Все: Порно рассказы

«Еще пара минут, и вы одни. Юбка взлетает вверх. Шелковая имитация нижнего белья не может стать препятствием для настойчивых рук. В зеркале напротив, ты видишь слегка раскрасневшееся лицо, с приоткрытыми губами и манящим зеленым взглядом. Ее ноги раздвинуты, спина изогнута и ей приходится кусать свою руку, чтобы приглушить рвущийся из груди стон...»

«Я лежу голенькая и жду возвращения моей любовницы... и тут появляется она с огромным (как мне тогда казалось) членом, от неожиданности я ахнула... Сашка пока отложила "свое" орудие и занялась мной. Она легла сбоку и начала массировать мои возбужденные соски, язычком лизала их, погружала в рот, засасывала, потом начала продвигаться к моей уже намокшей киске. Ноги сами собой раздвигались, я хотела ее...»

«Хеймиш расстегнул застежку на поясе, потом развязал шнурок, удерживающий нижние юбки. Когда он стягивал их, Джеханна приподняла бедра. Панталон она не носила, так что осталась, в чем мать родила. Ей бы, конечно, хотелось предстать перед молодым человеком красавицей. Но живот у нее отвисал, форма бедер тоже оставляла желать лучшего, однако Хеймиш и так смотрел на нее во все глаза.»

«Джози достала вибратор, который купила по рекомендации Энн Саммерс, вновь легла на кровать. Вибратор был еще одной импульсивной покупкой. Она им еще ни разу не пользовалась. Джози пригляделась к инструменту. Прозрачный, розовый, ближе к концу пластиковый шар, наполненный круглыми бусинками.»

«Он был неопытен и тороплив, но я поняла это уже после. А тогда все, что он делал, было мне по душе, я думала только о том, как хорошо мне в объятиях этого хрупкого мальчика, и, отдавшись ему, почувствовала легкую радость...»

«Подумать только, подумал я, такая утонченная красавица, а ссыт как кобыла. Ира, похоже долго терпела и теперь получала сильный кайф, тихонько постанывая от наслаждения. Но вот струя иссякла, и я подумал, что концерт окончен. Но нет! Посидев неподвижно пару секунд, девушка отпустила одной рукой бачок и протянула руку к своей попе! Я не верил своим глазам: эти тонкие пальчики нежно оттянули пухлую ягодицу и раздался громкий хлопок выходящих газов. Не меняя позы, Ирина пернула еще два раза не менее громко. Заурчав от удовольствия, девушка снова схватилась за бачок обеими руками и начала тужиться. И пары секунд не прошло, как ее анус начал раскрываться, выпуская сначала довольно твердую коричневую колбаску, а затем целую массу полужидкого стула, причем запах почти сразу дошел даже до меня. Пернув в последний раз, Ирина слезла с унитаза, и, зажав нос, нагнулась и внимательно рассмотрела свое "произведение". Затем она спустила воду и подтерлась несколькими полосками туалетной бумаги, которые снова смыла водой из бачка.»

«Таракан убежал, обгрызанный детородный орган Рода стоял торчком. Неестественного, лилового цвета. Род тоже выглядел не очень. Кожа посерела, черные пятна появились на шее, под мышками, на руках, лодыжках, под коленями, в паху.»

«Не останавливаясь я продолжал жадно лизать уже горячие стены и медленно подниматься снизу вверх по граничной кромке пещеры. С каждым шагом колебания усиливались, а соки становились все вкуснее и вкуснее. Их соленость не давала мне напиться ими. Мне хотелось еще и еще. Вдруг я заметил у себя над головой небольшой, выступающий из пещеры, отросток. Как я его сразу не заметил, когда спускался? На моих глазах он стал увеличиваться в размерах все больше и больше, показываясь уже практически весь над своеобразным капюшоном, который его уберегая от мои глаз. Я подобрался к нему плотную. Он был абсолютно гладкий и пах так заманчиво, что я не удержался и решил попробовать его на вкус. Но едва я прикоснулся к нему кончиком своего язычка, земля, словно испытав подземный толчок, вдруг подпрыгнула и резко опустилась вниз. Я не смог удержаться и сорвался...»

«Делать нечего беру в рот начинаю сосать. Тут х.. его увеличивается в размерах Шеф поднимает меня и загибает раком. Рывком срывает дорогие трусики и вставляет мне в п..ду свой член.»

