Дима сидел на лавочке в раздевалке после смены, вытирал пот с шеи и вдруг улыбнулся своей широкой улыбкой:
— А хотите историю про «спасение котёнка»?
Все сразу повернулись к нему. Лёха, Артём, Тёма и даже Коля — все знали, что когда Дима начинает с такой фразы, будет интересно.
— Дело было летом, жара адская, градусов тридцать пять. Мы с Палычем поехали на вызов — «котёнок на дереве, снимите, пожалуйста». Обычная херня, думаем. Приезжаем — частный сектор, большое дерево прямо у дома. Котёнок сидит на ветке и орёт благим матом.
Мы голые по пояс, в одних штанах, пот льёт градом. Выдвигаем лестницу, я полез первый. Поднимаюсь, а окно второго этажа — прямо напротив меня, метрах в двух. И что я вижу…
Дима сделал театральную паузу, все замерли.
— В комнате стоит юноша лет девятнадцати-двадцати… в чёрных блестящих колготках, в коротком розовом халатике, который едва прикрывает попку. И эта попка — просто идеальный персик, круглая, упругая. А он стоит раком на кровати и медленно трахается большим розовым дилдо. Глаза закрыты, губы приоткрыты, стонет тихо… Красота.
Мы с Палычем просто замерли на лестнице. Минут десять стояли и смотрели. Котёнок уже забыт. Парень так красиво вертел этой попкой, так сладко стонал… Мы оба уже стояли колом.
В конце концов Палыч тихо говорит: «Снимай кота и спускайся. Потом зайдём «проверить безопасность»».
Я снял котёнка, мы спустились. Подходим к двери квартиры, звоним.
Открывает он. Уже в чулочках в сеточку, в том же коротком халатике, волосы немного растрёпаны, щёки красные. Сразу видно — только что баловался.
Мы с Палычем стоим, оба голые по пояс, потные, в форме.
— Добрый день, — говорит Палыч самым официальным голосом. — Мы по поводу котёнка. Можно зайти, убедиться, что с животным всё в порядке?
Парень покраснел ещё сильнее, но кивнул и пропустил нас.
Зашли. Котёнок уже мирно спит в корзинке. А мы стоим и смотрим на него.
Палыч спрашивает спокойно:
— Как зовут такую красивую девочку?
Парень совсем смутился, опустил глаза и тихо ответил:
— Влад… но можно Влада.
Мы переглянулись.
— Влада, а почему такая красивая девочка одна дома балуется игрушками? Скучает?
Влада совсем покраснела, но попкой невольно вертит, халатик задрался, колготки блестят на солнце.
— Я… я только с игрушками раньше… — прошептала она.
Мы с Палычем переглянулись снова.
— Ну что ж, — говорит Палыч, — тогда мы тебе поможем. По-настоящему.
И мы оторвались по полной.
Сначала вдвоём. Потом по очереди. Потом снова вдвоём. Влада оказалась очень горячей и жадной — хоть до этого только с игрушками баловалась. Стонала так сладко, что мы чуть не оглохли. Мы её и раком, и на спине, и на боку… По три раза каждый. Кровать скрипела так, что я думал — развалится.
Когда закончили, Влада лежала вся красная, мокрая, счастливая, с блаженной улыбкой.
Палыч погладил её по попке и сказал серьёзно:
— Мы теперь берём шефство над твоим котёнком. Будем приходить регулярно — проверять, как он себя чувствует. И заодно следить, чтобы ты, такая красивая девочка, не скучала одна.
Влада только кивнула и прошептала:
— Приходите… пожалуйста…
С тех пор мы с Палычем «спасали котёнка» примерно раз в неделю всё лето. Котёнок, кстати, вырос здоровым и наглым. А Влада до сих пор иногда пишет — спрашивает, когда мы снова «на проверку» приедем.
Дима закончил рассказ, откинулся на спинку и добавил с улыбкой:
— Так что, пацаны… иногда даже обычный вызов на котёнка может закончиться очень сладко.
В раздевалке повисла тишина, а потом все заржали.
