Поэтому пиковая фаза сексуального возбуждения, характеризующаяся резким выбросом нервно-мышечного напряжения, быстрыми ритмичными сокращениями мышц тазового дна, чувством эйфории и выбросом гормонов (дофамин, окситоцин). Это по научному, а если проще сказать, то обильная и мощная струя вырвавшаяся наружу в замкнутом пространстве, срабатывает как триггер. Она сначала выгнула спину, сжав коленями мой таз, а затем обмякла и легла мне на грудь. Так мы уснули обессиленные физически и эмоционально вдохновлённые.
Наступило утро, первые солнечные лучики заглянули в распахнутое окно. Я лежал с закрытыми глазами, делал вид что сплю, а сам сквозь ресницы смотрел на неё. Вот она откинула смятое одеяло, поднялась и подошла к окну. Лучики солнца заиграли на её голом теле, пикантно подсвечивая сокровенные места. Худосочная, на фоне светлого окна казалась темным и строгим, словно вырезанного из белого мрамора. Я смотрел на неё и странным образом не зная почему восхищался видя обнаженное тело.
Длинная породистая шея, плечики с ниспадающими на них чёрными волосами, точеные с приятным объёмом грудки с выступающими курносо сосками, спина, тонкая талия, довольно узкие бёдра и стройные, мускулистые ноги. Вызывающее особое умиление небольшой продолговатый шрам на левой ягодице.
Я уже не скрываясь смотрел на неё во все глаза, словно пытаясь рассмотреть и запомнить каждую клеточку её фигурки, проговаривая у себя в голове одну единственную фразу.
- Зачем я ей?
- Что я для неё!?
И всё же решил спросить у неё на прямую тихим и уверенным голосом.
- На поеги Ангрези? ( ты понимаешь Английский)
- Руси?! ( Русский)
Мой словесный запас афганского языка был не безграничен, а очень хотелось пообщаться, ведь она была практически единственным контактом в жизни моего плена.
Она вздрогнула, потом мило улыбнулась и глядя мне в глаза начала свой рассказ. Английский язык был у неё превосходный и даже я иногда не успевал и переспрашивал.
- Who is this, or why?
Малала родом из Ирана, вышла рано замуж за сына эмира Калхатского ханства. А во время восстания и захвата дворца всех мужчин арестовали, а когда ввели военное положение просто взяли и расстреляли. После чего присоединили территорию к Пакистану, а её сослали подальше в горы. Теперь вдова занимается меценатством обучением населения искусства, культуры и образования. Местные рассказали, про сбитого летчика о котором ходили легенды упавшего с высоты, тяжело раненного и выжившего.Поэтому она выкупила за сто тысяч долларов и пару ящиков продовольствия. Восток дело тонкое, однако надо быть бдительным.
Внимательно выслушав исповедь молодой вдовы и цветущей женщины, сделал ей знак, подойти ближе. А когда она склонилась, просто прошептал на ухо.
- Thank you very much, I will remember and never forget your kindness.
- Пожалуйста, этот Спасибо тебе.
Сказала она в ответ прошептав на ломанном, с акцентом русском языке.
Все полгода она заботливо перевязывала раны, кормила и поила. И чем быстрее выздоравливал, тем больше погружался в изучении Камасутры. А так же расширяли горизонты в знании языков. Она изучала русский язык, а я осваивал персидский или точнее фарси.
Пока на дом Малалы не вышла военная контрразведка.Раз в месяц наведывались люди в штатском, мне даже сбрили бороду и сфотографировали.
Поначалу пакистанцы требовали от меня информацию о составе войск, системе охраны аэродромов, порядке вывода и ротации войск.
Разумеется я ничего им не сказал, а выяснив личность летчика то есть меня показали газету с некрологом и моей фотографией.
На ломанном английском предлагали за информацию два миллиона долларов и канадский паспорт. Разумеется ответ был один:
- Я не продаюсь!
В тот день Малала пришла ко мне в комнату сразу после визитёров. Она была необыкновенна красива в цветном салатного цвета Сари расшитого золотыми нитками. Покрой слегка изменился, больше прикрывал выступающий животик, но придавал больше статности. Обняв меня, она нежно поцеловала и сильно прижавшись. А затем прошептав мне на ухо слова от которых стало тревожно.
- Спасибо, тебе за всё! Ты очень, хороший и добрый человек! Я буду помнить тебя и может когда нибудь мы встретимся!
На последнем слове, она сделала ударение, крепко сжав мою кисть, склонившись и поцеловав руку. Карие глаза подведённые контрастными тенями наполнились влагой. Она вышла грациозной походкой не оборачиваясь, больше я её не видел.
А когда смог самостоятельно приподниматься на руках садясь в инвалидное кресло, меня перевезли в Исламабад. Там врачи залечили мне все раны, предоставлена чистая гражданская одежда. А спустя почти полутора лет мне сообщили, что что по решению президента страны меня передадут советскому послу. А конкретно, просто обменяли на полковника иностранных спецслужб. Поэтому лето 1988 года мне заполнился на всю жизнь, как трагическое и счастливое. Вопреки всему я остался жив, чудесным образом спасён из плена, а значит скоро буду дома.
