Поняв всю тщетность дальнейшего внутреннего диалога с собой, ощутив усталость и эмоциональное истощение, Вера несильно хлопнула себя ладошками по лицу, завела двигатель своего автомобиля и направилась на выезд.
Несмотря на то, что время подходило к восьми вечера, в офисе оставалось немало людей. В своем кабинете продолжала находиться Интегра, тщетно пытаясь приступить к различным мелким задачкам, которые сама перед собой ставила. Небольшие мелкие дела, на которые не находила времени днём, которые требовали тишины, покоя и размеренных раздумий и, как следствие, сосредоточения, которое редко посещало Интегру вечером после окончания рабочего дня. На мониторе её ноутбука, который стоял на столе перед ней, открыт длинный список, который периодически пополнялся Интегрой, гораздо быстрее, чем из него вычеркивались задачки. Взгляд Интегры пробегался по нему, выцепляя, как ей казалось, важные и неотложные, в которые она тут же пыталась вникать, но, буквально через минуту, её внимание сбивалось и переключалось на что-то иное, она замечала это отвлечение не сразу, чуть хмурилась, понимая, что отвлеклась. Иногда она вставала со стула и ходила по своему кабинету, пытаясь сосредоточиться, настроить свои мысли на необходимые ей размышления. Спустя несколько часов таких попыток, она сдалась, сидя расслабленно на стуле взглянула на часы, которые показывали девять вечера, чуть стиснула зубы, встала, подошла к дивану, где лежала её маленькая сумочка, подхватила ловко её за лямку и направилась домой.
Ива же наоборот, в этот вечер была в ударе, она допоздна осталась в своём кабинете, выполняя срочное поручение от Руани. Она даже не смотрела на часы, работа поглотила её, заставив просидеть за ней до одиннадцати вечера.
В офисе агентства размещались несколько больших переговорных комнат, которые часто использовались просто как комнаты отдыха, где можно посидеть в тишине, сделать телефонный звонок, не желая быть услышанным, или просто провести с кем-то приватную беседу. В таких комнатах стоял большой длинный стол, по бокам которого располагалось с десяток стульев, вдоль одной из стен, как правило, стоял большой диван. Ещё в стороне находился шкаф с различными бумажками и канцелярскими принадлежностями, которые могли понадобиться для бурной дискуссии.
В одной из таких комнат на диване расслабленно сидела Клара Лилич, которую тут называли Лиля, глаза её плавно бегали по потолку, огибая яркие флуоресцентные лампы, а руки были словно разбросаны в стороны. Лиля работа в агентстве единственным бухгалтером. Тридцатичетырёхлетняя Лиля имела чуть полное тело, которое, при этом, могло похвастать вполне притягательными мужскому взгляду фигуристыми изгибами, чему, во многом, содействовали уверенно выделяющиеся талия и пышная грудь, светлые, чуть желтоватые короткие волосы, которые сейчас достаточно беспорядочно, из-за развалившейся под вечер укладки, собраны в кучу и закреплены заколкой на голове, на глазах очки с тонкой металлической оправой. Дверь открылась и в переговорной показался Николай Буровин. В руках он держал два стакана с кофе, которые принёс из столовой. Он робко прикрыл за собой дверь и прошёл к Лиле. Она убрала руку, чтобы он смог сесть к ней рядом на диван. Буровин работал вторым штатным оператором, наряду с Ломаром. Буровин обожал Лилю, считая её эталонном женщины, в чём открыто не мог признаться. Лиля же любила вечерние праздные разговоры ни о чём со своими коллегами. Она могла долго говорить на разные темы, жаловаться, делиться своими мыслями и слушать других. У неё не было мнения и понимая всех тем, на которые она такими вечерами вела разговоры, но быстро и непринуждённо она формировала его и тут же вдавалась в рассуждения, прибегая к любым своим знаниям, которые хоть как-то помогали ей вести разговор на тему. В темах же, которые её волновали, ей было особенно важно высказать своё мнение, высказав его, ей становилось легче, словно от этого, мир чуточку менялся в ту сторону, в которую хотела изменить его Лиля.
- Ой, спасибо Ник, - она словно удивилась ухаживанию Николая, взяв из его руки стакан с кофе, хотя, разумеется, знала, куда он отходил из переговорной.
- Да всегда пожалуйста, - с улыбкой ответил Ник.
- Новенький у нас тут появился, - начал Ник, после некоторой паузы.
- Да, знаю. Не видел его ещё?
- Да как-то проходил мимо.
- Так редко у нас кто-то появляется, что это сразу становится каким-то событием. Хотя, казалось бы, что в этом такого странного. Девочки тут из маркетинга, тоже обсуждали это. Сергей его, вроде как, зовут.
- Не знаю… - протянул Ник и откинулся на спинку дивана. – Не успел ещё познакомиться с ним.
- Это расширение отдела, получается? Может, ещё какие-то новые вакансии появятся. Зачем, интересно, его взяли, у дизайнеров и монтажёров много работы? – непринужденно рассуждала Лиля.
- Да он вроде как стажёр. Ты же понимаешь, что Госпожа Руани никого не берет сюда случайно. На то был какой-то смысл.
