— Ты уже почти готов, мой хороший. Но не так быстро. Вечер только начинается.
Она поднялась и, взяв его за руку, повела к кровати. Она легла первой, раскинув руки в стороны, и ее тело в лунном свете казалось высеченным из мрамора.
— А теперь твоя очередь, Александр. Покажи мне, на что ты способен. Покажи мне, как ты умеешь ласкать женщину. Не торопись. У нас вся ночь.
Он лег рядом с ней, и его руки словно сами собой нашли ее грудь. Он начал нежно массировать ее соски, которые тут же затвердели под его пальцами. Ирина закрыла глаза и тихо застонала. Он наклонился и взял один сосок в рот, а второй начал тереть пальцами. Он чувствовал, как ее тело напрягается, как учащается ее дыхание.
Его рука начала медленно скользить вниз, по ее плоскому животу, к тому самому месту, где ждало его сокровище. Он коснулся ее волос, и она вздрогнула. Его пальцы раздвинули ее влажные губки и вошли внутрь. Она была горячей и невероятно мокрой. Он нашел ее клитор — маленький, упругий узелок — и начал ласкать его круговыми движениями.
— Да… — прошептала она. — Именно так… Не останавливайся…
Она начала двигать бедрами в такт его движениям, навстречу его руке. Он чувствовал, как она приближается к оргазму. Он усилил давление, ускорил движения, и через мгновение ее тело выгнулось дугой, она схватила его за руку и издала долгий, срывающийся стон. Она дрожала несколько секунд, а потом расслабилась, тяжело дыша.
— Боже… — выдохнула она, открывая глаза. В них блестели слезы удовольствия. — Александр… это было… чертовски хорошо.
Она потянулась к нему и поцеловала его. Это был поцелуй не такой, как раньше. Он был глубоким, страстным, благодарным. Ее язык исследовал его рот, и она могла чувствовать вкус своего собственного сока на его губах.
— А теперь я хочу тебя, — прошептала она ему в ухо. — Хочу почувствовать тебя внутри себя. Прямо сейчас.
Она легла на спину и широко раздвинула ноги, приглашая его. Александр не заставил себя просить. Он навис над ней и медленно вошел в нее. Она была узкой и горячей, и когда он полностью погрузился в нее, они одновременно застонали. Он начал двигаться, медленно, наслаждаясь каждым толчком, каждым соприкосновением с ее телом.
— Смотри на меня, — потребовала она. — Смотри мне в глаза, когда ты делаешь мне это.
Он посмотрел в ее темные, бездонные глаза. В них плескалось столько страсти, столько похоти, что у него закружилась голова. Он начал двигаться быстрее, сильнее. Она обвила ноги вокруг его пояса, подтягивая его к себе с каждым толчком. Комната наполнилась звуками их тел, их тяжелым дыханием, их бранными словами.
— Да, сука, да! — кричал он, теряя контроль.
— Давай! — отвечала она. — Давай еще! Давай глубже! Разорви меня!
Это был дикий, первобытный секс. Они не целовались, они просто смотрели друг другу в глаза, совокупляясь с животной яростью. Он чувствовал, как она снова приближается к пику, и это сводило его с ума. Он хотел кончить вместе с ней.
— Я сейчас… — прохрипел он.
— Давай, давай со мной! — закричала она. — Кончи в меня! Залей меня своей спермой!
Ее слова стали последней каплей. Мир взорвался тысячей искр. Он издал крик, в котором смешались и боль, и восторг, и облегчение, и мощным толчком излился в нее. В тот же миг ее тело снова начало конвульсировать в спазмах оргазма. Они лежали так несколько минут, не в силах пошевелиться, мокрые от пота, сливаясь в единое целое.
Наконец он слез с нее и лег рядом. Ирина повернулась на бок и положила голову ему на грудь.
— Ну что, Александр, — тихо сказала она. — Ты не разочаровал. Ты даже больше, чем я ожидала.
— Ты тоже, — честно ответил он. — Ты просто… фантастика.
Они молчали еще немного, слушая шум моря и биение друг друга сердец.
— Знаешь, — снова начала она, и в ее голосе появились новые, игривые нотки. — Это было прекрасно. Но это было… обычным. Ты понимаешь? Это то, что делают все. А я люблю необычное. Люблю то, что заставляет тело вибрировать от неизвестных доселе ощущений.
