Празднование моего тридцатилетия запомнится надолго. Я попала в круговорот таких непристойных событий, что вспоминаю этот день со стыдом до сих пор. Но... не прочь пережить его еще раз... Я словно купалась в океане похоти в тот день, раз за разом погружаясь в пучину наслаждения, а ночь принесла долгожданное облегчение — так сладко я еще никогда не кончала. Хорошо, что мой муж ничего не знает об этом греховном празднике сладострастия. Или наоборот — знает, и все это было подстроено?!
Все началось с того, что мой муж, Илья, предложил отмечать юбилей дома. Времена нынче нелёгкие, снимать ресторан накладно, да и одна знакомая пара должна была приехать из другого города. А это и билеты, и гостиница, и полно всяких других непредвиденных расходов. Я пыталась слабо сопротивляться, мне не хотелось готовить на такую прорву друзей, ведь предполагалось, что придут не менее двадцати гостей, но Илья убедил меня, как всегда:
— Верунчик, — сказал он мне, притиснув к шкафу перед уходом на работу, — любовь моя! Тебе нужно только встречать гостей — об остальном я сам позабочусь!
Он нежно потёрся о моё тело низом живота, мой халатик разъехался в стороны, и я почувствовала ещё один увесистый аргумент, который уперся мне в промежность. Уверенность в его голосе, а, особенно, его движения, убедили меня сдаться, и я не стала больше возражать: на меня гипнотически действовал возбужденный мужской орган. В эти моменты я всегда теряю самообладание и способность сопротивляться. Муж знал это и пользовался при любом удобном случае — как сейчас, например.
Я опустилась на колени и быстро выполнила свои супружеские обязанности, облегчив своего любимого на столовую ложку чистого протеина. Все сделала быстро, он даже не опоздал на работу.
С этого минета все и началось...
Ещё днём, задолго до прихода гостей, я примерила своё любимое коротенькое красное платье-чулок с открытыми плечами, в котором моё тело смотрелось особенно сексуально. Несмотря на то что я держала себя в форме, всё-таки годы брали своё, и даже самые маленькие трусики врезались в моё тело и проступали под одеждой. Я решила не надевать их совсем, оставшись только в платье и чёрных ажурных чулках. Лифчик тоже выглядел пошло, создавая ненужные складки на платье — я отказалась и от него. Правда, теперь мои соски вызывающе торчали, но я махнула на это рукой: сын уехал на каникулы в лагерь на море, а остальные гости — давно уже «все свои».
Днём муж прислал домой интернациональную помощь: повара Риккардо из итальянского ресторана, которым владел его закадычный друг, и какого-то «джамшута», гружёного бутылками и снедью. Чучмек быстро разгрузился и отбыл в неизвестном направлении, а импортный повар остался… На мою погибель.
Итальянец почти не говорил по-русски и развёл на кухне кипучую деятельность. Я старалась ему помочь, но он улыбался, уверенно брал меня за бёдра и уводил в сторону от стола, на котором готовил.
Сначала я смущалась, а потом мне стало даже нравиться его крепкое мужское пожатие на моей попе, не стеснённой нижним бельём. Я видела горящий взгляд темпераментного южанина, которым он буквально раздевал меня. Мои соски стояли вовсю, и я почувствовала, что у меня стало скользко между ног.
«Пойду, пожалуй, проверю как сервирован стол, а то так и до греха недалеко», — подумала я, и повернулась, чтобы уйти с кухни, в которой концентрация сексуального напряжения стала зашкаливать. Бросив взгляд на повара, я остолбенела: под фартуком отчетливо проступал член итальянца, напоминающий хороший спелый банан. Пока повар что-то ожесточенно мешал в кастрюле, я непроизвольно протянула руку и украдкой потрогала его достоинство. Член был словно налитой и запульсировал в моей руке. Ноги мои подкосились и Риккардо легко подхватил меня на руки.
— Che bel culo![классная жопа! итал.] — воскликнул повар и пощупал мой зад, запустив руку под платье, которое к этому времени задралось до неприличия.
— Vuoi che ti scopi? [хочешь, трахну тебя?] — участливо спросил итальянский жеребец, показав на стол в зале и засунул пальцы в моё горячее лоно. Я охнула. Это было неожиданно и приятно.
— Хорошо... Si, — кивнула я, на всякий случай, ни слова не понимая по-итальянски, и отчаянно стараясь вытащить его руку из своей промежности.
«Наверное он сказал что-то, связанное со столом, — подумала я, — может... Сервировка подкачала?»
Но дело оказалось не в сервировке...
Риккардо положил меня к себе на плечо, как свёрнутый в рулон ковёр, и понёс в зал. Я старалась прикрыть срам рукой, но платье задралось уже до пупа, и я так и «вошла» в большую комнату, сверкая интимным местом — слава богу, что дома мы были одни. Итальянец поставил меня на пол, и я успела одернуть платье. Потом развернул и положил грудью на стол. Платье опять задралось, но меня уже беспокоило другое: что он задумал на этот раз?
