«Когда я выпрямилась и вновь встала на ноги, Валера принялся массировать мне грудь и лобок. Поскольку кимоно не имело пояска, то его полы постоянно расходились, раскрывая меня спереди. Теперь же это позволило Валере проникнуть к обнаженному телу. Прижатая к его мускулистому и теплому телу, я почувствовала томление под его руками.»

«Мне даже не обязательно видеть, как моя жена изменяет мне (хотя, разумеется, был бы не против), достаточно просто знать. Знать, что в этот момент, губы, которые в ЗАГС-е клялись в верности, а вчера вечером в постели говорили о любви, и которые ты только час назад целовал, целуют губы другого мужчины. Что такое родное для тебя тело, ласкают чужие руки. Хочу чтобы её губки обхватывали толстый рельефный член другого мужчины, а язычок ласкал пунцовую, напряжённую головку его члена, его яички. Был бы не против, если бы она поцеловала его попу, поласкала язычком саму дырочку ануса. Хочу видеть свою жену лежащую под другими мужчинами. Её ножки слегка поджаты и разведены в стороны и вся она сотрясается от его толчков. Она стонет чувствуя приятную заполненность внизу своего живота и всхлипывает, когда он выходит из неё. Он в это время целует её грудь, шею, лицо. Пальцами ласкает сосочек. Хочу, чтобы мужчины кончали в её, такую родную для меня, писечку. Видеть как из неё вытекает сперма других мужчин и стекает на белую простынь ручейком текущим между половинок её попочки. Простынь пропитается их соками и в нашей комнате будет стоять запах секса. Её секса с другим мужчиной. Мечтаю увидеть её губы блестящие от чужой спермы. Хочу поцеловать их. Ощутить незнакомый мне и такой волнующий новый вкус (хотя я не голубой) Мечтаю увидеть брызги спермы на её груди. Хочу, чтобы она растёрла их рукой. Её грудка станет блестящей и скользенькой. А я буду целовать и посасывать её сосочки, облизывать грудки. Мечтаю, что когда нибудь, она придёт с работы необычно поздно для неё. Ребёнок будет уже спать, и нам никто не будет мешать. На все мои вопросы о причинах её столь позднего прихода она будет отвечать молчаливой загадочной улыбкой. А потом она просто прижмётся ко мне всем телом и крепко поцелует меня... и мне всё станет ясно. Думаю, что внутри у меня всё оборвётся, а потом взлетит. Взлетит невообразимо высоко. Потом она скажет мне лечь на пол. Поставит свои красивые ножки, обутые в туфельки на высокой шпильке, по обе стороны от моей головы, задерёт юбочку, и скажет: - "Почисть меня". Затем медленно сядет своей аккуратно подбритой писечкой мне на лицо. Её половые губки приблизятся к моим губам и с них сорвётся тягучая капля её сока, перемешанная со спермой её любовника... Уверен, в эти минуты я буду счастлив. Буду любить и желать свою жену так, как наверное не один мужчина, на всей нашей грешной Земле, не любил свою женщину. Когда её писечка станет чистенькой у нас будет великолепный секс, вовремя которого она расскажет мне про её первый секс с другим мужчиной, и пообещает мне, что теперь так будет всегда. Засыпая, обнявшись вместе, она прошепчет мне на ушко, что я её единственный и любимый мужчина.»

«Катя на четвереньках повернулась ко мне спиной. Я закинул подол юбки ей на спину, и она всем телом подалась назад, приняв меня... Кончили мы почти одновременно. Катя перестала двигаться, ее крик перешел в тихий стон... Я двигался еще какую-то пару секунд, пока оргазм не настиг и меня. Настиг одновременно с целым водопадом ледяной воды, которую на нас обрушили два отряхнувшихся пса.»