«Я не хочу.. Не хочу терять тебя. Мое сердце очень долгот молчало. Очень. Ты не представляешь, как бывает одиноко. Грустно, неуютно. Как бывает тяжело, когда не можешь полюбить. Может быть, это последнее откровенное чувство в моей жизни, может и нет. Не знаю. Мне хреново!!!! Нет, не от того, что тебя нет рядом . Я не знаю, почему.»

«Под теплой и слегка колючей струей воды она начала лизать, сосать и удивительно мягко заглатывать мой купающийся с открытой залупой член. И вдруг быстро поднявшись, притянула меня к себе, взяла в руки мой уставший, но готовый к бою член, и быстро направила его в свою горячую каморку. Так под нежным теплым "измайловским" дождем, стоя в ванне, покачиваясь в такт каплям падающей воды, мы повторили еще несколько билетов.»

«О дивный способ пообщаться со всем миром,»

«Я страшно возбудилась от всего этого обряда и потекла, поэтому хуй Свистуния входил как по маслу. Через минуты три он кончил и я вместе с ним. Свистуний обкончал мне всю пизденку так что малофья свободно вытекала из нее. Потом Свистуний зачем-то вставил мне в пизду свисток.»

«Поднял на руки свое сокровище, положил на диван и навис над ней. Она молча приняла его ласку, послушно раздвинула ноги и подалась чуть вперед, ухватывая влажными губами его напряженный член. Он вошел в нее нежно, заставив ощутить приятную негу по всему телу. Давно забытое ощущение мужчины в себе заставило ее прогнуться и тихо застонать. Она закрыла глаза и блаженно выдохнула. Он теребил соски напрягшихся грудей, целовал, покусывал стройную шею и, двигая взад - вперед упругими ягодицами, входя в нее все глубже, наслаждался близостью с обретенным идеалом. Она млела от удовольствия, тихо стонала. Наконец, волна наслаждения захлестнула все ее существо, сбросив все приличия и сдержанность. Она взвыла, застонала, затряслась в конвульсии оргазма, потеряв связь с реальностью, утонув во мраке блаженства. Постепенно приходя в себя, она почувствовала нежные прикосновения шершавых ладоней, влажные благодарные поцелуи своего молодого любовника и, улыбнувшись, сладко заснула.»

«М-да, положеньице было не из приятных. Диме я как-нибудь всё объясню, но вот Толик: Какими глазами он смотрел на нас! А тут ещё я заметил, что трусики у Димы всё ещё спущены, да так, что головка и добрая половина напрягшегося члена представлены всем на обозрение.»

«Он почувствовал тёплые ручейки, это была её кровь, которая сочилась из влагалища, и кровь с его ладони. Он умудрился порезать ладонь о лезвие. Смешанная кровь спадала на её ноги, и тоненькими струйками стекала вниз по стройным ножкам, по её бархотно-золотистой коже. В низу, на ковре, образовалось маленькая алая лужа.»

«Ее ротик по моей просьбе заглатывает мой член, как будто нечто теплое и упругое однимает мою плоть. Я с интересом слежу за ее действиями полагаясь на ее опыт, который на самом деле отсутствует, его заменяет новизна ощущений.»

«О да! вот и тот долгожданный миг их единства. В этот момент они слились не только телами, но и их пронзительными криками. Ее лоно обожгла живительная влага его плоти, медленно стекавшая по стенкам обжигая еще больше и сильнее придавая тем самым ее блаженство продолжительным и неповторимым. Он не спешил покидать ее пылающее лоно, не смотря на весь огонь который обжигал его плоть, он знал что ей это доставляет неописуемое удовольствие и он оставался в ней пока у них еще были те последние силы их страсти. Тела получали тепло блаженства, которое растекалось все сильнее и сильнее, передаваясь друг другу не только физически, но и духовно. Наконец настал тот момент, когда силы были на исходе и желание оставалось лишь одно объятья, ласка и нежность. Он развернул ее к себе лицом, что бы подарить тот поцелуй, которого она хотела и желала в самом начале. Желая именно сейчас вкусить вкус ее медовых губ и заглянуть в ее бездонные глаза, но обнаружил - закрытые глаза и Слезы. Это ввело его в смятение, не было в нем понимания и объяснения ее Слезам.»

«Тебе не бывает одиноко рядом с любимым человеком? Ты безумно любишь, но тебе чего-то не хватает. Чего-то, что ты не хочешь произносить вслух. Хочешь я скажу это за тебя? БЕЗУМСТВА. Вот, что иногда так тяготит твою душу. Ты знаешь, что будут завтра. Ты знаешь, чего хочешь. Ты знаешь, что сказать, сделать... Ты это знаешь... А порой так хочется нового, необычайно острого!»

