Ресторан на набережной они выбрали случайно — просто проходили мимо, захотелось есть. Саша даже не запомнил названия. Теперь он сидел напротив жены и думал, что этот вечер запомнит навсегда. До мельчайших деталей. До мурашек. Женя появился за их столиком полтора часа назад. Подошел поздороваться со знакомым, который случайно оказался рядом, слово за слово — и как-то незаметно знакомый ушел в бар, а Женя остался. Сидел теперь напротив Маши, рассказывал какую-то историю про командировку в Таиланд, и Саша видел, как его рука — тяжелая, крупная, с короткими пальцами — лежит на столе в опасной близости от запястья Маши. Маша смеялась. Не так, как смеется с коллегами или с ним по утрам за кофе. По-другому. Грудным, низким смехом, от которого у Саши внутри все сжималось и одновременно тянулось куда-то вниз, в живот.
— А вы давно в браке? — спросил Женя, поворачиваясь к Саше. Вопрос был вежливый, но взгляд — тяжелый, изучающий — скользнул по Маше и задержался там, где вырез платья открывал начало груди.