Инцест: Порно рассказы

Случайный переезд тещи оборачивается для зятя цепочкой комичных и провокационных ситуаций в дороге. Сложности транспортировки, теснота салона и неожиданные остановки создают напряженную атмосферу в машине, где каждая мелочь обостряет нервную обстановку между пассажирами.

Мама пришла к нему за помощью. Гипноз раскрыл то, что годами пряталось в глубине её души — тёмные фантазии, запретные мысли и потребность быть желанной.

Что остается, когда дети перестают быть детьми? Только холод в груди и правила новой, опасной игры. Он — отец, цепляющийся за призрак юной дочери. Она — восемнадцатилетняя девушка, которая видит его слабость насквозь. Она переступает грань, чтобы доказать свою власть. Он позволяет ей, потому что боится пустоты...

Отец был свидетелем самого главного события в жизни дочери. И самым страшным её кошмаром. Саша — отец, который любит свою дочь Машу слишком сложно, слишком мучительно. Его ревность к молодому красавцу Диме перерастает в навязчивую идею. Чтобы не потерять дочь окончательно, он решает стать тайным наблюдателем её пробуждения. Но то, что он увидит, навсегда разорвёт его на две части: любящего отца и соучастника чужой страсти...

Случившийся со мной конфуз в бассейне, дал ещё один довольно неплохой и познавательный результат.

Женщина уже больше не может терпеть эти издевательства и боль. Она в рабстве у своего сурового господина. Он ей приходится, кстати, сыном.

Господин состоит в клубе, куда приходят другие Хозяева и приводят своих рабов. Приятно пообщаться и потрахаться в атмосфере понимающих тебя людей.

Если бы не эта амнезия, то старуху бы не пришлось заново приучать к обязанностям раба. Что ж, придется ей снова пройти все эти круги ада.

Подвал стал для нашей героини настоящей преисподней. Палач выжал все соки из пожилой женщины, пока ее родной сын наслаждался наблюдая за этим действом.

Парень - герой войны. Оказывается, у него есть еще одна неоспоримая льгота - многие хотят от него ребенка.

Мать лишает девственности скромного сына с влагалищем.

Парень приезжает к младшей сестре своей матери в деревню где помогает ей по хозяйству. А именно обучает ее молодого мужа обращению с техникой.

История шестидесятипятилетней женщины, работающей в элитном клубе и ее неожиданных сексуальных отношений с собственным внуком Егором.

После тотального краха Алексей — уже не человек, а зависшая программа в петле ошибки. Он заперт в дешевой комнате на окраине мира, и его единственные спутники — панические атаки и алкоголь. И тогда приходит она.

В мире позолоты и строгих правил, где тишина звенит громче любого крика, разворачивается трагедия превращения девочки в женщину. Маша, восемнадцатилетняя дочь, всю жизнь бывшая хрустальной фигуркой под стеклянным колпаком отцовской "заботы", в день совершеннолетия получает особый подарок — новый облик, созданный руками самого отца. Через боль, стыд и извращённую ласку она проходит путь от сопротивления к принятию, от детской невинности к взрослой покорности.

Пара за вознаграждения выполняет задания в новом приложении

Что только не побывало в заднице нашей героини. Предметы разнообразных форм и размеров растерзали ее анус до неузнаваемости. Скажем спасибо за все ее сыну.

«Ночью Нир не спал. Ему было не до сна. Он стал догадываться, где его брат. Нир плакал... он хотел наказать брата. Но как, ведь он ничего не мог. Хотя... он подумал, что мог бы заставить брата понять свои ошибки и мучаться, если бы навредил себе. Нир нашел острый нож и в отчаянии разрезал руку около вены. Кровь, боль... Он упал на кровать. Рана кровоточила, но не сильно. Отчаяние притупляло боль, и наступил спасительный обморок. Мар нашел брата утром. Нира, конечно, спасли...»

Героя рассказа неплохо повысили. Это произошло так неожиданно, что ему срочно потребовалась помощь сестры. Она умело сняла своим ртом напряжение и расслабила родственника.

ЖМЖ становится для Вовчика нормой секса. Сначала продолжается роман с сестрой и её подружкой, а затем сбывается его главная мечта - он устраивает оргию с сестрой и матерью

Над пытками пожилой рабыни трудиться целая бригада мастеров своего дела. В их распоряжении отличная инфраструктура, множество хитрых инструментов и приспособлений!

