Ферум яростно задвигал задом. Мама, отпустив папу, упёрлась руками в кровать, а Ферум, обхватив маму руками за задницу, быстро и сильно гонял в её пещерке свой поршень. Флиту буквально трясло от возбуждения. Её рука устремилась к собственной киске. Ей хватило всего нескольких движений для того, чтоб её затрясло в оргазме. Мама, вдруг, выкрикнула что-то нечленораздельное и, затихла стиснув кулаки, сгребая покрывало.
Ферум же, работал членом, как отбойным молотком, почти вылетая из мамы и сразу же всаживаясь в неё на всю глубину, громко и сильно шлёпая бёдрами её по заднице. Мама, бессильно уронив голову на руки, только слегка вздрагивала от мощных ударов поршня своего сына. Но тут Ферум и сам, с силой прижавшись к ней, замер, часто и мелко дёргая задом. Его член, выстреливший свой боезапас, уменьшился в размерах и выскользнул из загруженной спермой двух мужчин пещерки.
Флита вздохнула, сожалея, что зрелище закончилось. Но тут папа, слегка приподнявшись, поманил девочку. Она подошла и легла между папой и братом. Оказавшись между двумя обнажёнными мужскими телами, она нашла ладонями обе мужские игрушки и начала ласкать их. Держать в руках сразу два члена было необычно для неё и возбуждало ещё сильнее. Вдруг две жадные ладони скользнули по внутренней стороне её бёдер, прокладывая путь к девичьей киске.
Флита раздвинула ноги, раскрывая доступ к своему цветку, а приподнявшаяся на локтях мама с интересом наблюдала, как её дочь, ласкает ладошками сразу два члена. Папин поршень уже откликнулся на её ласки, и, слегка вздрагивая от нетерпения, глядел прямо в потолок.
- Иди сюда. Тебя ждут, - мама подняла Флиту и усадила её сверху на лежащего на спине папу.
- Вставай на колени так, чтобы киска оказалась прямо над его членом. И рукой игрушку туда направляй. Смелее.
Флита, как-то внезапно осознавшая, что её прямо вот здесь и прямо сейчас и при всех будут трахать , как-то растерялась и смутилась. Ей, конечно, хотелось этого. До сегодняшнего дня она об этом особо и не думала. Она и предположить не могла, что ей уже можно... ну, как взрослой. И теперь, поняв, что такой момент настал, она завертелась в водовороте чувств, в котором смешались возбуждение и тревога, предвкушение и стыд.
Она ловко устроилась над папой и тут же почувствовала, как мамины пальцы заскользили вдоль входа в пещерку, раздвигая влажные створки. Флита начала осторожно опускаться на член. Приблизившись, она взяла в руку упругий, с блестящей от смазки головкой ствол и подвела его к самому входу в пещерку, продолжая медленно опускаться.
Головка члена, раздвигая тесные, неохотно поддающиеся створки ворот, скрылась внутри.
- Теперь садись. Резко! - прошептала мама.
Флита с силой опустилась на член. Острая боль, возникшая в её киске, чуть было не заставила её остановиться. Но мама, не дав дочке рвануться вверх, надавила ей на плечи, и Флита, чувствуя, как крепкий ствол, сломав вставшую на его пути преграду, заполняет собой её пещерку.
Короткий, чуть запоздалый девичий вскрик оповестил мир о появлении новой женщины. На миг Флита задохнулась от непередаваемого ощущения смеси боли и наслаждения. А потом ласковые руки папы легли ей на плечи, и подчиняясь их команде, она начала ритмично раскачиваться на папе, позволяя мужской игрушке скользить внутри её сокровищницы.
Настоящий, горячий, жаждущий женского тела мужской член двигался внутри её киски, массируя нежные, непривычные ещё к подобной ласке стенки пещерки, заставляя бёдра девочки вздрагивать в сладком порыве. А затем снова уходит из тесных объятий впервые раскрытого девичьего бутона. И так раз за разом. Не спеша, без резких движений, папа плавно скользил в ней, сводя к минимуму неизбежные для первого раза неприятные ощущения и даря девочке незнакомое ей прежде удовольствие. Флита же, просто подчинялась рукам своего папы, едва осознавая происходящее. Она вроде бы и видела, и слышала, что мама с её братом затеяли свою возню на полу возле кровати. Но всё это было как в тумане. Флите не впервой было достигать оргазма, но одно дело, если ласкают снаружи, а вот когда внутри…
Её бёдра уже не сжимались и разжимались в такт движениям члена, а просто дрожали мелкой дрожью. Её попка продолжала двигаться вверх-вниз, насаживая, исходящий соком цветок, на желанный живой стебель. То, что она кончила, она осознала лишь несколько секунд спустя. До этого был просто какой-то провал.
Очнувшись, Флита поняла, что лежит на папе, уткнувшись ему головой в плечо, а попка и низ живота слегка вздрагивают в последних волнах извержения её пещерки. Руки и ноги не слушались. Даже слезть с папы у неё не было сил. Папа осторожно выскользнул из под дочки, оставив её лежать лицом вниз. Флита без сил распласталась на кровати, тяжело дыша и почти не обращая внимания на то, что происходит вокруг.
