Я взяла. Тёплый, тяжёлый, живой. Под пальцами пульсировала кровь. Ну почему он не стоит? Я тут голая в раскачку перед ними… а они… Обидно, одним словом. Владислав дышал ровно, смотрел куда-то поверх моей головы.
— Теперь наклонись. Открой рот, обхвати губами головку. Не зубами, губами. Язык — плоским, под головку. Да, так. Медленно опускайся вниз.
Я опустилась. Он был солоноватый, гладкий, пах мылом и чуть-чуть — собой. Я всосала головку и почувствовала, как он постепенно твердеет во рту.
— Смотри на Влада, — сказала Анна Ильинична. — Видишь, как меняется дыхание? Как расширяются зрачки? Отличная реакция парня…
Я подняла глаза. Владислав смотрел на меня — и впервые за всё время в его взгляде появилось что-то тёплое, живое. Он чуть улыбнулся.
— Хорошо, — выдохнул он. — Очень хорошо.
— Теперь добавь руку, — командовала Анна Ильинична. — Основание, ритмично. Рот и рука работают синхронно. Да, отлично. Видишь, как он откликается?
Я видела. Член во рту набух, стал плотнее, горячее. Владислав дышал чаще, его пальцы легли мне на плечо — не направляя, просто касаясь.
— Работай головкой, — сказала Анна Ильинична. — И когда почувствуешь, что он на грани предложи ему кончить тебе в рот. И обязательно проглоти. Это важно — для него и для твоего организма.
— Не против? — спросила я, вынимая член изо рта на секунду.
— Да, — прерывисто выдохнул Владислав. — Пожалуйста.
Я взяла снова, глубоко, чувствуя, как напряглись мышцы его живота. Он кончил тремя толчками — горячо, густо, горьковато. Я глотнула, хм не так не приятно как я рассчитывала, потом ещё раз, облизала головку, собирая остатки.
А теперь обязательно поблагодари партнера, - напомнила медсестра
— Спасибо, было вкусно — ответила я.
И вдруг поняла, что улыбаюсь.
— Отлично, — Анна Ильинична сделала пометку в карте. — Первый контакт прошёл без напряжения. Теперь Артём. Лера, попробуй сама, без подсказок.
Я перешла к Артёму. Он был шире в плечах, пах деревом и чем-то пряным. Я расстегнула его джинсы , приспустила их вместе с трусами до коленок уже увереннее, взяла в рот — и поймала себя на том, что мне это ну очень нравится.
Елки зеленые, в своем мире я не разу этого не делала, да и первый и единственный секс у меня был в 10 классе с курсантом первокурсником военного училища который не продержался и пары минут , кончив мне на спину. Не понравилось мне тогда. Да я его и не разглядела толком. Шампанское… это всё оно…. А здесь уже второй член у меня за щекой… Даже в фантазиях себе это представить не могла.
Артём кончил быстро, с тихим стоном. Я проглотила, облизала губы.
— Молодец, — сказал он. — Вкусно?
Я засмеялась. Мне вдруг стало легко.
Кирилл, с короткой уздечкой, потребовал осторожности. Я двигалась медленнее, чувствуя, как натягивается тонкая кожица, и старалась не задевать зубами. Он благодарно гладил меня по голове, шептал: «Тихо, тихо, не спеши». Когда он кончил — почти без предупреждения, — я успела проглотить, но часть вытекла по подбородку.
— Ничего, — Анна Ильинична протянула салфетку. — Навык придёт.
Михаил, с кривизной влево, был самым сложным. Член под странным углом упирался в щёку, пришлось менять положение головы. Я экспериментировала, двигалась то глубже, то мельче, и вдруг поймала идеальный ритм.
— Да, — выдохнул Михаил. — Вот так. Не останавливайся.
Я не останавливалась. Я брала его в рот и чувствовала, как это правильно — не механически, а осознанно. Как я учусь читать его тело, угадывать, что ему нужно. Когда он кончил, я ощутила почти гордость.
— Спасибо, — сказал он серьёзно. — Ты очень быстро учишься.
Я же была возбуждения до предела, хотелось гораздо большего.
Анна Ильинична смотрела на меня с одобрением.
— Теперь вагинальный приём. Ляг на кушетку, Лера. Владислав, подойди.
Я легла, раздвинула колени. Наконец то, не могу как хочется, хотя и напоминает это более какую то медицинскую процедуру .
Владислав встал между моих ног, глядя вопросительно.
А что, они ещё смогут? - озвучила я свой вопрос
— Конечно,они у нас орлы… Твоя инициатива, — напомнила Анна Ильинична. — Попроси.
— Войди в меня, — сказала я. — Пожалуйста.
Он вошёл медленно, бережно. Я выдохнула, принимая его. Внутри было тесно, горячо, почти больно — но боль быстро сменилась наполненностью. Он двигался плавно, смотрел на меня внимательно, следил за моими ощущениями.
— Не замирай, — сказала Анна Ильинична. — Двигай бёдрами навстречу. Ты не пассивный объект, ты участник.
