Глава: Сауна и школьники
Общественная сауна в спа-центре была местом, где Алёнка любила расслабляться после тяжёлой недели. Горячий пар, эвкалиптовый аромат, тишина и покой. Она лежала на верхнем полке, прикрыв глаза, завернутая в простыню, и наслаждалась жаром, проникающим в каждую клеточку тела.
Дверь скрипнула, впуская прохладный воздух и возбуждённый шёпот. Алёнка приоткрыла глаза и увидела их. Двое пацанят, лет по четырнадцать-пятнадцать, не больше. Худые, длинноногие, с прыщами на лбах и неуклюжими движениями. Школьники, явно прогуливающие уроки, чтобы почувствовать себя взрослыми в сауне.
Они замерли, увидев её. Красивая молодая женщина, полуобнажённая, с идеальной кожей и длинными волосами, рассыпанными по деревянному полку. Алёнка улыбнулась про себя. Лёгкая добыча.
«Можно?» — спросил тот, что посмелее, косясь на неё во все глаза.
«Конечно, мальчики, проходите», — голос Алёнки был низким и томным.
Они уселись на нижний полок, стараясь не смотреть в её сторону, но то и дело бросая украдкой взгляды на её длинные ноги, выглядывающие из-под простыни. Алёнка медленно потянулась, позволяя простыне сползти чуть ниже, обнажая плечо и край груди.
«Жарко сегодня», — сказала она, обмахиваясь ладошкой.
Пацаны закивали, краснея до корней волос. Тот, что помладше, кашлянул и уставился в потолок, боясь смотреть в её сторону.
«Вы здесь часто бываете?» — продолжила Алёнка светскую беседу, наслаждаясь их смущением.
Разговор завязался. Они оказались одноклассниками, звали Максим и Артём, учились в девятом классе, пришли «просто так». Алёнка слушала их вполуха, рассматривая сквозь полуприкрытые веки. Хорошенькие. Невинные. Идеальные.
Когда они совсем освоились и перестали зажиматься, Алёнка решила действовать. Она села, и простыня соскользнула полностью, обнажив её грудь. Пацаны замерли, уставившись на неё, как кролики на удава.
«Что, мальчики, не видели никогда?» — усмехнулась Алёнка, проводя рукой по груди, заставляя соски затвердеть.
Максим, постарше, сглотнул. Артём покраснел так, что, казалось, сейчас задымится. Алёнка встала и подошла к ним, её бёдра покачивались в такт шагам.
«Расслабьтесь, — прошептала она, садясь рядом. — Я не кусаюсь. Если только вы сами не попросите».
Её руки легли им на колени, поглаживая через полотенца. Пацаны дрожали, но не отстранялись. Их юные тела откликались на прикосновения быстрее, чем разум успевал осознать происходящее.
«Хотите, я покажу вам кое-что?» — голос Алёнки звучал как обещание рая.
Она опустилась на колени перед ними на деревянный пол и медленно, не спрашивая разрешения, стянула полотенце с Максима. Его член выскочил наружу — уже наполовину твёрдый, тонкий, ещё почти детский. Максим зажмурился от стыда.
«Какой хорошенький», — прошептала Алёнка и, не давая ему опомниться, взяла его в рот.
Максим дёрнулся, застонал, вцепившись пальцами в деревянную скамью. Он никогда не испытывал ничего подобного. Рот Алёнки был горячим, влажным, умелым. Её язык выписывал немыслимые узоры, доводя его до исступления за считанные секунды.
Рядом заворожённо смотрел Артём, его собственный член уже стоял колом, натягивая полотенце. Алёнка, не выпуская Максима, протянула руку и стянула полотенце и с него. Второй член оказался чуть крупнее, такой же невинный и дрожащий от возбуждения.
Она чередовала их, переключаясь с одного на другого, заставляя обоих стонать в унисон. Пар от сауны смешивался с их тяжёлым дыханием, создавая атмосферу первобытного разврата.
«Не кончайте раньше времени, — шепнула она, отрываясь на секунду. — Я хочу, чтобы вы кончили вместе».
Она снова взяла обоих в рот — по очереди, быстро, доводя до грани и отпуская. Максим был на пределе, его яйца поджались, он уже не мог терпеть.
«Можно? — взмолился он. — Пожалуйста, можно уже?»
Алёнка кивнула и снова взяла его глубоко в рот, одновременно рукой дроча Артёму. Максим кончил первым — с громким стоном, выплёскивая в её рот свою юную сперму. Алёнка проглотила всё до капли, не отрываясь, и сразу переключилась на Артёма.
Тот продержался ещё секунд десять, а потом тоже взорвался, залив её рот новой порцией. Алёнка снова проглотила, облизала их члены дочиста и села на корточки, глядя на них снизу вверх.
«Ну как, мальчики, понравилось?»
Они только кивали, не в силах говорить. Максим тяжело дышал, откинувшись на скамью. Артём смотрел на Алёнку с благоговением и ужасом.
«А теперь, — продолжила она, вставая и снова садясь рядом, — ваша очередь. Хотите отблагодарить меня?»
