«- Витенька, - заскулил Леня, отползая к краю кровати, - Не надо, Витенька. . Милый пожалуйста! . . Давай сзади? Давай? . . А хочешь в душе? . . Или на балконе, как в тот раз, давай? . . А? перегнешь меня и отъебешь так, что бы все видели? Давай? Только не в рот, пожалуйста. . Или давай я ручками...»

«Леня медленно опустил руки, выпрямился и очень медленно обернулся к Виктору, продемонстрировав пухлый аккуратно выбритый лобок. На члене у Лени красовался аккуратный отделанный розовым шелком и бантиком футлярчик, не позволяющий этой единственной мужской части тела принять объемы, превышающие размер Ольгиного большого пальца.»

«Наверное мы лежали так очень долго. Я, распятый на кровати, и Ромка, придавивший меня и шумно дышащий мне в ухо. У меня между ног что-то текло, было мокро и скользко. Ощущение что попа заполнена пропало. Наверное, Ромка вытащил член. Я тихо лежал и молча хлопал глазами. Наконец Ромка встал, отлепил мне с лица пластырь и вытащил чулки. У меня перед лицом закачался его член, он свободно висел, был весь мокрый, блестящий и с него что-то капало. Я слегка удивился: его член был крупнее моего, но все же он казался мне гораздо больше, когда был у меня в попе. Я лежал и не шевелился. Ромка вытер моей футболкой свой член, потом мою попу и между ног, не спеша оделся и начал меня развязывать. Сначала ноги, потом руки.»