Муж с женой опубликовали объявление на портале знакомств для секса. И получили горячее предложение от женщины у которой есть член... И конечно устоять от такого было сложно... Так что теперь они будут делать?

Заботливая мать замечает неожиданную сторону взрослого сына, что приводит к серии откровенных разговоров и неожиданных открытий о их отношениях и сокровенных желаниях.

Молодой человек одержим собственной матерью. Его запретное влечение, полное стыда и обожания, вот-вот выйдет из-под контроля. Но он не подозревает, что объект его желаний давно всё видит, всё знает и готовит для него особую игру — изощрённую и безжалостную, где он всего лишь послушный инструмент для её удовольствия.

Я был обычным студентом-медиком: учёба, спорт, друзья. Моё представление о женщинах ограничивалось робкими взглядами на одногруппниц. Так было, пока я случайно не увидел свою мать обнажённой. Я всегда знал её как уставшую, вечно занятую работой женщину, скрывающую своё тело под бесформенной одеждой. Но то, что я увидел, сломало все барьеры между «сыном» и «мужчиной» во мне. Её тело было идеалом, а её грудь — наваждением, которое вытеснило все другие мысли. Теперь я разрываюсь между сыновней любовью и запретным влечением. Я готов на всё, чтобы доказать ей, что она — самая желанная женщина, даже если это значит переступить через главный запрет. Готов ли я к последствиям? И готова ли она принять мою любовь в новом, пугающем свете?

Возвращаясь из колледжа, молодой человек оказывается в ловушке из знакомых запахов и взглядов. Его мать, только что покормившая младшего сына, больше не хочет быть только матерью...

Моя мама всегда была одержима материнством. Её исследования русских деревень и научные изыскания о кормилицах стали для неё настоящим наваждением. Она так тосковала по той утраченной связи, что смогла обмануть собственное тело и вернуть лактацию, став «молочной мамой» для чужих детей. Я видел, как это изменило её — она снова расцвела, а её грудь, и без того пышная, стала ещё более тяжёлой и налитой. А потом я застал её на кухне, сцеживающей молоко! Мама даже поделилась со мной. И это перевернуло во мне всё.

История о встрече с девушкой, подобной - прекрасной колдуньи, которая пьянит и манит меня стать неверным. Встреча в её день рождения. А как можно придти без подарка!

Продолжение 1 части. Кавказец насладившись белым замужним мясом решил передохнуть, пока муж и жена наслаждались полученными ощущениями, а после начали готовится ко 2 раунду.

Продолжение рассказа «Мандарины, оливье…», опубликованного мной около двух лет назад. После его выхода я писал в комментариях, что продолжение не планируется – просто потому, что у меня в тот момент не было абсолютно никаких идей по этому поводу. Но что поделать, если участники событий живут рядом, общаются. Жизнь идёт, и судьбы героев первого рассказа снова переплетаются самым причудливым образом. Во второй части между нами завязывается переписка с обменом фото на грани фола. Лера пытается убедить меня отступить от своих убеждений. Готов ли я пойти дальше обычного флирта?

Иногда возникает непреодолимое желание секса, и молодая девушка, взвесив варианты, - решительно делает выбор в пользу "находящегося под рукой" в данный момент...

Без особых колебаний главная героиня принимает предложение подруги и составляет компанию состоятельному папику....а дальше лишь следует правилам и законам спроса и предложения, извлекая из этого пользу для себя любимой.

В необычном коллективе Рекламного агентства появляется новичок. Который постепенно узнает все тайны и непростые взаимоотношения между коллегами. Его появления должно было стать последним штрихом к формированию идеальной компании. Но к чему это приведет?

Она вошла в мою жизнь, как игла входит в кожу — сначала больно, а потом не оторвать. Я — правильный парень с бизнесом и спортзалом по утрам. Она — синие волосы, татуировки на каждом сантиметре тела и пирсинг там, куда я боялся даже смотреть. Я думал, это просто похоть. Ошибка. Временное безумие. А оказалось это судьба.

