" А у Тани и животик обалденный, как же приятно к нему прижиматься членом".
Думал я, идя по сонным и заснеженным улицам нашего заштатного городка к автовокзалу, пожалуй, впервые проникшись сексуальным влечением к родной матери.
***
С автовокзала я доехал на автобусе до областного центра, а там на электричке добрался до Москвы. Я был в первый раз в столице, и когда вышел на перрон Курского вокзала, сначала растерялся, увидев большое количество снующих взад вперёд людей. Но сестра настолько подробно описала в письме, как доехать и найти дом, где должны передать деньги, что мне не пришлось даже спрашивать дорогу у прохожих. От Курского вокзала я перешёл в метро, которое было рядом, а там, проехав под землёй две станции, вышел наверх, прошел пешком и очутился возле нужного мне дома в одном из районов Москвы.
По честному, я сильно трусил поднимать на лифте на девятый этаж, где располагалась квартира Олиных подельников, думая, что встречусь с матерыми уголовниками в наколках, но каково было моё удивление, когда дверь мне открыла довольно приятная на вид пожилая женщина.
- Я от Ольги. - произнёс я условленное слово, и женщина тут же впустила меня внутрь, закрыв за мной дверь на защелку.
- Подожди тут пару минут, паренек. Я соберу кое-что для твоей сестры. - сказала мне возрастная дама с ухоженным лицом, тронутыми сединой чёрными волосами и колючим проницательным взглядом.
Не смотря на свою внешнюю привлекательность, красивое лицо, женщина была непроста, один взгляд её проницательных глаз чего стоил, казалось, она просветила меня насквозь своим взглядом, словно рентгеном, и вывернула наизнанку. Да и одета хозяйка квартиры была соответственно своему виду. Строгая чёрная водолазка, под которой двумя холмами выпирали среднего размера груди, приталенная юбка черного цвета и чёрные чулки на ногах, а на шее поверх водолазки у женщины красовалась массивная золотая цепочка.
В саму квартиру она меня не впустила, оставив стоять в прихожей, и это было объяснимо, так как в квартире она была не одна. Из глубины комнат то и дело слышались удары бильярдного кия, мужские возгласы и стук шаров. Очевидно, в одной из комнат квартиры был установлен бильярдный стол и на нём играли азартные игроки.
Стоя в прихожей, стены которой были обшиты зелёным бархатом, я явственно чувствовал исходивший из комнат запах дорогого табака и элитного мужского парфюма, смешанного с ароматом французских духов, а это означало, что в квартире присутствовали и женщины.
- Вот держи деньги. А это " грев" для твоей сестры. Собрала всё как положено. Приедешь в Потьму, передай Ольге привет от Розы. - спустя пять минут из глубины огромной квартиры, а иначе в ней не могло поместиться столько народу, исходя по доносившимся голосам, в прихожую вошла дама в чёрном и вручила мне в руки спортивную сумку на молнии, очевидно с продуктами, и стопку купюр, перетянутых канцелярской резинкой.
- Ну что, встал? Иди давай. Меня гости ждут. - строгим и властным голосом произнесла женщина, увидев моё замешательство, когда я взял в руку пачку денег, предназначенных для моей старшей сестры.
Она стояла передо мной, держа в тонких, накрашенных помадой губах сигарету, вставленную в длинный мундштук из слоновой кости, совсем как в американских фильмах про гангстеров, с некоторым пренебрежением разглядывая меня, видя перед собой обычного школьника, которому необходима взбучка.
А я, глядя на эту красивую и властную женщину, действительно на мгновение застыл, и у меня помимо моей воли, встал колом член. Я был без ума от зрелых женщин, но и так же мне нравились красивые, ухоженные бабули, и одна из них стояла сейчас передо мной.
- Деньги спрячь подальше. А то на Казанском вокзале сейчас много " щипачей" развелось. - женщина перешла на блатной жаргон, и в уголках её тонких, аристократических губ промелькнула лёгкая усмешка.
От её проницательных глаз не ускользнул бугор у меня на ширинке, и она его по достоинству оценила. И, судя по всему, это ухоженная пожилая дама не потеряла интерес к сексу и любила молодых мужчин.
- Хорошо, тётя. Я буду бдителен. Спасибо вам за всё. До свидание. - я спрятал деньги в боковом кармане куртки, для надёжности застегнув его на молнию и повесив на плечо сумку, которую передала мне женщина в чёрном, с огромным облегчением вышел из её квартиры и перевел дух, только зайдя в лифт.
Спустившись вниз, я достал сигарету из пачки и, держа её трясущимися пальцами, прикурил от зажигалки. Казалось, минутный разговор с женщиной в чёрном меня дико напряг и возбудил одновременно, и, идя по направлению к станции метро, я поймал себя на мысли о том, что с удовольствием бы занялся сексом с этой бабкой Розой, скорее всего, главарем шайки, грабившей столичных коммерсантов, окажись мы с ней один на один.
***
Выйдя из метро на Комсомольской площади, я отправился на Казанский вокзал, он был рядом, впрочем, как и два других вокзала, Ленинградский и Ярославский. Эта была площадь " Трёх вокзалов" и самое злачное место Москвы в прошлом, об этом я знал из прочитанных мной книг и просмотренных фильмов.