Я не успела испугаться, как вдруг почувствовала его влажный язык, который проник в меня сзади. Риккардо, как и положено настоящему мужчине, старательно завибрировал у меня внутри. Горячая волна прокатилась от бёдер до затылка, а когда он стал сосать мой клитор, у меня вообще потемнело в глазах. Я застонала и расставила ноги пошире, прогнувшись ему навстречу.
— О! Риккардо..., — прошептала я, непроизвольно двигая бёдрами и ловя его умопомрачительные ласки, — не надо... Прошу вас!
— È ora di scoparti! [пора выебать тебя!] — воскликнул Риккардо, и я почувствовала, что он вставляет в мою киску твёрдый итальянский елдак.
— Нет! — вырвалось у меня, — прекратите! Пожалуйста... Ну, пожалуйста, перестаньте, — всхлипывала я, вовсю подмахивая итальянцу: сопротивляться сильным ударам его члена у меня не было ни желания, ни сил.
Он мощно порол меня, и с каждым движением его бёдер я сдвигалась к окну вместе со столом. Вдруг Риккардо коротко задёргался и выпустил в меня струю спермы. Я почувствовала, как тёплая влага наполняет меня. Прыткий итальянец кончил, а я так и не догнала его. Риккардо шумно выдохнул и похлопал меня по заднице.
— Grazie, bella! Che figa succosa che hai! [Спасибо, красавица! У тебя сочная пизда!], — сказал итальянец на тарабарском языке и быстро вышел из меня.
— Sì, succosa, — согласилась я, не понимая, что он там лопочет, и, зажав промежность руками, посеменила в ванную: из меня стала вытекать его острая итальянская приправа.
Задрав ногу над ванной, быстро подмылась и хотела поласкать себя: ведь я так и не успела получить до конца удовольствие. Хоть итальянец был хорош, но, к сожалению, слишком быстр. Я только начала сладкий забег, как вдруг хлопнула входная дверь и я услышала голос мужа:
— Вера! Я пришёл!
Я выскочила из ванной, чмокнула Илью, и мы вместе продолжили заниматься подготовкой к встрече гостей. Неполученный оргазм отошёл на второй план, хотя Илья невольно все время напоминал мне об этом: он все время тискал меня, восхищаясь моим сексуальным видом в этом коротеньком красном платье. Муж так завёлся, что пришлось опять отсосать ему в ванной, пока Риккардо собирал свои манатки на кухне — его миссия была закончена.
Гости быстро собрались, и вскоре все расселись за праздничным столом. Было шумно и весело, я пьянела от вина и поздравлений в свой адрес. Каждый мужчина хотел танцевать со мной, и почти все они тискали мой зад, кружась в медленном танце в полумраке комнаты. К концу застолья меня пригласили на танец двое мужчин одновременно.
Я опешила, но они не растерялись, и зажали меня в танце между собой: один лапал груди, прижимая мой зад к своему возбуждённому паху и целуя меня в шею, другой нежно двигал бёдрами по моему лобку, и взасос целовал меня в губы.
Оторвавшись на мгновенье от возбуждающих ласк двух кавалеров, я одёрнула платье, которое к этому моменту уже было где-то на талии, и испуганно посмотрела на Илью: он сидел напротив и улыбался.
— Это твой день! — крикнул он, перекрывая музыку, — наслаждайся, Верунчик!
Но мне стало неловко от того, что мой муж видел эти «грязные танцы», и я освободилась от объятий двух возбуждённых самцов. У меня все горело внутри, и я пошла на кухню выпить что-нибудь освежающее. Там было темно, и я включила свет.
На кухне моя подружка. Мила, сидя на табуретке около стола, делала минет нашему общему другу, Валерке. Они перепугались, но, узнав меня, успокоились и продолжили заниматься этим непотребством. Я обалдела от увиденного и села в растерянности рядом, забыв, зачем пришла. Милка смачно отсасывала Валерке, а он жмурился от удовольствия.
— Мила! Иди скорей сюда! Сфоткаемся на память! — я услышала голос Сергея — Милкиного мужа. — Ну, где ты там?
— Блядь, — сказала Мила, вынимая член Валерки изо рта, — ни раньше, ни позже, как говорится... На, подержи пока! — добавила Милка, и сунула вдруг мне в руку торчащий Валеркин член, — я быстро! — и упорхнула в комнату к мужу.
Я ошарашено уставилась на штуку в своих руках: на раздувшейся головке показалась прозрачная капля и медленно потекла по стволу. Я механически размазала её пальцем по уздечке и испуганно посмотрела на Валерку. Он вдруг схватил меня за голову и воткнул свой горячий член мне в рот почти на всю длину.
— Прости, Вера, — прохрипел он, — Милка так не вовремя соскочила...
Он попросту стал ебать меня в рот, а я только испуганно смотрела на него и хлопала ресницами, гадая, как меня угораздило оказаться в такой дурацкой ситуации. Через минуту Валерка задёргался, прижав мою голову к паху, и я почувствовала, как «друг» кончает мне на язык и нёбо.