«Ну, мы с Володей вышли из машины и на травку завалились, стали целоваться и все, я уже хотела только секса. Сначала я взяла у него в рот, и пока я ему сосала он мне мял груди. Я девушка темпераментная, мне много не надо, я и от ласк кончаю. Так вот я ему сосу, а у меня в глазах темнее от кайфа. Он мне говорит, Аделя хочу тебя сзади. А мне того и надо. Я юбку задираю, трусы снимаю и на коленки. Пока я раздевалась, он тоже штаны с себя сдернул. Подошел ко мне и так аккуратненько вставил член до конца. Пока член в меня заходил я, и кончила, а потом он начал меня трахать. Длилось это не долго, я успела кончить два раза, потом он в меня кончил. Я была на третьей недели беременности тогда, поэтому не боялась залететь.»

«Извлечь член уже не было сил и желания... Так и ехали мы дальше - с моим членом у нее внутри. А он и не думал оседать. "Да сколько же можно ехать!.." - подумал я. Машина проехала еще минут десять. Смотрю - девушка снова задрожала, мелко-мелко задвигала тазом. Прикрыла глаза и сжала ноги вокруг моей спины. Кончила еще раз...»

«Босс двигался все быстрее, потом начал звучно хлопать меня правой рукой по правой ягодице, причем хлопки с каждым разом становились все чувствительнее и чувствительнее, а левой он изо всех сил впился в мою левую ягодицу, как будто хотел оторвать ее. Внезапно он резко подался вперед, и я ощутил, как поток теплой маслянистой жидкости излился в мою многострадальную попку, смягчая и увлажняя ее. Босс резко выдернул из меня свой полуобмякший член, секунду полюбовался моим очком, которое превратилось в красную рваную дыру в потеках крови и спермы, схватил меня за волосы и поставил перед собой на колени. И тогда я понял, что мне предстоит изысканное унижение - поработать язычком и очистить этот великолепный агрегат. Не секунды не колеблясь, я приоткрыл губы и всосал ослабшую голову в рот, лаская ее языком со всех сторонни, и ощущая как мой рот наполняется пряным вкусом семени и кала:»

«Номера нам дали рядом: я сознательно не хотел селиться вместе, оставляя себе таким образом шанс на отступления, но в душе то я знал, что отступления не будет, все решено и подготовлено. Мы встретились вечером, вернее он осторожно постучал ко мне в номер.»

«Ленька распрямился и увидел, что Сергей Петрович стоит перед ним в коридоре абсолютно голый. Это был очень красивый человек старше чем средних лет, прекрасно сложенный и загорелый. Только белая полоска ниже пояса выдавала в нём любителя загара, а не смуглого азиата. Он был равномерно покрыт недлинным черным волосом и только на лобке растительность была явно подстрижена, открывая прекрасные формы длинного и толстого члена. На поясе его украшала тонкая золотая цепочка от которой кулоном спускалась вниз, к лобку, какое-то украшение в виде золотой фигурки. Ленька рассматривал его с восхищением, но недолго - Сергей Петрович снова схватил его, на этот раз за ухо, наклонил к самому члену и тихо, словно боясь кого-то разбудить, прошептал:»

«И наступила тишина. Появилась возможность хотя бы перевести дух. Лёня уже устал в колодках. К тому же он слышал разговор, видел, что его ожидают ещё какие-то события и слегка боялся. Он прекрасно понимал, что никто с его желаниями церемониться здесь не будет. Самое главное - он не был уверен, что всё призошедшее здесь не является именно выполнением его самых сокровенных желаний. Ни с одной другой ролью в жизни он не сживался так легко, как с той, что выпала ему в этом доме и это не могло его не пугать. Слегка. Одно дело прижимания в атобусе, даже и простой секс с мужчиной, но здесь его втянули в какие-то странно и страшно притягательные отношения. Он попытался устроиться поудобнее и сразу же весь измазался в остывшей сперме:»

«Целоваться с Ленкой мне понравилось. Тем более что без шубы она выглядела особенно привлекательно: короткое чёрное платье с длинными свободными рукавами, чёрные, тонкие колготки (или чулки?) и, опять же чёрные, изящные сапожки на высоком каблуке. В неверном свети свечи, её длинные волосы отливали золотом. Правда, не исключаю, что это на меня воздействовало выпитое. Она, благопристойно поджав под себя ноги, сидела рядом, а я начинал сходить с ума от запаха её духов. Несмотря на шум, а в нашем временном пристанище было шумно, мне казалось, что я слышу её дыхание. Впрочем, ерунда это всё!»