Я двинулась. И поняла, что это правда — я участвую. Я выбираю глубину, угол, ритм. Я чувствую, как меняется его дыхание в ответ на мои движения. В этот раз процедура была долгой, вот что значит второй раз.
Мы кончили одновременно - я с громкими стонами, он как то тихо с рыком… но кончил внутрь, замер на секунду и отстранился. Сперма потекла по бедру, тёплая, липкая.
— Теперь в попку, — сказала Анна Ильинична. — Артём, подготовь.
Артём смазал пальцы гелем, осторожно вошёл в анус. Я напряглась — это было непривычнее, чем вагинально, — но он ждал, давая привыкнуть.
— Расслабься, — шепнул он. — Я не тороплюсь.
Я расслабилась. Один палец, потом два. Он двигал ими медленно, растягивая, готовя.
— Теперь войди, — сказала Анна Ильинична. — Медленно.
Артём вошёл. Я выдохнула сквозь зубы — тесно, очень тесно, почти до боли. Но он замер, давая мне время, и боль отступила, сменилась странным, глубоким чувством заполненности.
— Двигайся, — велела Анна Ильинична. — Скажи ему, как тебе удобно.
— Медленнее, — попросила я. — И… чуть глубже.
Он подчинился. Я чувствовала, как член скользит внутри, как раздвигает стенки, как пульсирует в такт сердцу. Это было странно, не похоже на вагинальный секс — но тоже хорошо. По-своему.
Артём кончил с тихим стоном, уткнувшись лбом в моё плечо.
— Спасибо, — выдохнул он. — Ты очень тёплая внутри.
Я лежала, голая, между двумя парнями, и сперма текла из меня сразу из двух отверстий. Месяц назад я бы сошла с ума от ужаса. Сейчас я чувствовала только спокойствие и странную, глубокую благодарность.
— Ты молодец, — сказала Анна Ильинична, заполняя карту. — Отличные рефлексы, быстрая адаптация. Через две недели придёшь на контрольный осмотр, посмотрим динамику циклов.
Я села, натянула чулки, юбку. Парни заправляли рубашки, застёгивали джинсы. Владислав задержался у двери, обернулся.
— Ты правда быстро учишься, — сказал он. — Если захочешь ещё практики — я в нашей общаге, комната 312. В любое время.
Мы вышли в коридор. Зоя сжала мою руку.
— Ну как?
— Хорошо, — сказала я. — Просто супер.
И это было правдой.
Я не ожидала, что буду чувствовать такое спокойствие после того, как четверо почти незнакомых мужчин брали меня в рот, в пизду и в попу. Я не ожидала, что буду улыбаться, вспоминая их лица, их дыхание, их «спасибо».
Но я улыбалась.
И мне казалось, что я наконец-то поняла что-то очень важное о себе. О том, что стыд — это не врождённое чувство. Это конструкция. И её можно разобрать по кирпичикам, если рядом есть люди, которые держат тебя за руку.
Анна Ильинична закрыла карту, сняла очки, потёрла переносицу.
— Следующая, — крикнула она в коридор. Зоя с довольной улыбкой вошла внутрь.
А я шла по институтскому коридору, чувствуя, как сперма медленно вытекает из меня, пропитывает чулки, и думала: «Какая же я счастливая, что попала именно сюда».
**Буфет. Макс.**
На второй день я проснулась с ощущением, что между ног чего-то не хватает.
Не мужчины. Не секса.
Воздуха.
Я надела самую короткую юбку — клетчатую, шотландку, нашла в шкафу. Чулки с разрезом. Клипсу.
Клитор пульсировал от каждого шага.
В буфет мы пошли на большой перемене.
Очередь тянулась от раздачи до самых окон, человек двадцать. Пахло котлетами, мокрым полом и дешёвым кофе. Я уже достала мелочь, когда Зоя тронула меня за локоть.
— Смотри, старшекурсники.
Двое у стойки с пирожками обернулись. Один — темноволосый, с трёхдневной щетиной, второй — светлый, в очках, похожий на Дмитрия Нагиева, но выше. У обоих на бейджиках значилось «IV курс, лечфак».
— О, свежая кровь, — сказал темноволосый, разглядывая нас без стеснения. — Первокурсницы?
Зоя улыбнулась так, будто её представили к награде:
— Второй день.
Парень посмотрел на меня, задержал взгляд на груди, потом ниже, на отросший за ночь квадратик. — Хорошая стрижка.
Я почувствовала, как щёки наливаются жаром.
— Спасибо.
— Хочешь пососать? — спросил он буднично, кивнув на свою ширинку. — У меня зачёт по нормативам через полчаса, так что если невтерпеж то можешь прямо здесь.
Я посмотрела на Зою. Она уже опустилась на колени перед светлым, ловко расстегнула ему джинсы и взяла его не очень большой но толстый как сарделька член в рот, даже не прерывая разговора с кем-то из очереди. Её клипса блеснула под лампой дневного света — тонкая дуга из нержавейки, унизанная мелкими стразами, плотно обхватывающая набухшую головку клитора. При каждом движении бёдер стразы вспыхивали голубым.