«Восхищение этой божественной женщиной, так тонко чувствующей все происходящее в нем, было безграничным. Сейчас он отдал бы жизнь за обладание ею. Да что обладание?! За одно только право беспрепятственно целовать ее стопы, полными легкими вдыхая в себя дурманящую смесь запахов ее духов, кожи ее сапог, и ее только что разутых ног, он, не сомневаясь, отдал бы всю прежнюю жизнь, а ведь были и в ней моменты...»

«Забыли, где мы. Время кончать. Она благодарно склоняет голову, он провожает её в туалет - соблюдение ритуала превыше всего: утопление абсолютно невинного презерватива и создание имитации бурной деятельности по наведению чистоты и красоты. - Всё? - Да, всё. Александр недоуменно таращится сонными глазами на брюки, которые и не думали покидать бедер хозяина. - Минет, легкий минет. Два раза - рапортует "младший лейтенант" Вадим . - А, понятно! Ну Ты их выведи, Вику домой гони, давай спать. - Есть. Девочки словно ждали команды, обулись и вышли. Заговорщицкое перемигивание недавних партнеров по танцу. Он этажом выше, достает бумажник - последние $10. -Тань, подожди. Возьми - Тебе. Без слов бумажка исчезает в сумочке. Выходим. Московское летнее, светлое, остро-пахнущее утро, ярко-ослепительные зеленые листья, трава, уже душно. - Дай мне свой телефон, созвонимся? - Врать не буду, звонить тоже не буду. - Возьми мой, найдешь, когда надо будет. - Давай. Семь цифр в мгновение появляются на кочке: "Звони!" - Всего доброго и доброго утра всем Вам! - Пока! Пытаюсь добудиться до уже мучающейся в который раз от угрызений совести и похмелья Вики, под руку веду её домой. Скомканная бумажка с аккуратным девичьим почерком остается лежать у колес джипа.»

«Когда кончит в первый раз она судорожно сожмёт меня, но мне надо. Я хочу кончить и поэтому я не останавливаюсь, а ебу её с двойным усердием, чувствуя как членом я упираюсь в её шейку матки. Восторг! А Ленка бьётся подо мной в очередном оргазме и умоляет: "ХВА-А-А-А-ТИТ!!!!". Я выхожу из неё, она сводит ноги (типа не дам), переворачивается на живот и утыкается в подушку. Я дую ей на спину легко-легко, и тело судорожно вздрагивает, ещё раз и она содрогается и тресётся вся... Шлёпаю по полужопице, говорю: "Давай", Она мычит, скрещивает ноги и где-то далеко её мысли, если они вообще есть. Я с огромным остервенением бью ей по булке, рывком ставлю на угол заряжания и слышу как эта сучка шепчет: "Давай, быстро...".Это не в том плане, что заканчивай быстрее, а работай мальчик в темпе. Не буду врать но однажды обдолбившись темой я ебал её шесть часов и не кончил. Заставил дрочить. В моей мерзкой душе текли оргазменные реки, когда она, изъёбаная, разъёбаная, плакала, умоляя меня освободить её от этого занятия, а я сжимал до слёз её булку и орал: "Быстрее, дрочилка".»

«От этих мыслей между ногами у неё опять потекло, что никак не подходило ни к месту, ни к обстановке. Поэтому ограничившись тем, что как-бы нечаянно дотронувшись до словно зовущих губ статуи пальчиком и проведя им потом по своей горячей мокрой пизденке, она решила, что во всем виновато вино и пошла в ванную.»

«Ты боишься. Боишься этого чувства снова. Ты не веришь мне. Когда-то давно один мудрец сказал: " Чувства не лгут- обманывает суждение". Может тебе стоит заглянуть к себе в сердце? Окинуть взглядом каждый уголок, побродить в каждом, скрытом от окружающих лабиринте. Легче тебе не станет, наверное. Скорее всего, нахлынут воспоминания. Грустные и приятные, ласковые и страстные, сковывающие и наоборот, заставляющие расслабиться. Все это будет. Помоги себе, попробуй жить сегодняшним днем. Пусть твои прекрасные ноги не сворачивают на старые тропинки. Плииз, не примеряй на меня старую одежку бывших подруг. Все мы разные. Нельзя судить одинаково. Ты веришь мне? Да? Нет? Доверяешь? Вряд ли.»