В аэропорту меня встретила Эвелина, до сих пор не понимаю откуда и как она черпает информацию.
Восхищения не было предела, открытое платье зелёного цвета, туфельки на высоком каблуке. Она смотрелась, как развёрнутая конфетка, ничего лишнего, но много фантазии. Обняв и прижавшись, она шептала мне на ухо.
- Я верила, что ты вернёшься!
- Мы с твоей мамой никогда не сдавались, верили и ждали!
Она заплакала, крепко держа в объятиях. Взглянув в глаза и крепко сжимая руками мою голову, слёзы лились ручьём падая крупными каплями.
- Поседел, а шрам на голове какой большой!
- Да ладно с кем не бывает! Поехали домой!
Маму было не узнать, старушка, осунулась, глаза провалились глубоко. Было видно человек и его страдания. Она тихо сидела и что-то нашептывала губами.
- Мой мальчик вернулся!
- Жаль отец не дождался!
Тут каким бы я не был закалённым, но слез не смог удержать. Мы так и просидели весь вечер обнявшись, перелистывая мои письма и открытки.
- Мама, а от Лены нет известий?
- Не знаю сынок, я уже давно никуда не хожу.
Вечером приехала к нам Эвелина, она взяла собой тортик и двух дочек. Старшая вылитая мама, младшая огонь наверно в папу пошла. Так и прошёл у на вечер воспоминаний и рассказов про жизненные перипетии. Не знаю почему, но очень уместна стала бы сюда песня
А годы летят,
Наши годы, как птицы летят
И некогда нам оглянуться назад.
Припев из песни, но какой глубокий смысл. Зима, только встретили Новый год! Позвонила Эльвира, рассказала, что в феврале вечер встречи однокласников. Явка обязательна и безоговорочно.
- Надеюсь ты придёшь?
- Зачем, может не стоит!
- Скажешь тоже, все наши будут рады встрече!
- Сидеть за партой, с тобой, а если не удержусь?
- Получишь по полной!
- А может мне этого и хочется, тряхнуть стариной!
Мы засмеялись в трубку и на этой волне отключились. Ностальгия, память избирательна и глубоко в душе шевельнулась грустинка. Хотя мне казалось, что чёрная полоса позади.
Вечер, как и следовала ожидать проходил скучновато, ибо хвастать то особо нечем. У всех, как у всех людей:
Учёба! Работа! Дом!
Последняя графа заполнена детьми, а некоторые экземпляры успели впрыгнуть в вагончик с внуками. Про свои загранкомандировки, я старался не распространяться. Ну что говорить война и есть война, там убивают, а про горе не место и не время.
Спустя часа воспоминаний, к нам в класс зашла директор. Новый заслуженный педагог, распределили или направили из районо, а за ней женщина в голубом костюмчике, юбка чуть выше колена,пиджачок на двух пуговицах и белая полупрозрачная блузка воротничок стоечка. Слегка вьющиеся седые волосы уложены в хвостик и зафиксированы брошью в тон цвета костюма. Фигура спортивной женщины вызывала больше восхищения на зависть всем нашим располневшим от забот и нелегкого быта. Эвелина конечно исключение, хоть двое детей, но смотрит за собой исключительно. Но как и в школьные годы, она больно ударила по ноге, от чего я даже ойкнул. Все узнали Елену Владимировну и приветствовали бурными аплодисментами. Директор улыбнулась и скромно ретировалась громко сказав:
- Вижу у вас всё хорошо! Продолжайте общаться!
Елена Владимировна осмотрев весь класс и подойдя к доске нервно взяла мелок, а затем написала свои каллиграфическим почерком.
- Снова в школу!
Повернувшись она посмотрела на меня. Тишина в классе, что было слышно, как на улице убирают снег скребя лапчатками.
- Игорь, что вы так смотрите?
Спросила она, продолжая стоять у доски нервно покручивая мелок пальцами.
- Вы очень красивая!
Ответил я, не сводя от неё глаз.
Класс громко засмеялся, смех эхом разнесся и ударил нам с Еленой жаром в голову. Щеки пылали, горячим тёплом, боль и обида, любовь и тоска заполонили всю душу.
- Как я рада видеть вас ребята!
Она сказала дрогнувшим голосом и слеза покатилась по щеке.
Эвелина больно ударила мене по ноге и тихи прошептала.
- Сума сошёл, что ли?
Вот и замкнулся виток времени, мы и сами не осознали, что одно поколение прожито, а вернуться увы невозможно. Но как ностальгически приятно окунуться в ту атмосферу. Где были молодыми и счастливыми без обременений и тревог за будущее.
- А давайте пойдём ко мне в гости! Чай и печенье будет уместнее!
Все изъявили желание, быстренько одевшись бывшие одноклассники окружив любимого учителя двинулись в гости. Надо отдать должное Эвелине, она продумала встречу и прикупила пару бутылок шампанского вручив мне пакет.
- Ответственный за сохранность, смотри не потеряйся!