«Я хлопнул коньячку и занялся, на этот раз обеими Ленкиными ступнями. Телефон Санин отключился, и мне ничто уже не мешало наслаждаться ощупыванием её ног. Ленка шевелила пальцами, словно хотела поймать меня ими. Я мял её пальцы, щиколотки и голени. Через минуту наших игр, её пятки плотно прижимались к моей промежности. По моей собственной эротической шкале, напряжение приблизилось к двенадцати баллам. Об этом мне говорила моя мошонка, сжавшаяся в тугой комок, и, рвущий молнию джинсов, конец. Почти неуловимые движения женских ступней у меня между ног, сводили меня с ума. Что-то мне подсказывало, хотя бы на время, прервать наши развлечения, воизбежание преждевременной эякуляции прямо в штаны.»

«Они ещё долго ласкали и вылизывали друг дружку, потом засовывали по очереди в себя то один то оба вибратора. Когда их задницы были растянуты пластиковыми помощниками, я решил что пора отъебать обеих туда. Я сказал им стать раком друг возле друга и всуну в каждую задницу по два пальца, мои пальцы вошли туда без особого труда и я стал их трахать в такой позе.»

«Через некоторое время, отстранив мужа, я развернулась к нему задом, перегнулась в ванну и, раздвинув половинки своей попочки, приказала вылизать очко. Его язычок приятно скользил между моими половинками, какое это наслаждение когда муж лижет жене очко. Я сказала ему - "что бы я тебя простила, засунь свой язык как можно глубже". Моему чморю пришлось постараться, он то пропихивал язычок мне в попочку, то начинал старательно лизать, что бы расслабить мой анус, то снова пихал язык, на сколько позволяла моя попочка. Когда я поняла, что мне уже хватит этих ласк, я развернулась, достала из корзины свои грязные трусы и кинула их мужу, что бы он обтер свою рожу, которая была вся в моих выделениях. "А теперь можешь пиздовать за водкой" - сказала я. Муж встал с колен, открыл дверь в ванной и вышел в коридор. Услышав, как хлопнула входная дверь, я позвала Николая из комнаты.»

«Она продолжает ласкать свои упругие налившиеся груди руками, вот головка фаллоса приникла к половым губкам, легкий толчок, и он на половину скрывается в гроте любви. Фаллос начинает обратное движение, а киска не желая отпускать его оставляет на нем мокрый блестящий след. С губ Тани начинают срываться протяжные стоны, ее бьет мелкая дрожь, ее гибкое молодое тело изгибается в преддверии оргазма.»

«Через несколько секунд она еще надела мне ошейник и пристегнула руки к нему, туго подтянув руки к вверху за спиной. И я понял, что и пошевелить руками не смогу.»

«Вильям охнул и затрепетал в его руках, а Леонард чувствовал, как сжимаются его мышцы, как мальчик задыхается от нахлынувших ощущений и от каждого нового сильного толчка, и тогда он сам застонал, задрожал, задохнулся от удовольствия, бурно изливаясь в него: Понадобилось много времени, чтобы успокоиться, перестать мелко вздрагивать, чтобы, холодя кожу, испарился пот: только тогда Леонард нехотя отпустил Вильяма. Они неторопливо одевались, наслаждаясь приятной истомой.»

«Завтракали мы в кафешке и мама сразу учуяла мое состояние и выпытала у меня все. Я рассказала, с уговором, что отец об этом не узнает все, что произошло со мной за эти дни, кроме вчерашнего секса. Выслушав все она заказала себе водки и выпив сходила к Люсе за моей сумкой и дождавшись отца мы уехали домой. Не знаю как сложилась бы моя судьба не приедь в тот день мать. Может и я пошла по стопам Люськи. Через месяц меня послали с группой в колхоз и там я по уши влюбилась в своего будущего мужа и на ближайшие 8 лет все другие мужчины для меня перестали существовать.»

