— Охренеть… — простонал он. — Машка… продолжай…
Я снова взяла его член в рот и начала двигаться в ритме: глубокий минет и одновременно медленные толчки пальцем в попке. Саша стонал громче, его бёдра дёргались, он явно был на грани. Я чувствовала, как его член набухает во рту, как пульсирует, и ускорилась.
— Маша… я сейчас… — выдохнул он.
Я сделала глубокий вдох через нос и приняла его член почти полностью, одновременно введя палец до упора. Саша закричал и кончил мне прямо в горло — горячими, густыми струями. Я глотала, не останавливая движений ртом и пальцем, продлевая его оргазм. Он дрожал, выгибался, и наконец обмяк на кровати.
Я медленно вынула палец и отпустила член, облизывая головку. Саша лежал с закрытыми глазами, тяжело дыша.
— Это было… — прошептал он, — невероятно. Ты чума, Машка.
Я улыбнулась, чувствуя себя немного уставшей, но безумно довольной. Я прилегла рядом, положив голову ему на грудь. Его сердце колотилось как бешеное.
— Спасибо, Саш, — сказала я. — Мне так нравится узнавать всё это с тобой.
Он обнял меня, целуя в макушку:
— И мне. Ты открываешь для меня целый мир.
Мы ещё долго лежали, обсуждая наши ощущения, а позднее побежали на вечернюю электричку.
Глава 3. Джем-сейшн
Кульминацией нашей «дегустации» стала предвыпускная вечеринка в снятом домике на природе. Нас было семь человек, но самые близкие — я, Дима, Саша, Миша, одноклассник Коля и, по моему приглашению, мои подруги Катя и Лена (они давно хотели поучаствовать в чём-то подобном и, как выяснилось, тоже были девственницами, как и все парни, кроме, может быть, Кати, но она призналась, что только целовалась).
После костра и гитары мы всемером переместились в большую комнату. Горел камин, пахло хвоей и дымом. Я чувствовала себя ведущей этого импровизированного шоу.
— Правила простые, — объявила я. — Никакого давления, можно отказываться в любой момент. Мы здесь, чтобы кайфовать и узнавать новое. Всё по любви, но без обязательств. Презервативов не будет, мы их просто забыли. Так что аккуратнее… Договорились?
Все закивали, кто-то смущённо, кто-то с предвкушением. Катя с Леной переглянулись и хихикнули.
— А теперь, — продолжила я, — давайте разденемся. Чтобы никто не стеснялся в одежде, когда все голые. Начнём с белья и трусов, хорошо?
Мы встали в круг. Я первой стянула футболку и джинсы, оставшись в кружевном комплекте. Катя, покраснев, последовала моему примеру — её простой хлопковый лифчик и такие же трусики смотрелись трогательно. Лена, самая стеснительная, долго мялась, но потом резко, будто в омут с головой, скинула всё, оставшись в розовом белье. Девчонки прикрывались руками, хихикали и краснели.
Парни смотрели на нас с восхищением. Дима первым стянул футболку, обнажив подтянутый торс, и остался в боксерах. Саша и Миша сделали то же самое. Коля, покраснев до корней волос, стянул джинсы, оставшись в смешных семейных трусах в клеточку. Мы все рассмеялись, и неловкость растаяла.
— А теперь можно и всё, — я расстегнула лифчик и бросила его на пол, стянула трусики. — Смелее, это же кайф!
Катя, зажмурившись, стянула трусы и сняла лифчик, прикрывая грудь руками. Лена, глядя на неё, сделала то же самое. Парни избавились от трусов — и вот мы все стоим голые, освещённые свечами. Красота! Разные тела, разная кожа, и все такие живые, настоящие.
Мы начали целоваться, гладить друг друга. Постепенно лёд растаял, мы разбились на парочки, но всё смешивалось.
Катя сначала просто сидела рядом с Димой, наблюдая, как мы с Колей и Мишей ласкаем друг друга. Я видела, как она украдкой поглядывает на его член — твёрдый, подрагивающий. Она краснела, отводила глаза, но снова возвращалась взглядом. Дима заметил это и мягко улыбнулся ей:
— Кать, хочешь потрогать? — спросил он тихо, без всякого напора. — Просто так, рукой.
Катя закусила губу, помедлила, но потом кивнула и несмело протянула руку. Её пальцы коснулись головки, и она вздрогнула, будто от укола током.
— Ой… он горячий… и шелковый… — прошептала она, обводя пальцем край головки. Дима тихо выдохнул.
— Можно… можно попробовать поцеловать? — спросила Катя, глядя на меня с таким искренним, почти детским любопытством, что у меня сердце сжалось от умиления.
