Наконец я отстранилась, опухшими губами прошептала:
- Мой хороший… - целуя его в нос ещё раз. - Ты… ты меня свёл с ума.
Бруно нежно лизнул мне щёку.
Я встала, взяла его за ошейник, слегка потянула к кровати.
- Иди сюда, мой любимый… - сказала я хрипло. - С сегодняшнего дня ты спишь со мной. Всегда.
Он запрыгнул, уютно улегся рядом. Я укрыла нас одеялом, развернулась к нему спиной, удобно устроила свой зад, прижавшись к его сильному телу. Его дыхание грело шею. Проваливаясь в глубокий сон в моей голове ворочались сладкие , будоражащие мысли о размере хера моего Бруно, о том , что чувствует сучка, когда ее запирают узлом, что надо купить ему стальной ошейник с сердечком, еще что-то про ясли…..
Через пару дней мы, по традиции, гуляли вечером после моей смены в яслях. Гуляли в большом лесопарке, недалеко от дома. Я за несколько дней уже привыкла к его шагу рядом, к тому, как он иногда поворачивает морду и смотрит на меня. Мне с ним было спокойно и уютно. В тот вечер мы вышли позже обычного — я задержалась в яслях, помогала одной маме с ребёнком. Уже настали сумерки, фонари освещали почти пустой парк. Я отстегнула поводок - Бруно всегда любил побегать свободно по парку. Он устремился в кусты, ведомый только ему известной целью. Я шла медленно, улыбаясь сама себе.
Я свернула на узкую тропинку, где кусты были особо густые и плотные. Внезапно я услышала голоса. Грубые, пьяные.
— Эй, красотка, одна гуляешь? Что ищешь? — двое парней, рыжий и худой, перегородили дорогу. Молодые, но с нехорошим взглядом. Один, Рыжий, достал нож- блеснул под фонарём. Второй, Худой, уже потянулся, ухмыляясь, к ширинке.
Мое сердце ухнуло в пятки. Мысли понеслись обрывками: «Бежать… нет, не успею… Бруно где… они меня убьют, его убьют… нож… кричать… никто не услышит…». Руки задрожали, я отступила назад, спиной упёрлась в ствол дерева .
- Отойдите, - голос у меня дрожал и срывался, но я старалась говорить громко. - У меня собака тут.
Они засмеялись.
- Собака? Где твоя собака, дура? - Рыжий, поблескивая ножом, шагнул ближе. - Давай, раздевайся, сучка, по хорошему, собака у нее, бля….
Я открыла рот, но горло сжалось. Бруно был где-то впереди, в кустах - они его не видели. А я видела только нож, ухмылки, руки, которые тянулись ко мне.
- Пожалуйста… не надо… — прошептала я из последних сил.
И тут я услышала рык. Низкий, вибрирующий, как работающий на низких оборотах трактор. Я, кстати, так на долю секунды и подумала, пока Бруно не вылетел из кустов снарядом - огромным, чёрным снарядом с горящими глазами. Он врезался в Рыжего, сбил его с ног, нож отлетел куда-то в кусты, потом развернулся к Худому, напрыгнул на него и рыча устремился оскаленной пастью к его тонкой татуированной шее.
- Отвали! Отвали, сука! - хрипел испугано тот, его голос ломался и дрожал от страха.
« О боже, если Бруно загрызет его… его заберут, усыпят… он же защищает меня, а его за это убьют… нет … он мой… мой хороший…»
- Фу! Бруно, нельзя! Фу! Ко мне! - закричала я изо всех сил, срывая голос. - Фу, мальчик, фу!
Бруно не укусил - он устрашающе рычал, прижимал лапами, показывал клыки. Худой тонко визжал, стараясь выползти из-под Бруно, потом, когда ему это удалось, он вскочил и бросился бежать, доганяя уже далеко убежавшего Рыжего.
Я стояла на коленях, вся дрожала, попыталась встать, но ноги меня не слушались. Бруно повернулся ко мне, подошёл, лизнул мне заплаканное и испуганное лицо - нежно, как всегда. Я обняла его за шею, уткнулась лицом в шерсть. Слёзы текли от страха, от облегчения, от благодарности.
- Спасибо… мой хороший… ты меня спас… - шептала я, дрожа всем телом. - Ты мой… мой защитник… мой… хороший, мой любимый мальчик….
Он лизнул мне щёку, потом лицо, губы, прижался всем телом. Тёплый, тяжёлый, надёжный. Я сидела на земле, обнимала его, целовала его морду, его пасть, зарываясь в шерсть и думала: «Это, наверное, от стресса и это неправильно, но я теку от его силы, от его защиты и я хочу, чтобы он меня трахнул прямо здесь…»
Минут через пять я смогла подняться и прижимая бок Бруно одной рукой к себе мы пошли домой. Я не выпускала уже поводок из рук - хотя он и так шёл рядом. Когда я закрыла за собой входную дверь, я осознала, что сегодня ночью я отдамся ему полностью. Потому что он - мой, мой защитник А я - его сучка.