«Меня зовут Ирина мне было 10 лет когда я увидела, как мои родители занимаются любовью и с тех времён я начала подсматривать за ними. В 13 лет я начала заниматься онанизмом, я это делала почти всё время. В 16 лет у меня была очень близкая подруга. Её звали Света. Это была стройная, красивая брюнетка среднего роста с очень чёрными глазами. Её пухленькие губки всегда очень возбуждали меня. Но больше всего мне нравились её кругленькая попка. Мы всегда делились всем между собой. Как-то раз она зашла»

«Настоятельница монастыря "Святой Женевьевы", строгая монахиня Матильда Краузе, склонившись над столом, просматривала тетради своих юных воспитанниц, подчеркивала красным карандашом обнаруженные ошибки. "Ах, как плохо пишут" - сокрушалась она, намериваясь сделать выговор матери Гортензии, преподававшей французский язык. Она хотела позвонить, но в это время одна из монахинь-надзирательниц подала ей на подносе для писем конверт. Разорвав его, Матильда Краузе прочла следующие строки:»

«Последнее вpемя его пpеследовало постоянное pовное половое возбуждение. Вот и сейчас: он не усидел в гостинице (мастуpбация помогала мало) и толкнулся было в эpотическое кафе, а оно оказалось еще закpыто. Hе везло да и только! Оставалось где-нибудь пеpекантоваться и он pешил заглянуть в Рижский музей истоpии секса, тем более, что за десять с лишним лет отсутствия не мог здесь побывать, и еще потому, что на всякий случай у него с собой был свежий номеp жуpнальчика "Уpинист" с новым дете»

«В Сан-Франциско было холодно. И скучно. И как-то противно. И я полетел в Техас к моему приятелю, молодому фермеру Тому, с которым познакомился в Праге прошлым летом. Я сразу выделил в дискотечной толпе полупьяных чехов мускулистого парня. Мне подумалось тогда, что он не может быть чехом. И я не ошибся - он был самым настоящим техасским ковбоем, вернее, ковбойским начальником. На нем был джинсовый костюм, плотно облегавший великолепную фигуру. Нельзя сказать, что Том был каким-нибудь шварценеггер»

«Он привязал ее простыней к кровати. Ноги, предварительно их раздвинув, привязал отдельно. Теперь ее не мог поиметь только ленивый или зажравшийся. А таких в этом доме не водилось. Все двадцать собравшихся на мальчишник мужиков были сильны, активны, а главное - возбуждены.»

«Взглянув мне в лицо он все понял.Без лишних слов он подхватил меня на руки и понес к себе в кабинет. По пути я сбросила с себя туфли. Я хотела его так сильно,что моя киска подрагивала, и я ясно понимала, что он меня тоже безумно хочет,его достоинство так упиралост в брюки,что казалось вот вот разойдется молния.»

«Потом я заметил, что его фрикции замедлились, а его дубина дырявила меня все глубже и жестче. В конце концов, он со всего маха, буквально как паровоз в туннель, влетел в меня, захрипел, и я почувствовал, как в мою жопу брызнул горячий соус. Он рухнул мне на спину, оставив свой конец в моей заднице. Отдохнув, он резко вырвал себя из меня, хлопнул по моему голому заду и, уже одеваясь, ухмыльнулся и поинтересовался: "Ну как, до следующего раза? Ты, гавнюк!". Я не мог пошевелиться и оставался какое-то время все там же и в том же положении. А парень будто провалился сквозь землю. И обратную дорогу не спросил!»

«Слизывая капельки спермы, повисшие на волосах, обильно покрывающих ее яйца, мама улыбнулась, увидев, как я неуверенно очищаю головку от остатков спермы.»

«Я зажмурился и ввёл язык в эту узкую дырочку. Вика охнула. Я начал вводить и выводить язычок, затем, введя его на всю глубину, стал совершать круговые движения.»

«Я вывернула голову и посмотрела на мужа, он спустил трусы и яростно дрочил свой член, который стоял как кол, а другая рука обрабатывала мою попу ремнем.... Удары сыпались все чаще и чаще. Я больше не могла этого выносить и с визгом кончила, обмякнув на подушках.... Но на этом наказание не прекратилось. Не обращая внимания на мой оргазм Ваня лупил меня ремнем, удары становились все сильнее - это уже была НАСТОЯЩАЯ порка!!! Я закусила губу, чтобы не разораться в голос - жопа моя горела от ремня и вдруг горячая струя полилась мне на спину, попу, ноги...Мой муж бурно кончил на меня и повалился рядом в изнеможении.»

