Гомосексуалы: Порно рассказы

Парень понимает что он гей, но всем разумом сопротивляется этому и не может смириться. Об этих тонких душевных переживаниях и расскажет вам эта история.

«Я начал касаться члена Витьки кончиком языка, потом свернул язык в трубочку и вставил член друга в этот своеобразный сосуд. Острый запах мужского естества ударял в нос. Витя стонал, он говорил всхлипывая:»

«Мы засобирались ложиться спать. Я, конечно, ожидал чего-нибудь с ним замутить, но на многое в принципе не рассчитывал. Он разделся и предстал перед мной в женских ажурных трусиках-танго и топике. Он кокетливо выгнулся и я отметил прелесть его ягодиц. От былой твердости мужчины не осталось и следа. А я даже не заметил, как резко в нем произошли перемены. Меня полностью отвлек его прекрасный зад (не накачанный, как у Димы, а именно девичья молодая попа), длинные красивые безволосые гладкие ноги, его осанка и взгляд. Чувственный, не скрывающий желания, взгляд. Я, обуреваемый желанием, привлек его в свои объятия. Он был очень нежен, нашептывал ласковые слова, он был девушкой в этот момент. Молоденькой глупенькой девушкой, которая хочет, чтоб ее пожалели, понежили. И я стал ее нежить. Я сам увлекся красотой ее спины, ягодиц, осанки, ног, по девчачьи узких бедер. Наверно именно такая со спины должна быть Лолита. Я мял руками ее еще только зреющую грудь. Я хотел ее.»

«Я не двинулся с места, стыд все еще удерживал меня от того, чего мне и самому давно хотелось сделать. Макс положил свою руку мне на затылок. - "Ты сам на это напросился" -с этими словами он прижал мое лицо к плавкам, я инстинктивно попытался отпрянуть назад, но Макс легко зажал мою голову у себя между бедер, плотно прижав мое лицо вверх к своим плавкам. От неожиданности я даже замер, давая ему возможность перехватить мои руки, которые он притянул к своим бокам. Лицом и губами прижатыми к его телу я ощущал его член и яйца, немного мускусный запах молодого парня. Я только делал вид, что пытаюсь вырваться, но Макс был настолько сильнее, что не чувствовал даже этих усилий. Он немного сильнее сжал свои бедра. - "Ты сам этого хотел! Теперь ты мои ноги будешь вылизывать". Он раздвинул бедра и освободил меня, продолжая держать одной рукой за шею. Он снова немного выставил ногу вперед. "Ну! Целуй, я сказал!".»

«Продолжая стимуляцию сзади второй рукой доктор взял за стоявший член и сказал что это нормальная реакция на происходящее, у 90% мужчин возникает эрекция при массаже предстательной железы. Я его не особенно слушал, потому что возникли ощущения как при мастурбации и я чувствовал что вот-вот кончу, за этим дело не стало и прозрачная жидкость потекла прямо на вовремя подставленное доктором стеклышко, хотя это был не полноценный оргазм. Так у меня взяли анализ. Задний проход с облегчением вытолкнул настойчивый палец, хирург снял перчатку и стал заполнять карточку, а я со все еще не опавшим членом сел ягодицами на прохладную кушетку. Открыв форточку и закурив в кабинете врач что то неторопливо писал в карточке, потом как бы невзначай констатировал, что у меня достаточно эластичный и податливый анус и спросил не балуюсь ли я с мальчиками в попку? Я в изумлении только и смог что покачать в головой в виде отрицания столь сомнительного занятия сексом. Потом удостоился вниманием мой половой орган и я услышал констатацию факта о его необычной форме, хотя в длину он и не превышал 16 см, но был достаточно толстым, а головка и подавно резко выделялась по толщине. На это я ответил, что особенно не приходилось видеть другие члены и я думал что у всех примерно одинаково это. Врач поднялся из за стола, подошел ко мне и со словами "вот и не угадал" распахнул халат и из под приспущенных белых брюк показался предмет его мужского достоинства, в полуэррогированном состоянии. Само происходящее было столь непрогнозируемым, что я молча уставился на его член, он был потоньше моего, но длиннее. Он нетерпеливо покачивался в опасной близости от моего лица, принимая все более полные очертания, и со словами "желаешь попробовать его на вкус?" одной рукой он приподнял головку повыше, а другой подтолкнул мою голову навстречу себе. Горячая плоть с непривычно нежной кожей уперлась в мои полураскрытые от удивления губы, легкий толчок и его плоть погрузилась в меня. Первая мысль была отшатнуться и освободиться от столь не уважаемого в мужском коллективе занятия, но потом какое то чувство любопытства и смирения взяло верх и я пропустил его чуть глубже в себя, обхватив губами уже ствол члена. Ожидания не оправдались и ощущения были достаточно приятными, вот уже член стал совершать легкие возвратно-поступательные движения между моих губ и рука с затылка исчезла, переместившись к яичкам. Доктор стал давать короткие рекомендации что мне делать, и вот с ощущением того, что стал вафлером, я стал сосать его член, а потто и массировать упругие яички Гиппократа. Движения его участились, сам он и его член напряглись, и вот что то потекло по моей гортани, я даже не успел понять что он кончил мне в рот. Вкуса особенно не чувствовалось, просто чуть вязкая жидкость переместилась из его тела в мое. Доктор немного подержал свой уже опадавший орган у меня за щекой и неторопливо вынул его, похлопав под конец головкой по губам. Я сидел уже довольно покорный, облизывая губы и стараясь на него не смотреть. Его же настроение явно улучшилось, с легким смехом он сострил "первый раз не пи. . рас", достал из под стола емкость со спиртом, и стал разводить его водой, на приглашение отметить это событие я согласился.»