Я даже не стала принимать душ - боялась передумать. Руки дрожали, когда я скинула футболку и шорты, легла на кровать голая, раздвинула ноги шире. Я посмотрела на себя в полумраке - немаленькая грудь, с уже твёрдыми и чувствительными сосками, слегка покачивалась от дыхания. Живот мягкий, тёплый, с лёгкой округлостью, которая делала меня настоящей женщиной, а не девчонкой - он так и манил прикоснуться, провести по нему ладонью. Бёдра гладкие, чуть полные, между ног всё блестело от влаги, губки набухли и раскрылись, клитор торчал, пульсировал и требовал ласки. Ножки стройные, но с той мягкостью, которая заставляла всех дрожать от возбуждения. Всё мое тело горело от предвкушения , кожа покрылась мурашками, соски стояли, как маленькие вишенки, а внизу всё текло, текло неудержимо, оставляя влажные следы на простыне. Я чувствовала себя такой желанной, такой готовой на все шлюхой, которая хочет, чтобы её взяли грубо и полностью.
Бруно запрыгнул следом, лизнул мне щёку, потом сиську , живот — его дыхание уже горячее, возбуждённое.
- Бруно… мой хороший… - прошептала я, взяла его морду в руки. - Возьми меня. Пожалуйста. Я твоя. Трахай свою девочку. Я хочу тебя внутри… хочу, чтобы ты разорвал меня своим толстым узлом.
Ладошкой слегка похлопала по своей мокрой пизде. Он сразу понял - носом уткнулся в лобок, вдохнул глубоко. Я сразу максимально широко раздвинула и подняла ноги, прижимая колени к груди. Его язык прошёлся по бёдрам - медленно и горячо. Я застонала, выгнулась. Он лизал всё глубже и активнее , его язык скользнул по складкам, вошёл внутрь, вылизывал стенки, тёр клитор кончиком носа. Слюна текла рекой из его пасти, смешивалась с моими соками, которые уже хлестали из меня, стекали по бёдрам, по простыне, собираясь в лужу. Запах - псиный, солоноватый, животный, с ноткой моего возбуждения, заполнил комнату.
Я хваталась за простыню, стонала громче:
- О да… лижи меня… вылижи свою суку до самой матки… ой, глубже… соси мой клитор. Лижи меня поглубже… да, вот так, мой хороший мальчик, мой Хозяин… ешь мою мокрую пизду… я теку для тебя, как сучка в течке… да...я твоя сучка в течке!! не останавливайся!!
Он лизал языком, слегка задевал гладкими клыками и от этого я получала разряды тока … Его слюна капала с его морды, смешивалась с моими выделениями, всё внизу было скользким, липким, горячим. Первый раз я кончила быстро волна накатила, тело задергалось в судорогах, соки брызнули ему в пасть фонтаном, как из шланга. Он глотал, урчал, повизгивал, слизывал всё до капли, а я кричала: «Дааа… кончаю… ой, Бруно… ещё… высоси меня всю… я твоя шлюха, пей, пей меня! Дааа!!!»
Через пару минут я перевернулась на четвереньки, легла грудью на постель, вывернула и подставила попку, раздвинула ягодицы руками, чтобы он видел всё — мокрую, пульсирующую дырочку ануса, жадный, мокрый и красный зев моей пизденки, текущей от его языка.
- Бруно…мальчик мой...кобелина... возьми меня… - стонала я. — Разьеби меня, разьеби свою суку. Входи в меня… трахай меня, как течную блядь… засунь свой толстый пёсий хуй в мою пизду… разорви меня, заполни своей спермой… я хочу быть твоей замужней шлюхой… кончи в меня, кончи в свою суку!
Он оседлал мой зад - его лапы обхватили талию, своим телом он прижал меня к матрасу. Толстый, горячий, красный член, с капающий предсеменной жидкостью ткнулся в меня раз, второй, третий, Бруно возмущенно заскулил подергивая задом. Из уретры медленно вытекала прозрачная, тягучая предсеменная жидкость - густая, как сироп, блестела в полумраке, капала на мои бёдра горячими каплями. Я не удержалась, протянула руку назад, взяла его член у основания, сжала пальцами, провела по всей длине. Предсперма потекла обильнее, стекала по моим пальцам, оставляя скользкие нити. Резкий животный запах ударил в нос. Я поднесла пальцы к губам, лизнула ,вкус был непривычный, солоновато-сладкий и чуть горьковатый. Глотнула, застонала тихо: «Ты уже течёшь для меня… такой вкусный… хочу ещё…»
Я слегка подыграла задом, поймала его и он в меня вошёл одним толчком. Я закричала от удовольствия - он растягивал меня до предела, заполнял полностью, стенки влагалища обхватили его плотно и нежно. Его головка вбивалась раздвигая в шейку матки с каждым толчком, давила, как будто стучалась внутрь, требовала войти глубже. Вся спина моя и зад горели , его слюна капала на мою вспотевшую спину, наши выделения текли по моим бёдрам, капали на простыню, лужа родо мной становилась все больше, всё было скользким, мокрым и липким. Запах усилился: сперма, пот, мои соки , запах был густой, животный, как в зверинце. Звуки нашего с Бруно траха возбуждали меня еще больше - шлепки тела о тело, хлюпанье моей вагины , его рычание, его учащенное дыхание, чавканье от жидкостей, которые брызгали из пизды при каждом его толчке.