«Я почувствовал что ей трудно дышать и решил охладить свой пыл. Но не успел я перевести дыхание как на полную длину моего ствола погрузилась женская киска. ой разум всё больше и больше пробуждало шлёпание моих яиц об её ягодицы и усиливающиеся стоны девушки. Я всё ещё не осознавал что происходит, но приходил сознание. Я открыл глаза и увидел ритмично сотрясающиеся груди. Я понимал, что несмотря на мой стоячий орган, кончу я не скоро и водрузил свои руки ей на бёдра, тем самым усилив темп. Теперь её горячие соски касались моей груди и дырочка постепенно увеличивалась в размерах и моему члену стало проще проникать во внутрь. Её вспотевшее лицо прилепило настежь к себе все её волосы так, что лица не было видно. Мой член покрылся беловатой плёночкой, которую вырабатывала её горячая киска. Сперма бушевала в моих яйцах, но выход её был полностью закрыт из-за жары и состояния. Девушку порой взбивали конвульсии оргазма, её влагалище сжималось, увлажняло член и она продолжала скачку на разбушевавшемся половом органе. Прошло не меньше 10 минут, я лежал без движений. Незнакомка слезла со своего седла и вздохнула от боли в промежности, приблизилась ко мне и спросила: "Ты скоро кончишь?"»

«А хозяин между тем, под аккомпанемент несмолкающего визга девушки, внутри которой орудует змейка, и окружённый тремя-сосущей, лижущей и ласкающей, подходит к шеренге девчат. "Станьте раком", тихо приказывает он. Они подчиняются, становясь раком в ряд на мягкой длинной скамейке. Одна из дрессированных (появилась из дверей, так как девочек уже явно не хватает) обходит их всех и клизмой наполняет их попки обильной смазкой. Хозяин не любит сопротивления мягкой плоти-другой бы на его месте получал удовольствие от препятствий, а он-нет: предпочитает всё просто и быстро. Он-аскет.»

«После очередной фрикции я вынул из её мохнатки свой хуй и приник языком к её какашкам. Вылизав стеночки, я стал засовывать свой язык как можно глубже в её кишку. Моя целка задвигалась задом мне навстречу, а её дырка стала пульсировать. Тогда я осторожно стал вдвигать свою залупу в её мягкий, тугой, узенький анус. Когда колечко сфинктера разомкнулось и пропустило в себя верхушку хуя, я стал осторожно стал натягивать узенькую жопку на свой хуй. Тёлка стала помаленьку входить во вкус, а я стал её откровенно ебать в жопу. К сожалению, поскольку это было у нас впервые, а дырка у неё была очень узенькая и тугая, то очень скоро я начал сливать ей в кишку длинную бесконечную струю, после чего скромно отвалился.»

«Я задрожал. Лоб покрылся испариной. Девушка попыталась прижать руки к бёдрам, но руки были заняты, и она, налившись пунцовой краской, заспешила вниз, открывая мужикам, идущим следом за мной новые виды: Возбуждение наполнило меня до краёв, как наполняется молоком бидон, в который льют молоко из большого ведра. В голове стучала только одна мысль: "Хочу! Хочу! Хочу!". Я понял, что покоя мне сегодня ещё долго не будет. Опустив жетон, я помчался вниз по гудящему эскалатору, а навстречу мне ехали толпы девчонок с голенькими животиками и коленками, с глубокими вырезами на груди и большими прорехами на модных рваных джинсах. Цвет тела, цвет страсти звал меня. Груди набухали под вырезами маленькими холмиками, голые коленки звали меня, а глазки блестели, как звёзды в полумраке метро: Я добежал донизу и прислонился спиной к мраморной колонне: Холодный мрамор начал приводить меня в чувство.»

«Трах ее попки тем временем усиливался, Хозяин уже размашисто трахал Иру раком в попку, временами добавляя смазки на головку члена и затем продолжал опять трахать. Через некоторое время темп замедлился, потом член и вовсе покинул Ирину попку.»