«Далее игру продолжили уже в варианте минетном. И вот здесь я сплоховала, не отличила Хамида от Шамиля, и моим губкам и язычку пришлось слизывать с хамидова члена Галкины фекалии. Галку отодрал в рот Аслан.»

«Он никогда не был ни маньяком, ни садистом, просто похоть ударила в голову, и вид беззащитно подставленной попки так его возбудил, что дальнейшие свои действия он просто не контролировал.»

«К тому времени я уже раза четыре побывал в парилке, подустал и решил помыться. Намылил мочалку. Стою, гоняю её по телу, уделяя особое внимание "заветным" местам. После яиц перешёл на ноги. Нагнулся. Тру.»

Похоже супруг в этом семействе сосет даже лучше чем его жена. Во всяком случае соседи так утверждают.

Парень влюбился в парня. Когда он это осознал, конечно, сильно удивился, а теперь страдает из-за неразделенной любви.

«В следующий миг перед моим ртом оказался хуй главного инженера. Я начал сосать его - но это было нелегко, потому что дальше залупы мой рот не налезал. Вдруг справа я почувствовал Гаврилюка - он своим ртом отнял уменя хуй Равиля Аксентьевича и стал его сосать. Я стал губами вырывать его изо рта Гаврилюка. Мы стали сосать его с обеих сторон. Руками же я мял тугие, как футбольные мячи, ягодицы Равиля Аксентьевича и волосатые яйца. Движения стесняли брюки. Я расстегнул их и сбросил вниз. Гаврилюк с благодарностью впился мне в губы - мы целовались с ним взасос, а нам в уголки рта тыкалась залупа Равиля Аксентьевича. Между ягодицами у Равиля Аксентьевича было прекрасно! Шелковые длинныепряди волос свешивались из сердцевины, стоявший на ногах пытался размягчить ягодицы, чтобы мне было удобнее ласкать промежность, но тугие ягодицы не желали становиться мягкими.»

«Собственно, угрозы такого рода - "раком поставлю", "выебу", "подмывай очко"- в казарме звучали довольно часто, но ни разу еще ни один старослужащий, угрожающий таким образом "салабону"-"духу", в буквальном смысле ничего подобного не делал, то есть угрозы свои в буквальном смысле публично не осуществлял... а там - кто его знает! Подобные фразы просто так с языка не срываются - так говорят-угрожают либо те, кто уже имеет опыт однополого секса и хочет-мечтает его повторить, либо те, кто к такому сексу бессознательно стремится - о таком сексе думает-помышляет... другое дело, что в туалете никто - ни Баклан, ни Кох, ни Заяц, ни даже сам Архип, пообещавший Коху "по полной программе" - ничего о вербальном проявлении импульсов, вольно или невольно устремляемых на свой собственный пол, не знали, и потому угрозу, прозвучавшую из уст Архипа, можно было воспринять как фигуру речи, и не более того; а между тем, ныне прочно вышедший из моды пролетарский писатель когда-то говорил-утверждал: "Как можно не верить человеку? Даже если и видишь - врёт он, верь ему, то есть слушай и старайся понять, почему он врёт" - и хотя сам писатель-буревестник по причине превращения пролетариата, строившего когда-то фабрики и заводы, в одноразовый электорат, жующий импортное сено, перестал быть актуальным, эти слова буревестника применительно к неосуществляемым, но постоянно звучащим угрозам типа "раком поставлю" или "выебу" были в общем и целом вполне уместны; "старайся понять" - хороший совет... и к угрозе Архипа в адрес Коха эти слова тоже вполне подходили, - никогда еще Архип никому не грозил в форме "вербального гомосексуализма".»