Максим кивнул, уже готовый на всё. Артём последовал его примеру.
«Тогда делайте мне приятно. Руками, языками, чем хотите. Но только там, — она взяла руку Максима и положила себе между ног, прямо на прикрытый полотенцем член. — У меня есть кое-что особенное. Хотите увидеть?»
Она медленно развернула полотенце, открывая себя. Пацаны смотрели, не веря глазам. Между её ног, на идеальном женском теле, возвышался упругий, уже полностью твёрдый член.
«Что… что это?» — прошептал Артём.
«Это мой маленький секрет, — улыбнулась Алёнка. — И сейчас вы будете с ним играть. Трогайте. Не бойтесь».
Максим протянул руку и осторожно коснулся пальцем головки. Член дёрнулся, и Максим отдёрнул руку, но потом снова потянулся, уже смелее.
«Он настоящий… — выдохнул он. — Горячий…»
«Конечно настоящий. И он очень хочет вашей ласки. Ну же, мальчики, не стесняйтесь».
Они оба опустились перед ней на колени, забыв про стыд, про всё на свете. Их руки гладили её член, яички, бёдра. Артём наклонился и лизнул головку, потом взял в рот.
Алёнка откинула голову, закрыв глаза. Два школьника старательно работали языками, облизывая её член с двух сторон, передавая его друг другу, как самую желанную конфету. Это было невероятно — их неопытность, их старание, их желание угодить.
Она кончила быстро, обильно, залив их лица горячей спермой. Пацаны замерли на секунду, а потом, повинуясь инстинкту, начали слизывать друг с друга, перемазываясь, смеясь и целуясь в этом липком хаосе.
Когда всё закончилось, они сидели втроём на полу сауны, тяжело дыша. Максим и Артём смотрели на Алёнку с таким обожанием, что она рассмеялась.
«Ну что, мальчики, теперь будете вспоминать эту сауну каждый раз, когда будете дрочить?»
Они закивали, краснея.
«Тогда запомните главное, — Алёнка встала, заворачиваясь в простыню. — То, что здесь было, — наша тайна. Если кому-то расскажете, я вас больше никогда не позову. А я могу позвать ещё. Поняли?»
«Поняли», — хором ответили они.
Алёнка вышла из сауны, оставив их приводить себя в порядок. На душе было тепло и сладко. Два невинных мальчика, два первых опыта, две порции обожания. Идеальное завершение дня.
Она уже знала, что они придут снова. Будут писать, умолять о встрече, готовы на всё. И она, возможно, согласится. Но в следующий раз научит их кое-чему новому. Например, тому, что мальчики тоже могут быть снизу.
Глава: Домашний урок
Максим и Артём напросились в гости через три дня после сауны. Алёнка читала их сообщения и улыбалась — мальчики писали по очереди, сбивчиво, краснея даже через экран, умоляя о встрече. Она согласилась, конечно. Такие игрушки нельзя бросать.
Они пришли вдвоём, с цветами и шоколадкой, как на первое свидание. Алёнка встретила их в коротком шёлковом халате, распахнутом ровно настолько, чтобы дразнить воображение. Пацаны замерли на пороге, забыв, как дышать.
«Проходите, мальчики, — мурлыкнула она. — Чай будете? Или сразу к делу?»
К делу они хотели сразу. Это читалось в их глазах, в дрожащих руках, в том, как они пожирали её взглядом.
Алёнка провела их в спальню. Огромная кровать, приглушённый свет, зеркала на стенах. Идеальная сцена.
«Раздевайтесь, — приказала она, сбрасывая халат. — Ложитесь на спину. Рядом друг с другом».
Максим и Артём послушно стянули футболки, джинсы, трусы и легли, как по команде, их юные члены уже стояли торчком, предвкушая. Алёнка села между ними на край кровати, оглядывая свою добычу.
«Руки вдоль тела, — скомандовала она. — Не трогать себя. Вообще. Поняли?»
Они закивали, глядя на неё снизу вверх с обожанием и страхом.
Алёнка взяла в левую руку член Максима, в правую — Артёма. Сжала основания, прямо под яичками, пережимая кровоток, лишая их возможности кончить без разрешения. Парни застонали от неожиданности.
«Тихо, — шикнула она. — Сейчас будет самое интересное».
Она начала медленно, мучительно медленно водить большими пальцами по их уздечкам. На сухую, без смазки, по самой чувствительной коже, какая только есть на мужском теле.
Максим дёрнулся первым. Ощущение было невыносимым — лёгкое, щекочущее, дразнящее, но без капли скольжения, без намёка на облегчение. Кожа горела, терлась, посылая в мозг сигналы чистого, нефильтрованного возбуждения, которое не могло найти выход.
«Пожалуйста… — простонал он. — Можно смазку? Пожалуйста…»
«Нет, — отрезала Алёнка, продолжая водить пальцем. — Терпи».
Она теребила их уздечки по очереди, то ускоряя, то замедляя темп, доводя до грани и отступая. Минуты тянулись как часы. Максим начал всхлипывать, его член пульсировал в её руке, яйца поджались до предела, но освобождения не было.