- Думаешь, это не просто расширение штата, а какой-то её особый план? – спросила Лиля, хотя и сама прекрасно понимала, что никогда в агентстве не появится случайный человек. И Ник понимал это, но цель их беседы была не в том, чтобы найти ответ на вопрос, а просто провести время в приятной и ни к чему не обязывающей болтовне.
- Скорее всего. Госпожа Руани особенно подходит к подбору сотрудников.
Лиля просто улыбнулась и отхлебнула горячий кофе. Их разговор длился несколько часов. Ник то и дело подкидывал новые темы для обсуждения, так уж ему не хотелось заканчивать время, проводимое с Лилей.
Утро следующего дня для Руани, Интегры, Рауля и Веры началось с совещания в кабинете Виктории. Подчиненные Виктории расселись за переговорным столом, который торцом упирался в её рабочий стол. Рауль пришёл последним, он проворно закрыл дверь кабинета и подскочил к противоположной стороне стола от Веры и сел напротив неё. Вера выглядела немного растерянно, её взгляд был направлен куда-то в стол.
- Рауль, ты как всегда, - дежурно сказала Руани, без особого заострения внимания на его опоздание.
Рауль широко улыбнулся, не размыкая губ, и глянул на Викторию, после чего кратко и тихо добавил, бегло проведя глазами по Вере и Интегре:
- Простите, коллеги…
- Так, давайте проговорим о ситуации с кофейней «Южный порт», - тут же оборвала Рауля Виктория.
Виктория стояла на ногах, за своим рабочим столом. Она часто так проводила совещания. Стоять на ногах, иногда похаживая взад и вперед, помогало ей вести рабочие диалоги и излагать свои мысли. Двухсекундной паузы от Виктории хватило, чтобы Рауль тут же взял слово.
- А ситуация простая, я провёл с ними переговоры…
- Рауль! – хлёстко сказала Руани и посмотрела на мужчину. Чего было достаточно, чтобы он прервал начатую мысль.
- Вер, начни, пожалуйста, - чуть мягче обратилась Руани к Ковальской. Руани тонко чувствовала ситуацию, понимая, что Раулю нельзя давать спуску и старалась, когда могла, предоставлять право высказаться девушкам. Особенно, таким как Вера, которая остро воспринимала попытки мужчин влезть на первый план. Но Руани не смогла понять сегодняшнего состояния Веры, она, безусловно, заметила это, и не найдя объяснения, связала это с ситуацией о излишней инициативе в переговорах Рауля с заказчиками.
В кабинете воцарилась недолгая пауза, Вере потребовалось чуть времени, чтобы собраться с мыслями.
- Рауль заключил с кофейней «Южный порт» контракт на рекламу, не обсудив со мной все детали и условия. Я говорила ему, на что обратить внимание, говорила ему и про сроки, в которые мы готовы будем предоставить конечный результат. И вчера я узнаю, что мы уже заключили… - тут речь Веры на пару секунд прервалась. Она вдруг куда-то потеряла ту уверенность, с которой начала озвучивать свою мысль. Руани чуть нахмурила одну бровь, уперевшись взглядом в Ковальскую. Та сделала глубокий вдох, затем продолжила.
- Заключили договор на рекламу, не согласовав его со мной. И мало того, сроки, указанные в договоре… в общем, они слишком короткие, у нас огромные риски не уложиться в них. Но сроки, это ещё пол беды, условия, которые есть в договоре… в общем, они едва ли выполнимы. По крайней мере, за тот бюджет, который обговаривается в нашем соглашении. Я полагаю, что нам надо совместно обсудить проблемы и риски договора и понять, как мы сможем нивелировать их.
Вторую часть фразы Вера говорила довольно медленно и вдумчиво. Тон её голоса звучал на полтона ниже обычного. Все заметили это. Но мало, кто придал этому значения. Мало ли что могло произойти, к тому же, она явно раздосадовалась складывающейся ситуацией, а это вполне могло сказаться на её тоне повествования. Но никто из присутствующих особо не вдавался в воспоминания и сравнительный анализ поведения Веры Ковальской, как она справлялась ранее с подобными ситуациями. Никто, кроме Руани. Она была несколько озадачена этим. Руани всегда испытывала потребность точно чувствовать настроения коллектива и каждого сотрудника агентства.
- Рауль, можешь прокомментировать? – спокойно и уверенно произнесла Виктория после того, как Вера закончила.
- Ну коллеги, давайте для начала вспомним в каком режиме у нас происходила коммуникация с «Южным портом». – начал Руаль, сложив пальцы рук в замок и уложив свои руки на стол, взглядом обвел сидевших напротив него девушек, чуть замедлив его на Интегре. – у нас сжатые сроки по двум другим проектам, в подвешенном состоянии третий проект… Вера, которая загружена работой и не смогла со мной поехать на встречу с ними в их офис. В итоге, я был один. Затем, разослал на всех драфт договора, с просьбой подтвердить в течение двух дней. Не получив ответа, я обратился к Вам, Госпожа Руани, чтобы получить согласие на дальнейший диалог с ними. И… получил его. Я понимаю, что Вы могли не особо вникнуть в детали… Но вы поймите, они – хороший клиент. Этот договор по прибыли выйдет больше двух наших текущих проектов.