— Конечно, Катюш, — я подползла ближе и села рядом. — Давай я покажу. Смотри, можно начать вот так…
Я взяла член Димы в руку и показала, как провести языком по головке, снизу вверх. Катя повторила, неуклюже, но старательно. Её язык коснулся самого чувствительного места, и Дима застонал, запрокинув голову.
— Да… вот так… молодец, — выдохнул он, гладя её по волосам.
— А теперь можно взять в рот, но аккуратно, — подсказала я. — Зубы убери, представь, что это мороженое.
Катя послушно приоткрыла рот и попробовала взять головку. Сначала только кончик, потом чуть глубже. Она двигалась медленно, неуверенно, но с таким энтузиазмом, что это было безумно трогательно. Дима помогал ей, направляя её голову руками, шептал: «Не спеши, дыши носом… да, вот так умница…»
Я сидела рядом, поглаживая Катю по спине, и чувствовала, как сама завожусь от этого зрелища. Моя лучшая подруга, такая стеснительная и неопытная, сейчас училась доставлять удовольствие, и в её глазах горел настоящий восторг открытия.
Через минуту она оторвалась, вытирая губы и сияя:
— Ничего себе! Это так странно… но приятно! Он пульсирует во рту! И вкус… солёный такой, живой…
Лена тем временем увлеклась Сашей — они целовались, а его руки уже гладили её грудь, спускались ниже. Я слышала, как она ахнула, когда его палец проник в неё:
— Ой… Саша… аккуратнее, я первый раз…
Я же оказалась в центре компании. Миша и Коля ласкали меня руками и языками, пока я сидела на коленях у Димы (Катя на время отвлеклась на изучение Колиного члена). Колины пальцы скользили по моей киске, Мишины губы сосали грудь. Я запрокинула голову и просто плыла в этом океане прикосновений.
И тут Дима, обнимая меня за талию, шепнул на ухо:
— Маш, хочешь попробовать по-настоящему? Я имею в виду, вставить член? Мы все тут девственники в этом деле, но… вместе же легче?
Сердце забилось чаще. Я ведь ещё ни разу не занималась настоящим сексом. Только оральный и пальцы. Но сейчас, в этой атмосфере полного доверия и возбуждения, я чувствовала, что готова. И кто, как не Дима, с которым мы начинали этот эксперимент, должен стать моим первым?
— Да, — выдохнула я. — Только… можно я пока буду сосать? Мне так спокойнее.
Дима понимающе улыбнулся, а Коля, который стоял рядом на коленях, тут же пододвинулся и протянул свой член к моим губам:
— Держи, всегда пожалуйста.
Я взяла Колин член в рот — он был гораздо тоньше, чем у Димы, и мне было легко двигаться. Глубоко вдыхая, чувствуя, как головка упирается в нёбо, я сосредоточилась на этом знакомом действии, а Дима тем временем пристроился сзади. Я стояла на четвереньках, опираясь на одну руку, другой придерживая Колин член, и чувствовала, как головка члена Димы касается входа во влагалище.
— Готова? — спросил он.
Я кивнула, не выпуская член изо рта, и он начал медленно входить.
Первое, что я почувствовала — давление. Член раздвигал стенки, входил внутрь, и это было странно, тесно, немного больно. Я замерла на секунду, привыкая, но ритмичное сосание Колиного члена отвлекало от неприятных ощущений. Дима гладил меня по спине, шептал: «Дыши, расслабься». Я сделала глубокий вдох через нос (рот был занят) и почувствовала, как член вошёл чуть глубже. Чувство наполненности стало сильнее, и вдруг он вошёл полностью. Я ахнула, чуть не выпустив Колин член — это было остро, но не невыносимо. Как будто внутри что-то лопнуло, растянулось, и по телу разлилось тепло.
— Ты как? — спросил Дима, замерев.
Я вынула Колин член изо рта, чтобы ответить:
— Хорошо… Немного щиплет, но норм. Продолжай.
Я снова взяла член Коли в рот, и Дима начал двигаться. С каждым толчком трение становилось приятнее, влагалище адаптировалось, и острая боль сменилась тягучим, глубоким удовольствием. Я чувствовала, как его член скользит внутри, задевая чувствительные места. Колин член во рту пульсировал в такт моим движениям, и от этого двойного проникновения — в рот и во влагалище — у меня сносило крышу.
Вокруг меня продолжались ласки: Катя, уже освоившаяся, подползла и целовала мне плечи, Лена гладила по спине. Я слышала их возбуждённые вздохи, чувствовала, как их пальцы касаются моего клитора.