Солидный мужчина, имеющий ученую степень и преподающий в университете, неожиданно начал замечать за собой гомосексуальные повадки. А что если предложить своим студентам распечатать его попку?

«Через какое-то время произошло довольно важное событие в нашем общении. Однажды после утомительных ласк и поцелуев мы лежали, обнявшись, на кровати. Становилось жарко, и я направился в ванную комнату. Встав под струи прохладной воды, я поливал тело. Дверь открылась, вошёл Петя. Отодвинув занавеску, он обнял меня, придвинул губы к самому уху и едва слышно шепнул... "Люблю тебя, Данила". Ни слова больше не говоря, парень вышел из ванной, и когда я вернулся в комнату, он лежал на кровати, как ни в чём не бывало.»

«Но ничего ни сказал. Я оттянул крайнюю плоть, обнажив головку, и взял мягкий член в рот. Вкус и запах тёплого, слегка отдающегося мочой пениса мне понравилисью Я брал его глубоко - по самое основание, обильно смачивая слюной. Хуй во рту твердел и вскоре я был вынужден его вынуть оттуда. Я целовал его твёрдый член, водил им по лицу, вновь брал глубоко глубоко в рот. А мужик только тяжело дышал. Я всё увеличивал темп и вскоре почувтсвовал, как горячяя вязкая липкая жидкость льётся прямо мне в горло и рот. Я извлёк его инструмент со рта и показал ему свой полный рот спермы, после чего проглотил её. Этот горький вкус, хотя был неприятен, мне пришёлся по душе. В меня кончили! Я взял обмякающий хуй в рот, пососал и поместил его обратно в трусы. Потом мужик встал, забрал пиво и ушёл. Я был очень доволен.»

«В итоге он повалил меня грудью на диван и с силой вошел в меня. Он трахал меня неистово а я чувствовал себя полным петухом, и это еще больше заводило меня. Потом он кончил мне в попу, остатки спермы вылил в рот и мы долго лежали и целовались. Потом я взял в рот его член и стал медленно а потом все с большей скоростью сосать. Я лизал его яички, они пахли очень специфично я возбуждению не было предела. Потом мы поменялись местами ненадолго и все повторилось снова. Так мы и занимаемся любовью всякий раз, когда меня пускает к нему мама и у Ромки дома нет дедушки.»

Герою рассказа приятно услышать от опытного гея признания, что его еще никто так не драл, как он. Это, пожалуй, будет для него лучше любой похвалы!

Хроника одной длинной ночи, где случайное участие оборачивается разрушением личности. Наш герой проходит путь от человека до "ведра для кончи", завершившийся не пустотой и гонореей. Жесткое, беспощадное исследование пределов человеческой деградации.

На берегу лесного озера двое друзей случайно находят старую баню и решают испытать её тепло. Жар, холод воды и ощущение свободы открывают в них новые чувства друг к другу. Но ночь оборачивается неожиданным поворотом — к бане приходит компания незнакомцев, и уединение превращается в праздник близости и доверия. В атмосфере пара, луны и озёрной воды стираются границы между людьми, остаётся только свобода, поцелуи и мгновение, которое изменяет их всех. Наутро приходит осознание: эта встреча — не начало и не продолжение, а легенда одной ночи, которая останется в памяти навсегда. Дисклеймер: В тексте есть цитаты на шведском и английском языке без перевода

После обнимашек в бассейне, Курт захотел "секса по-взрослому". Наши желания абсолютно совпадали.. Зачем отказывать себе в удовольствии?..