«Затем он принялся пороть Ленкину задницу. Экзекуция продолжалась несколько минут. Ленка громко визжала, но никто её не слышал. На заднице оставались следы от пряжки, брызнула кровь и он остановился, затем ввел в неё член, практически сразу кончил и сел снова курить. Ленка перестала орать, а только всхлипывала. Накурившись Володя снова стал её трахать, но на этот раз у него не получилось выдавить ни капли спермы. Тогда он развязал Лену, она сразу убежала в другую комнату и закрылась на крючок.»

«Я начал трахать её на полную катушку, энергично двигая ягодицами, так что мошонка довольно ощутимо билась о её анус. Она в ответ очень умело подмахивала мне бёдрами, и буквально истекала влагалищной жидкостью, которая как смазка покрывала не только мой член и мошонку, но и внутреннею поверхность бёдер. Я не мог больше сдерживаться, и меня начало забирать перед извержением семени. Быстро выйдя из неё, я поднёс член к её лицу, она немедленно схватила его одной рукой и взяла в рот головку, плотно охватив её губами. Другой рукой она начала мастурбировать своим клитором, продолжая получать оргазм, за оргазмом.»

«Ложись! Крикнула Вика. Я спокойно лег на песок и взял свой член в руки; он стоял вертикально, готовый выстрелить в любой момент. Вика села на корточки над моим членом и стала дотрагиваться до него своими волосиками. Это очень возбуждало меня и мой член побагровел настолько, что стал цветом как слива. Вика медленно опустилась и села на моего петуха. Я чувствовал, как пульсировала ее киска, и это чувство передавалось всему моему телу. Она распрямилась и начала осторожно подпрыгивать на мне. Я обнял ее талию и повел на себя; она поддалась и опустилась ко мне на грудь. Ее крупные сиськи терлись об мою грудь, ее губы ласкали мой лоб. Я осторожно обхватил ее попку и стал раздвигать ягодицы. Она была на пределе; ее соки стекали по моему члену и растекались по животу. Вика усиленно задвигала ягодицами и закричала. Кончив, она с меня слезла, и я увидел замечательсную картину: все девушки были почти голыми и самодовольно мастурбировали; по их ляжкам стекали струйки слизи. Ко мне подошла одна из девушек и села ко мне на грудь, ее вагина находилась около моего рта.»

«Брюки Дженни были мокрые почти до колен, поэтому она спереди держала в руках свою куртку, а сзади шёл я, чтобы никто не заметил её мокрых брюк. Мы пошли к женскому туалету, но там была большая очередь. Дженни шла мелкими шагами и второй рукой сжимала себя между ног под курткой. Она взволнованно посмотрела на очередь, и почти сразу же не удержала ещё одну маленькую струйку. Я быстро схватил её за руку и повёл к кустам позади школы. По дороге она не удержала ещё несколько струек и постоянно постанывала. Наконец, мы зашли за кустики, и Дженни, еле успев стащить брюки до колен, выпустила сильную струю. Но через секунду ей удалось остановиться, и девочка, переступая с ноги на ногу, как будто она стояла на раскалённых углях, одним движение стащила вниз трусики, после чего со стоном присела на корточки и выпустила настоящий поток, который с шипением пенился на асфальте. В этот момент я ради приличия повернулся к ней боком, но всё ещё продолжал подглядывать. Когда Дженни закончила писить, она встала, и я увидел, что на асфальте была лужа около трёх метров в диаметре.»

«Три девицы, взяв вина,»

«Теплая приятная волна быстро разлилась по его телу, наполняя каждую клеточку жизненной силой. Прямо в одежде он зашел в ванную, поднял Свету на руки и, едва сдерживая вновь возникшую страсть, занес в зал. Та, как бы очнувшись от волшебного сна, руками обвила его шею и припала к губам. Мир для обоих залился яркими красками. Не в силах сдерживать себя, он осторожно опустил ее на ковер и стал целовать безупречно гладкие загорелые ноги, поднимаясь, все выше и выше. Светлана, задыхаясь от захватившей истомы, широко раздвинула бедра, дав Эдуарду свободу и, ко-гда его губы коснулись до предела набухших губ, с громким криком обвила его спину ногами и, с силой прижала к себе. Новое неизведанное чувство снежным комом обрушилось на нее, вытеснив остатки чуть заметного разума. Время замедлилось в тысячи раз или остановилось совсем. Больше она не стонала, она просто кричала. И только с рассветом время начало ход. Так впервые Эдуард ис-пытал на себе адское действие заморского зелья.»