Одна пьяная посиделка, нелепый спор и ставка, о которой хочется забыть. Двадцать тысяч на кону и условие, от которого кровь стынет в жилах — соблазнить собственную мать. Теперь Костя с ужасом ждёт разоблачения и позора. Но у него есть робкая и безумная надежда на то, что мама, всегда его поддерживавшая, не оставит его и на этот раз. Ведь она умная, находчивая, она может всё… Даже придумать, как выиграть это безумное пари с помощью нескольких «постановочных» кадров. Разве мама не поможет любимому сыну выпутаться из такой щекотливой ситуации?

«Сэм помог Тине стянуть с себя одежду и остался совершенно голым со вздыбленным членом, Тина осталась в кружевном нижнем белье. Сэм положил Тину на софу и впился поцелуем в мягкие горячие губы, она не выпускала горячий член из своих рук, размазывая его обильную смазку по всему стволу. Сэм стал целовать её шею, касаться языком раковины ушей, опустился на грудь, лёгким касанием проводя языком по пышным грудям, покусывал набухшие сосочки через шёлк лифчика. Сэм с трудом вырвал свой член из нежных, но жадных рук Тины. Она чутко отзывалась на все поцелуи подрагиванием своего тела и легким томным стоном. Её руки обняли голову Сэма, слегка прижимая её к местам, особо чувствительным к поцелуям. Его язык и губы скатились на животик тонкой тёплой струйкой, и впился засосом в её пупок, водя языком вокруг и опускаясь ниже, стал целовать её лобочек через вуаль трусиков, касаясь влажных губок "киски". Она "замурлыкала" от удовольствия, подалась слегка вперёд и раздвинув, подняла ножки. Он целовал ножки, проводя языком по внутренним бёдрам, то поднимаясь к коленочкам, то опускаясь поцелуями между ног, запуская язычок под край трусиков. Сэм отодвинул рукой полоску тонкого шёлка, закрывающую тайные губки, соблазнительной и манящей "вульвочки", лобок был густо покрыт треугольником светлых волос, вокруг пещерки всё было чисто выбрито. Сэм нежными поцелуями касался лепестков половых губ, которые были набухшими и мягкими, все влажные от обильных соков, а запах её "киски" приводил в животный восторг. Сэм слегка коснулся набухшего клитора языком, потом взял его в рот, засасывая и целуя, проводил язычком по всей ложбинке почти до "шоколадного пятнышка". Одновременно, руки Сэма залезли под лифчик и нежно тискали пышные груди Тины, а пальцами перекатывал твёрдые шарики сосков.»

В советском союзе даже в то время были профессиональные минетчицы. Сосали они на отлично! И где только научились они таким приемчикам?

Страстная мамочка уже течет, но молодой сын спешит на помощь...

Продолжение истории из жизни необычной семьи французских аристократов. Или обычной? Для тех, кому полюбился этот сериал предлагаю следующую главу с небольшим инцестом.

Представление на сцене тайного театра продолжается... И вот уже Происходит рождение Новой Жрицы...

Одной щели в двери было достаточно, чтобы его мир треснул. Сёстры всегда были близки. Но в ту ночь, подслушав шёпот из спальни, Саша стал свидетелем новой, пугающей формы их близости. Чтобы выжечь тоску ревности, одна сестра предлагает другой не слова утешения, а язык и плоть. А он, затаив дыхание, наблюдает — и сам становится следующей мишенью в этой игре без правил...

«Он, спустив штаны, показал мне свое наследство - вполне внушительный писюн и приличные яички. Я, сделав вид, что мне это не интересно, отказалась оголить для него свою сюку. Петр в порыве возбуждения и злости повалил меня на кровать и стал лезть руками под длинную, до пола сорочку. Я заорала, - он испугался и, отойдя к окну, стал запихивать свой торчащий член в штаны, собираясь уйти.»

«Это было начало... нет смысла пересказывать всю свою интимную жизнь, но ты была ПЕРВОЙ в моей жизни кого я полюбила. Да что там... и сейчас люблю... Мы давно выросли, побывали замужем... дети, квартиры, работы-заботы... . но оставшись одна, за закрытыми дверями, я вспоминаю то самое время и те мгновения когда я впервые взяла тебя за грудь. Как я себя корила потом, что не потрогала твои ножки, холмик юношеский, девичьи губки... но... что сделано, то сделано. А что нет, то - нет...»