«Проснувшись среди ночи из-за срочной необходимости отлить, я долго не мог понять, где, собственно, нахожусь. Потом, оглядевшись по сторонам, рассмотрел наш "номер-люкс" барачного типа и сразу всё вспомнил. Тоскливо стало до жути, и домой захотелось: Шлёпая босыми ногами по холодному бетонному полу, я добежал до туалета на другом конце коридора, и, встав над полу разбитым унитазом блаженно расслабился. Звук падающей струи казался неимоверно громким в ночной тишине, но когда, наконец, из меня вылилось всё выпитое за вечер, я услышал еще какой-то невнятный шум. И доносился он из отдельной комнаты, в которую поселили наших сопровождающих. Её дверь была почти напротив туалета, так что слышимость была практически идеальной, а характер происхождения звуков не мог вызывать никаких сомнений. Шлепки друг о друга голых тел, тяжелое дыхание и приглушенные стоны: там явно трахались. Но где в такой глуши эти вояки нашли себе подругу? Кроме бабульки, приносившей нам постельное белье, я никого не видел.»

«Первый раз накрасить губы у меня не получилось. Вышло как то размазанно и я смыл помаду. Второй раз я стал красить более аккуратно.»

«Её ответ 'не знаю' я расценил как согласие. Плюнул на дырку немного растет, отвесил пару шлепков по округлостям и просунув хуй в тугое кольцо ануса продолжил сношать эту сучку. Тело было мокрое и горячее, дырки растраханные и огромные. Когда я кончал, то вытащил хуй из отверстия и выстрелил тугой струей ей на спину и даже часть спермы попала на волосы! Растерев сперму и пот по спине сказал:»

«"Ух, какие пугливые", усмехнулась санитарка, затем сказала медсестре: "Люда, ты может подержи пока сжатыми ягодицы девицы, а я пойду, клизму вымою и сейчас назад вернусь". "Хорошо", ответила медсестра, отпустила ноги Ирины и стиснула вместе полушария её попы. "Дурочка ты, Ирочка", она стала воспитывать девочку, "чего же ты добилась своим сопротивлением? Только растянула уже и так неприятную процедуру, а вдобавок еще пацанов созвала. Лежала бы спокойно, никто и не заметил бы, что тебе клизма делается". Ира на то ей ничего не отвечала, лишь тихо всхлипывала в подушку. "А мальчикам вы тоже клизмы делаете?", вдруг спросила Валя. "Конечно, делаем, как же иначе!", ответила медсестра. "Тогда позовите нас тоже на них посмотреть, чтобы мы были бы квиты. А то не честно - они на нас смотрят, на мы на них - нет", возмутилась Валя. "Ну, не знаю, поговорю с санитаркой!", ответила медсестра Люда, "если вы за одно согласитесь их подержать, то она может и согласится". "Я согласна", ответила Валя. Вскоре вернулась санитарка, отпустила медсестру и сама начала удерживать попу Иры. "Отпустите Иру на горшок, хватит её удерживать", стали почти дуэтом умолять бабу Дусю Валя и Вика. "Еще две минуты пусть полежит, тогда пойдёт на горшок!", ответила санитарка. "Отпустите сейчас, мне очень какать хочется", сама Ира тоже стала умолять. "Ах, теперь, значит, хочется", усмехнулась санитарка, "а ведь несколько минут назад совсем не хотелось, не так ли?". "Хотелось, просто я не могла выжать", ответила девочка. "И не выжала бы, если клизму тебе не сделали бы", поучительно сказала санитарка, "так что, лежи теперь спокойно всё положенное время и не пикай. Кстати, если тебе распирает живот, подыши глубоко через рот!". Ира начала усиленно дышать ртом, её самочувствие на какое-то время улучшилось. "Когда же вы, ребята, дойдёте до ума и прекратите сопротивляться во время клизмы", вздохнула санитарка, "и нам, и вам было бы гораздо легче". "А вы сама не сопротивлялись, когда вам в детстве клизму делали?", вдруг спросила Валя. Баба Дуся слегка опешила, потом честно ответила: "Уже не помню, возможно, что и сопротивлялась, но новое поколение должно быть умнее старого. Кстати, в наше время запоры были гораздо более редкое явление, чем сейчас, когда уже почти каждый второй ребёнок сам не может сходить по большому". "Не уж то?", изумилась Вика. "Да, моя практика на работе это показывает... Ну, ладно, Ира, можешь вставать и садиться на горшок", сказала санитарка и отпустила ягодицы больной девочки. Последняя молниеносно вскочило на ноги и села на рядом с кроватью всё ещё стоящий горшочек, в котором лежала ранее ею выжатая какашка. Содержание кишечника девочки шумно вырвалось наружу - сначала вылилась вода, затем стал падать размягченный клизмой кал. Ира обильно испражнялась в течении минут 7-8, затем она почувствовала приятную лёгкость в животе и стала звать санитарку, чтобы та обмыла её попу и вынесла вон горшок. Баба Дуся, на время вышевшая из палаты, вернулась обратно с миской тёплой воды, велела Ире присесть над ней, обмыла её промежность и задний проход, дала её кусок туалетной бумаги и сказала самой подтереться; когда это было сделано, она унесла горшок с калом Ирины в уборную.»