Она слышала, как тихонько постанывала её мама и за что-то хвалила её брата, затем почувствовала, как руки раздвинули ей ягодицы, и прямо в дырочку потекло нечто холодное и густое. Флита не очень понимала, зачем это делается, но не сопротивлялась, лишь слегка вздрогнула, когда папа ввёл палец в попку и начал осторожными движениями расширять маленькую дырочку.
Тут папа вынул палец, и девочка почувствовала, как его большой, да что там, просто огромный для узенькой девчачьей попки ствол входит внутрь.
- Ой-й-й!
Но мужская игрушка уже сидела в её заду, а сам папа лежал сверху и нежно целуя шею и плечи девочки, начал размеренно и плавно двигаться в её попке. Боли больше не было. Даже, неприятное поначалу, ощущение двигающегося там взад-вперёд стержня, быстро сгладилось, став незаметным, а потом и вовсе приятным. Дыхание её снова участилось, а попка, словно помимо её воли, сама приподнимается навстречу движению, скользящей внутри игрушки. Флита уже не ожидала, что у неё хватит сил испытать сегодня что-то ещё. Но неутомимые, ритмичные ласки, двигающегося внутри поршня, опять наполнили её нутро приятными ощущениями.
Папа тоже стремился к финишу. Движения его стали более резкими и неровными, он громко и часто дышал над её ухом. Два неразборчивых голоса взвыли что-то слева от Флиты. Она повернула голову.
Мама, широко раздвинув согнутые в коленях ноги и крепко вцепившись в плечи Ферума, извивалась под ним. А тот, бешено дёргая задом, изо всей силы, словно стремясь вбить маму в пол, всаживал в неё свой стержень. Наконец, он всем телом прижался к маме, и оба замерли, иногда вздрагивая и тяжело дыша.
В другой ситуации она не оторвала бы от такого зрелища глаз, но сейчас всё происходящее отодвинулось куда-то далеко. Мчащийся внутри попки "экспресс" уже почти привёз Флиту к "конечной станции". Папа резко выгнувшись, вошёл в Флиту на всю глубину и в тесноту попки ударила горячая струя.
Он короткими судорожными толчками вдавливал дочку в кровать. И с каждым толчком его распалённый член выстреливал в её попку новую порцию спермы. И тут же, с последними каплями спермы, словно именно их не хватало кончила и Флита. Прижатая сверху папой, она задрожала под ним всем телом и, стихнув, снова распласталась на кровати. Теперь уже окончательно без сил. Она почувствовала, как папа вышел из неё, и его жидкость, пачкая ягодицы и бёдра, потекла наружу. Она не могла заставить себя пошевелиться но подошедшая мама помогла ей сесть. С этого дня такие развлечения в их семье стали практически традицией, и фактически каждый совместный поход в баню почти всегда заканчивался совместными или попарными сексуальными утехами.
************
Ферум продолжал усердно трахать в попу свою сестру и, подойдя к финишу, вынул член, обливая обильным количеством спермы её попку.
Ворона Кагги-Карр, добравшись до Изумрудного города, крикнув на ходу Фараманту, стражу ворот, о нашествии врагов, понеслась во дворец, тем самым закончив проходящую внутри оргию.
Тем времен огромная стая галок, сорок и воробьев налетела на деревянное войско Урфина Джюса. Птицы метались перед лицами солдат, царапали когтями спины, садились на головы, стараясь выдрать стеклянные глаза. Дуболомы напрасно размахивали саблями и дубинками, птицы ловко уклонялись и удары попадали не туда куда следует.
Завязалась всеобщая свалка. Урфин Джюс кричал и топал ногами. Наконец порядок был кое как восстановлен, птицы отогнаны и армия нестройно двинулась к воротам. Но со всей этой суматохой было потеряно очень много времени и Кагги-Карр успела сообщить о нападении врагов. Дин Гиор бросился на защиту ворот. Он закинул за плечи свою длинную бороду и понесся по улице большими шагами. Двигаясь к воротам, он призывал жителей города встать на защиту города, но они предпочли спрятаться в своих домах.
Дин Гиор прибежал к воротам, которые Фарамант запер на крепкие засовы. Считая, что этого недостаточно, защитники принялись выламывать камни и хрусталь из мостовой и громоздить их у ворот. Когда ворота были засыпаны до половины, послышались громкие удары.
– Откройте, откройте! – раздались снаружи крики.
– Кто там? – спросил Фарамант.
– Это я – могущественный Урфин Джюс, правитель Голубой страны жевунов.
– Что вам нужно?
– Я хочу, чтобы Изумрудный город сдался и признал меня своим повелителем.
– Этого не будет! – храбро ответил Дин Гиор.
– Мы возьмем ваш город приступом!
– Попробуйте! – возразил длиннобородый солдат.