Их встречи превращаются в череду ярких, чувственных приключений. От страстных свиданий вдвоём до жаркого вечера втроём, от нежных экспериментов до полного растворения в удовольствии. Но даже обретя семью и внешнее благополучие, герой не может полностью забыть тот огонь. Это история о первом мужском желании и внутренней свободе.

Парни продолжают обсуждать однополый секс, страстно лаская друг друга. Новоиспеченный гей никак не может поверить в то, что его влечет к парням, не только когда он пьян, но и на абсолютно трезвую голову.

Приключения русского гея в Амстердаме продолжаются. Обычный секс со своим приятелем ему вскоре надоедает, и любовники решают поиграть в весьма нетривиальные эротические игры.

Преподавателя одного из солидных университетов только что впервые в жизни поимели в задницу. А что, ему понравилось между прочим!

«- Ага. Родной такой, уютный, добрый...И накормят, и отмоют, и спать уложат, только отп...здят сначала, да в рот дадут несколько раз, а потом полы заставят мыть ночью. А в остальном все хорошо! Чем не Рай?»

«В тот злополучный вечер Тим поехал на дальний участок, и мы топили баню вдвоем. Валька опять принялся за свое, я же уже просто не обращал внимание. И в разгар Валькиных игрищ вошел Тим. Мы застыли: я таращился на Тима, Валька вжался в полку, а из его задницы, как мачта, торчала его игрушка. Тим вылупил глаза, долго не сводил их с Валькиной задницы и в изумлении выдавил:»

«Мужик поводил тупоконечной залупой по дырочке и мастерски ввёл огромную шляпку своего гриба через сфинктер. Он явно был спецом по дефлорации. Адская боль пронзила Диму. Казалась, задница сейчас развалится на две половинки. Боль сопровождалась страхом обосраться. Тут мужик проявил тактичность:»

«Я не думал, что бывают такие виды и размеры. У меня самого не маленький. Но такие экземпляры я еще не встречал. Закончив затяжной засос, я вырвался из плена его губ. Опустившись на колени, я выпустил на свободу этого зверюгу. Лев, это был лев. С огромной гривой, и большими яйцами. Он все время пытался вырваться на ружу. Но я не довал ему удрать, удерживая его своей рукой. Затем он стал толкать меня изо всех сил, пытаясь пробит мне стенку моей глотки. Его яйца едва поспевали за ним, ударяясь резиновыми мячиками об мой подбородок. Ухватив его член покрепче своей рукой, я дал понять, что хочу немного отдохнуть. Мы стали ласкать друг друка руками, осыпая водопадом страстных поцелуев. Мысль, что нас здесь кто-то может обнаружить, вливало в каждого из нас по ведру адреналина. В нижней части паха у нас бушевала стихия страсти. Мой рот наполнился соком любви. А язык уже онемел от страстного танца. Напряжение моего члена достигло предела, и я прошептал парню, что хочу кончить. Он нежно взял мой член в свои руки. И стал щекотать его уздечку своим язуком. Потом погрузил мой член в жерло своего вулкана с такой силой, что я еле-еле сдержал неописуемый экстаз. Потом его рука стала немного толкать мою талию к себе. И я задвигался своим телом как поршень в вулканическом жерле. В моих недрах созревала огненная магма. А когда я не смог уже сдерживать этот напор, я выстрелил теплой струей своей спермы на стенку дома. Мы кончили вместе. Только его коктель любви брызнул фонтаном на мою туфлю. Но ничего страшного. Ведь главное в этом деле полное доверие друг другу.»

«Трахаться совсем не хотелось, лишь бы только продолжался этот оральный марафон. Остальные совсем не против были, и мы по очереди, по мере вставания чьего-то члена, отсасывали по полной программе, отчего сами возбуждались, и все начиналось сначала. Так длилось часа два, а потом мы, обессилившие, все в сперме и с ее же вкусом во рту уснули, переплетясь телами, повалились на кровать. Я засыпал последним, радуясь тому, что после моего отъезда им вчетвером будет чем заняться бессонными ночами. А утром они все меня провожали с грустью в глазах. Да и я сильно не радовался. Я бы с удовольствием остался здесь.»

«Я подошел и начал стягивать с него пиджак, расстегивать рубаху. А он достал красную помаду и небрежно намазал мне губы. Я снял с него все, он сделал несколько шагов назад и сел в кресло, его член стоял почти вертикально. Он улыбался.»