Постепенно сквозь боль начало проступать приятное чувство. Я снова подвывала и охала в такт его движениям и не могла удержаться. Как он балдел, наверное, от этого. А ещё в этой позе я вся была открыта его взгляду сзади. Он видел меня, словно нанизанную на его член. Уж я-то знала, как это выглядит. Но, пусть наслаждается. Мне тоже было хорошо, даже с этой болью в заду. Потому что он очень нравился мне.
Потом он кончил, и мы снова рухнули на постель. Я заснула в его объятиях.
Когда утром он собирался уходить, он поцеловал меня в лоб и сказал:
— Мне давно не было так хорошо с кем-то.
Я закрыла за ним дверь и прислонилась к ней спиной.
Вот он. Тот человек, с которым можно. Он умный. С юмором. Он восхищается мной. С ним не противно. С ним спокойно. Может быть, именно он будет моим парнем.
И если условие должно быть выполнено… пусть это будет с тем, кто мне действительно нравится.
Я улыбнулась своему отражению. Кажется, я всё делаю правильно.
Хотя где-то глубоко внутри всё равно жила тревога — слишком всё складывалось гладко.
Воскресенье я прожила так, будто внутри меня включили солнце.
Я проснулась рано — без будильника, без тяжести. Открыла окна, впустила весенний воздух и вдруг решила, что могу всё. Я вымыла полы, разобрала шкаф, выбросила старые бумаги. Сходила в магазин, купила свежие фрукты, — просто, потому что захотелось. Я ловила своё отражение в витринах и улыбалась. Мне казалось, что я изменилась — стала легче, красивее, увереннее.
В понедельник я шла на работу, как королева.
Я надела новое платье, распустила волосы. В офисе я действительно порхала — улыбалась, шутила, быстро отвечала на письма. Мне казалось, что все это чувствуют — мою энергию, мою внутреннюю силу. С Лёней, моим теперешним любовником, мы улыбались друг другу, встречаясь в коридоре.
До самого вечера.
Под конец рабочего дня меня вызвал заместитель директора.
Он даже не предложил сесть. Сразу начал — холодным, металлическим голосом. Документы собраны неправильно. Ошибка в формулировке. Это «чуть не привело к срыву сделки». Он говорил громко, резко, как будто я совершила преступление.
Я пыталась возразить, объяснить, но он перебил:
— Работать — это тебе не с Беловым трахаться.
У меня будто кровь отхлынула от лица. Я смотрела на него и не понимала. Откуда? Как?
Он усмехнулся.
— Лёня ещё сегодня утром рассказал, что трахнул тебя на выходных. Мы всё гадали кто первый раздвинет тебе ноги. Но не думали, что это будет Лёнька. Однако наш пострел везде поспел. А что он рассказывал! Ты, оказывается, горячая штучка. Он говорит, так стонала в постели. И даже в задницу себе вставить дала. Молодец!
Я вскрикнула и закрыла рот рукой. Реальность обрушилась на меня во всей своей ужасающей полноте. Я была предана и публично опозорена. А я-то считала, что нашла своего принца!
— Не рассчитывай, что где-то будет по-другому, — продолжал он. — В другую фирму тебе надо ещё суметь устроиться. А здесь ты пока на испытательном сроке. Скажу одно слово и тебя здесь больше нет. Так что… — он встал и подошёл ко мне, глядя прямо в глаза. Мы были одного роста и подошёл он вплотную.
— Так что, что? — переспросила я, испытывая острое желание залепить ему пощёчину.
— Так что соси, — проговорил он с подленькой улыбкой.
Он положил руки мне на плечи и надавил на них. Не в силах сопротивляться его силе, я встала на колени. Можно было, конечно, вывернуться, убежать. Но это означало мгновенное увольнение. А ещё… то, что я только что услышало просто лишило меня воли к сопротивлению. В этот момент мне казалось, что сейчас весь мир против меня и спасения просто нет. А раз так, куда сбежишь?
А он тем временем, расстегнул штаны и вытащил уже почти эрегированный член. Я непроизвольно подалась назад, но он ухватил меня за затылок и притянул к своей ширинке.
— Соси, быстро, — повторил он и в его голосе прозвучала нескрываемая угроза.
Его член хлопнул меня по губам раз, и два.
— Открывай рот, — приказал он.
И я открыла. Его противно пахнущий член тут же проник внутрь и начал двигаться в нём, проникая всё глубже. А я… Я машинально обхватила его губами и принялась сосать.
— Вот так, хорошая девочка, - услышала я над собой его голос.
Он насаживал мою голову на свой член, а я давилась от отвращения, но старательно сосала, лишь бы не рассердить его, лишь бы он поскорее кончил, чтобы это наконец закончилось.
Не знаю сколько это длилось, но вот он замер и в рот мне ударила противная липкая жидкость. Он извлёк свой член из моего рта, застегнулся и похлопал меня по щеке.
— Вот так. Прояви гибкость и всё будет в порядке. Свободна, Инна.
Не в силах поднять глаза, я сглотнула всё что было у меня во рту, поднялась с колен и бросилась из кабинета, давясь от отвращения.
Добежав до туалета, я тут же принялась полоскать рот, а когда взглянула в зеркало с ужасом обнаружила, что на краю рта у меня запеклась тонкая струйка спермы. Если кто-то её заметил, когда я летела из кабинета зама в туалет… Катастрофа!
Домой я шла, не разбирая дороги. Слёзы текли сами по себе. В магазине я автоматически взяла бутылку красного вина. Дома я набрала ванну. Горячая вода обожгла кожу, но я не отстранилась. Я лежала, пила вино прямо из горла и плакала.
Победительница, блин! Думала, что нашла своего рыцаря. Иду покорять мир, разбивать сердца. А меня использовали. Поимели во все три дырки. Со мной не занимались любовью и даже не переспали. Мне раздвинули ноги, вставили в зад и кончили в рот. Я теперь ещё одна строчка в донжуанских списках двух подонков. И они будут рассказывать дружкам на мальчишниках под пиво, один, как развёл меня на секс и вставил мне в зад, второй как заставил отсосать прямо в его кабинете, не отходя от рабочего места. Сволочи!
И вдруг до меня дошло. Тоже чувствовали себя женщины, которых он бросал раньше.
Те, о которых он рассказывал с усмешкой. Те, над которыми я когда-то, может быть, даже внутренне чувствовала превосходство. Теперь я знала. Это чувство — когда тебя не видят человеком. Когда твои эмоции — ничто. Когда твоё тело — инструмент.
Вода в ванной остывала. А вместе с ней остывал мой гнев, уступая место пустоте и безысходности.