«Женя вздрогнула, когда мужчина начал расстегивать пуговки на ее блузке. Она инстинктивно скрестила руки на груди, стараясь прикрыться. Она стыдилась своей наготы: еще никто из парней не видел ее голой. Сережа нежно отстранил ее руки и поцеловал, шепча ей:»

«Дай я всажу ей в зад, - сказал Лёха отстраняясь от меня. Они поменялись местами, Вадим начал кормить меня в рот, а Лёха с силой вонзил свой раздроченный агрегат в мой анус. Моя растренированная дырка легко приняла его во внутрь. Уже через несколько фрикций я кончила, что породило дополнительное увлажнение моей жопы. Лёха засаживал член по самые яйца, хотя он и был достаточной длины, для меня это был далеко не предел. Моя жопа лишь издавала чавкающие звуки наслаждения. Я привыкла к анальному оргазму, он немного отличался от вагинального и был ничуть не хуже, а зачастую продолжительнее. Не прошло и пару минут как я почувствовала, что член Лёхи напрягся и с силой его толчка выстрелил в меня. Сперма начала постепенно заполнять каждый уголок моей прямой кишки. Из уст Лёхи донёсся вздох облегчения. Я тоже испытала необычайный оргазм прокатившийся по всему телу в виде дрожи.»

«- Наконец, я отгибаю твой кол и направляю прямиком в рот. Медленно погружаю его в себя. Солёный и одновременно сладкий. Какой же он приятный. Ты не выдерживаешь такой медлительности - тебе хочется скорее влить в меня всё своё накопившееся семя. Ты просто хватаешь меня за голову и начинаешь грубо меня ебать. Сильно, жёстко, жестоко. Твоё толстенный хуй трётся своей залупой о моё нёбо.»

«Не спеша обойдя Влада, мужик ткнул дубинку сильнее и скоро она сантиметров на двадцать скрылась во владовом заду. Влад мычал и дергал головой, слезы боли и унижения текли по его лицу, скотчу, который скрывал рот и стекали на асфальт. Младший мужик подошел и выявил желание поучаствовать в действе. Старший с ухмылкой отступил. Теперь демократизатор летал во владовой заднице как игла, зарываясь почти на всю длину, лупил его по жопе, потом опять впивался в анус под самыми разными углами, разодрав анус в кровь. Влад метался и вопил, но его вопли заглушал скотч и мужики спокойно продолжали своё дело. Теперь старший мужик не выдержал и ,отстранив младшего с дубинкой, кряхтя расстегнул штаны. Да, его член был, конечно, меньше демократизатора по длине, но по толщине превосходил его раза в три. Он подтянул разбитый ящик из-под пива в качестве подставки , взобрался на него и с разгона всунул свой разгоряченный фаллос в воспаленный анус влада. Я никогда не думала, что мой ненаглядный может так орать и извиваться. Последующие полчаса старший алконавт в бешенном ритме драл Влада в зад, но никак не мог кончить. Наконец, он слез с ящика, утирая пот с лица и пряча в бороде удовлетворенную усмешку. Влад к тому моменту, кажется, уже не мог даже стонать. Похоже, он потерял сознание. Тогда младший из мужиков еще раз ударил Владу по яйцам дубинкой. Адская боль привела Влада в чувство. Затем мужик обошел его сзади и залез на ящик, как это сделал прежде старший. И снова Влад стонал и исходил слезами, потом и кровью из раскуроченного ануса. Когда младший кончил, удовлетворенно похлопав висящего Влада членом по попе, старший снова был в боевой готовности и все началось сначала. Где-то под утро, когда серое городское небо стало светлеть, довольные мужики забрали с собой разрезанные брюки Влада, его пиджак и рубашку, оставив его в полном бесчувствии и изнеможении... Несмотря на то, что больше ничто не мешало ему, он не мог ни говорить, не идти...»