Первым делом, зайдя в красивое здание Казанского вокзала столицы, я отправился к билетным кассам, где без проблем купил билет на скорый поезд " Москва - Саранск", он отправлялся ровно в полночь, и до этого времени мне предстояло провести в зале ожидания вокзала, где, по словам Розы, полно " щипачей", воров, карманников. И я старался не терять бдительность, так как в боковом кармане куртки, надетой на мне, лежала крупная сумма денег, предназначенных для Ольги, также мои деньги на дорогу домой, и лишиться их было для меня смерти подобно.
Не смотря на то, что в здании вокзала работали несколько буфетов и ресторан, я решил перекусить бутербродами, взятыми из дома, а немного денег потратил лишь на бутылку лимонада, чтобы не есть всухомятку, и ближе к двенадцати ночи вышел на перрон, боясь пропустить свой поезд, и когда он подошёл к платформе, отдал билет проводнице и сел в свой вагон.
***
Всю дорогу от Москвы до Потьмы я бодрствовал, сидя у окна в плацкартном вагоне, и хотя соседи по плацкарту были добропорядочные на вид пожилые люди, пенсионеры, ехавшие навестить сына в армии, я боялся заснуть, а сонного меня могли ограбить, но спать хотелось сильно, и я сдерживал себя с трудом.
***
Со всеми остановками поезд домчал меня до станции Потьма за шесть часов, и я вышел из вагона на заснеженный перрон вокзала мордовского поселка ранним утром по темноте. И идя по замёрзшим улицам незнакомого мне населенного пункта, я в сотый раз пожалел, что не взял с собой самодельный свинцовый кастет, отлитый мной из рыболовных грузил. С кастетом было бы как-то спокойнее, а то, кто его знает, в такое раннее утреннее время, когда на улицах мало людей, был шанс нарваться на шпану и быть ограбленным.
- Кто там? - раздался за дверью слегка грубоватый женский голос, когда я прошел от вокзала двести метров, свернул в переулок, следуя указаниям из письма старшей сестры, и, найдя на улице частный дом под номером десять, пройдя в калитку, постучал в его дверь, так как звонок на стене отсутствовал.
- Это я, Костя, брат Ольги Пановой. - ответил я через дверь женщине, и в тот же момент в замке с обратной стороны повернулся ключ, и дверь открылась.
- Ты что, с поезда? Заходи, давай. Сестра про тебя говорила, но я думала, что ты позднее приедешь. - на пороге возникла фигура женщины в ночной рубашке, с растрепанными по плечам светлыми волосами и сонным лицом.
Очевидно, она спала и видела девятые сны, когда я её разбудил.
- Билет на поезд до Саранска был только на двенадцать часов ночи, а следующий утром. - оправдывался я перед женщиной, искоса ее рассматривая, насколько это было возможно в полутемном коридоре.
На вид ей было лет сорок или около того, светлорусая, слегка конопатая и низкорослая, как и все мордвинки в целом, пустившая меня в дом женщина производила приятное впечатление.
- Не стоит оправдываться, парень. Мне всё равно скоро на работу собираться. Снимай свою куртку, ботинки и проходи на кухню, чай с тобой будем пить. Только я пойду оденусь. - женщина показала мне рукой в сторону кухни, дверь в которую была приоткрыта и в ней горел свет, а сама скрылась в соседней комнате, пройдя по коридору.
Как было сказано хозяйкой дома, я разделся в прихожей, снял куртку, предварительно вынув из бокового кармана свёрток с деньгами для Ольги и свой кошелёк, разулся и, не найдя тапок, взял в руки сумки, прошёл на кухню в носках.
Знакомой Ольги не было примерно минут десять, и за это время я успел изучить скромную обстановку кухни её дома, которая чем то напоминала кухню нашей " хрущевки". Тот же старенький холодильник " Ока", неказистый стол, стулья, радиоприемник " Океан" на окне и сервант с посудой, стоящий у стены.
- Сейчас я чайник на плиту поставлю и будем завтракать. - раздался голос хозяйки дома, она вошла на кухню, а я, увидев её, вздрогнул.
Передо мной стояла самая настоящая ментовка. На белобрысой низкорослой женщине был надет мундир внутренних войск с погонами старшего лейтенанта. Под мундиром защитного цвета юбка и на ногах тёмные чулки.
- Испугался? Не бойся, своих мы не трогаем. - засмеялась женщина, заметив мой обескураженный вид на её форму.
Ментовка подошла к плите, виляя объемным задом под юбкой, зажгла газ и поставила на конфорку чайник.
- Не испугался, а просто неожиданно как-то. Я не знал, тётя Нина, что вы в милиции служите. - ответил я блондинке, зная из письма Ольги, что хозяйку дома в Потьме зовут Нина, а то, что она ментовка, сестра не написала.
- Не в милиции, парень, а во внутренних войсках. Я работаю начальницей отряда, где сидит твоя сестра. Давай, выкладывай на стол, что для Ольги в Москве передали. - голос у ментовки стал строгим, и она, стоя возле меня, с нетерпением ждала, когда я отдам ей деньги.
