ночи.
— Ого, сейчас до меня тысяча полторы выйдет на такси, — совершенно искренне удивился я. — Что-то мы с тобой засиделись, Наташа.
— Ой, ну куда ты поедешь. Оставайся, переночуешь, утром метро откроется и двинешь. У меня матрас надувной есть! И подушка! — звучало это очень искренне и участливо. Поэтому отказываться честному человеку без задних мыслей не было причин.
— Да, почему бы и нет. Только придётся зубы пальцем чистить!
— А вот и нет, у меня набор щёток и половина ещё не использована! — обрадовалась девушка.
— Вообще красота! — И почему я не купил сегодня лотерейных билетов? Надо пользоваться такой прухой.
Сама Наталья спала на низкой и узкой тахте. Наверняка специально поставленной хозяевами, чтобы девушка не приводила домой мужиков. Мы накачали матрас, я помылся и лёг, скрипя надутым пластиком. Голова немного кружилась от выпитого. Лежал и слушал, как Наташа шелестит душем в ванной. Потом дверь открылась, погас свет, и голые пяточки протопали мимо меня. Обдало запахом мытого тела и парфюмом. Крякнула рядом тахта, вздохнуло одеяло.
— Спокойной ночи! — прошёл нежный девичий голосочек.
— Приятных снов, — вырвалось у меня в ответ.
Ну, давайте, пинайте меня! Я этого заслуживаю. Я лежал, пялясь в пустоту и называя себя всякими последними словами. Сотни версий, когда и как мне нужно было поступить, чтобы сейчас быть не тут, на полу, а рядом, в одной кровати, тесно обнявшись с горячим девичьим телом, мелькали в моих фантазиях. Но сейчас было поздно. Своими стараниями я попал во френд-зону и теперь навеки застряну в ней! Горе мне, горе! Даже прямой отказ девушки на предложение не выглядел так унизительно, как такое долгое самобичевание у её ног.
Я перевернулся на спину и тяжело вздохнул. С тахты поднялось лицо:
— Что, не спится?