«Теперь мы оба лежали обнаженные. Со времени моего развода с женой прошло несколько месяцев, и у меня давно уже созрело острое желание раздеться перед женщиной. Очевидно, те же самые чувства испытывала и Валентина. Я обнял и крепко прижал к себе девушку, коснувшись гениталиями треугольника волос на ее лобке. Сладкое щекотливое чувство шевельнулось где-то в глубине души, но мы продолжали обниматься, ничуть не смущаясь взаимным прикосновением наших интимных мест. Теперь она была моя. Я гладил Валентину там, где хотел, постепенно исследуя новое для меня тело, и она делала то же самое, осторожно подбираясь к главному моему достоинству.»

«Делал он это очень интересно - одной рукой он гладил свои яички, а другой водил по члену, при этом он смотрел куда-то в сторону, видимо там стоял или компьютер или телевизор. Явно он смотрел не выпуск новостей.»

«Я резко поднял свой корпус и вытащил свой член из ее влагалища, и тугие струи спермы полетели на Ольгу. Я начинаю яростно дрочить. Одна струя попала на ее лицо, другая на левую грудь. Еще! Струя попала на шею. Еще! Струя спермы снова попала на лицо. Мои ощущения еще больше усиливаются, Еще струя! Она снова попала на лицо. Ольга уже приподнялась и тянется к моему члену. Ее губы обхватывают мою головку. Я убираю руку с члена. Она обнимает меня и всасывает в себя все что осталось. Потом заглатывает мой член еще глубже. Вот это - Кайф! Нежно-нежно водит своим языком по моей головке, ласкает мою уздечку на члене. Потом вынимает мой уже вялый член из своего рта и улыбается мне. Я усталый, падаю на спину, смотрю на нее. Она вся в моей сперме, достает откуда-то салфетку и начинает убирать сперму с лица, с шеи. Салфетка вся мокрая. Она берет еще несколько и начинает вытираться.»

«Два года я имел Ольгу, как хотел. Она оказалась хорошей сладострастной сучкой. И оральный, и анальный секс стал для нас нормой. Но потом пришла беда. Ее внезапно шарахнул инсульт, и она в восемнадцать лет ослепла. Ей дали первую группу инвалидности. Я ухаживал за ней, как мог. Кормил. Поил. Подмывал в ванной. Надевал ночную рубашку. Вел в кровать и имел ее там по полной программе. Она не роптала, только часто плакала. Я не знал, что с ней делать. Обратился за советом к Игорьку. К тому времени он перевелся служить в военную часть села Макарово. Стал каким-то интендантом по хозчасти. Я мыл Ольгу в ванной, когда он позвонил в домофон.»