«Примерно тридцать горячих ударов пришлись по моим бедрам, это оказалось не менее жутким, чем по заднице, мало того, задница у меня уже привыкла к постоянным поркам и была не такой чувствительной, а по бедрам, всё как в первый раз.... Я орал и дергался в конвульсиях, а она всё секла и секла.... Она довела меня снова до полуобморочного состояния, наконец, очередная розга сломалась.... Тёща устало плюхнулась в кресло, стоящее напротив моей головы...»

«Одной рукой ты удерживаешь мои руки, другой - ласкаешь основание моего клитора, одновременно входя с краю. "Глубже..." - неожиданно даже для себя самой шепчу я. Ты слушаешься и плавно, аккуратно входишь глубже, теперь уже переставая ласкать мой клитор. Освободившейся рукой ты выдергиваешь пёрышко из подушки и щекочешь мои подмышки, одновременно ритмично растягивая меня изнутри. Я и улыбаюсь от щекотки и содрогаюсь от толчков и приближения чего-то неизведанного ... ) За дверью , кажется, слышатся шаги. Наверное, мама идёт в ванную. Ты бросаешь пёрышко на кровать засовываешь часть своей ладошки мне в рот. "Не волнуйся, лапонька, мама сейчас войдёт и успокоит тебя" - с улыбкой говоришь ты. Из лёгкого протеста и ощущения нелепости сказанной фразы, я сильно закусываю твою ладошку. И в этот момент, ты, воспользовавшись тем, что я отвлеклась на мамины шаги, резко и глубоко входишь в меня, заставив меня издать сдавленный крик и ещё сильнее искусать твою ладошку. "М-м-м..." - ты утыкаешься лицом мне между грудей, чтобы сдержаться и случайно не выдать своим наслаждением меня и себя маме ... ) Видимо, твой расчёт оказался правильным и всё получилось очень тихо, потому что мамины шаги, по-моему, становятся всё тише... Я чувствую сильную боль и ощущение, будто что-то расплывается внутри меня.»

«Я как выжатый лимон. Но у неё там явно чесалось. Она подошла к дереву, закинула ножку на ветвь, нащупала небольшой отросток на стволе, приставила его ко входу и стала отчаянно насиловать растение. Картинка была просто супер. Голая грудастая девица подпрыгивает на сучке дерева. За этим делом нас и застали два мужика проезжавших мимо. У них отвисли челюсти, а Маринка, засмеявшись, приглашающе им замахала. Их долго звать не пришлось. Они вышли из машины, оторопело уставившись на меня, но поняв, что я своё уже отимел, ловко расстегнули штаны. Голая Маринка пихнув одного из них на траву, уселась на него верхом и стала подпрыгивать как лихая наездница. Другой подошёл к не сзади, положил её на друга и раздвинув ей жопу, начал вставлять туда. Итак, мою невинную овцу сношали сразу двое мужиков. Тот что был под ней кончил быстрее того, что таранил её зад. Тот подхватил её на руки и положил на капот машины. Он прижал её своим жирным брюхом к горячей поверхности, и та отчаянно задрыгала ножками. Он трахал её долго, спокойно и уверенно буравя её прямую кишку. При этом руки он засовывал ей в мокрую скользкую пизду, из которой по ногам стекала сперма. Он мял и жал её клитор, и Маринка стонала на весь лес. В какой-то момент она выгнулась и кончила, но не тут то было. Парень, казалось, и не собирался изливаться. Его тяжёлые яйца зло и настойчиво проделывали себе путь. Маринка уже обессилено свисала с капота, когда парень вынул хуй, развернул её передом и вставил ей в пизду. Отодрав её как следует там, он и кончил. Маринка издала вздох облегчения, но уже через секунду она поняла, как попала: Мужик свистнул и из машины выскочил огромный дог со здоровенными яйцами. Нет!- Маринка сильнее вжалась в капот, брезгливо пялясь на собаку. Та остановилась перед Маринкой, втянула воздух и ткнулась носом в Маринкину промежность. Собака стала смачно вылизывать её сочную пизду, заталкивая свой длинный шершавый язык глубоко внутрь.»