Александр ничего не понял, но его тело напряглось в предчувствии чего-то странного и волнующего.
— Ты выглядишь сильным мужчиной, — продолжала она, и ее рука снова начала скользить по его телу, на этот раз вниз, к его ягодицам. — Настоящим мужчиной. Настоящие мужчины не боятся экспериментов. Они готовы открывать в себе новые грани удовольствия.
Ее пальцы легонько коснулись его ануса. Александр дернулся, как от удара током.
— Эй, что это? — нервно спросил он, пытаясь отстраниться.
Ирина только рассмеялась, тихим, низким, вкрадчивым смехом. Она не убрала руку. Наоборот, ее пальцы стали еще настойчивее, легонько массируя его плотно сжатое кольцо.
— Тссс… не бойся, мой хороший, — прошептала она, ее голос был гипнотическим. — Я не сделаю тебе больно. Я сделаю тебе так хорошо, как ты даже не представляешь. Ты же сказал, что твоя жизнь стала серой? Так давай я добавлю в нее самые яркие, самые сочные краски. Краски, о которых ты и не мечтал.
Ее другие пальцы нежно обхватили его яички, лаская их, успокаивая, пока ее указательный палец продолжал свои игры у входа в его запретное место. Александр был в смятении. Часть его, его воспитание, его привычные представления о мужественности, кричала: «Нет! Это извращение! Отбрось ее!». Но другая часть, его тело, которое только что пережило один из самых сильных оргазмов в жизни, отвечало на ее прикосновения. Оно отвечало живым, трепетным интересом.
— Ты никогда не пробовал? — спросила она, видя его колебание. — Никогда не позволял женщине или даже себе прикоснуться к себе здесь? — она слегка надавила пальцем, и он снова вздрогнул, но на этот раз не от страха, а от странной, щекочущей волны тепла, которая прокатилась по его позвоночнику.
Александр промолчал. Он не пробовал. Эта мысль даже не приходила ему в голову. Анальный секс был чем-то, что делают гомосексуалисты. Он был нормальным мужиком. Он…
— А зря, — как будто прочла его мысли Ирина. — Ты просто не знаешь, чего лишаешь себя. Здесь, внутри, есть маленькая железка. Волшебная кнопка. Ее называют простатой, или мужской точкой G. И если правильно нажать на эту кнопку, мужчина может испытать такой оргазм, что все, что было до этого, покажется детской забавой. Не просто кончить, а взорваться изнутри. Кончить всем телом, каждой клеточкой.
Она говорила об этом с таким жаром, с такой убежденностью, что Александр начал ей верить. Ее слова были ядовитым, сладким нектаром, и он жадно его пил.
— Просто расслабься, — продолжала она шептать. — Доверься мне. Я уже показала тебе, что могу доставить удовольствие, правда? Так доверься мне еще раз. Позволь мне показать тебе рай, о котором ты не подозревал.
Она отстранилась и взяла со столика лосьон для тела, который он привез из дома. Она выдавила немного на свои пальцы и снова вернулась к нему. На этот раз ее палец был скользким, холодным. Он легко коснулся его ануса, и холод лосьона вызвал новый, еще более острый спазм удовольствия.
— Вот видишь? — улыбнулась она. — Твоему телу уже нравится. Оно умнее твоего мозга.
Она начала медленно, очень медленно вводить палец внутрь. Александр напрягся, инстинктивно сжимая мышцы.
— Расслабься, солдат, — приказала она, и ее голос стал строгим, властным. Это было не просьба, это была команда. И, к своему удивлению, он послушался. Он сделал глубокий вдох и заставил свои мышцы отпустить ее палец.
Тот скользнул внутрь легко, почти безболезненно. Ощущение было новым, странным. Не больным, но непривычным. Полное, инвазивное. Он чувствовал ее палец внутри себя, и это было одновременно и унизительно, и невероятно возбуждающе.
— Молодец, — похвалила она. — Ты такой послушный. Тебе это идет.
Она начала двигать пальцем, медленно вращая им, растягивая его изнутри. И Александр почувствовал это. Странное, глубокое, ноющее ощущение начало распространяться оттуда, где был ее палец, по всему низу живота, к основанию его члена. Его член, который уже был в состоянии покоя, начал медленно, но верно оживать.
— Ты чувствуешь? — спросила она. — Чувствуешь, как разгорается огонь?
И вдруг ее палец коснулся чего-то внутри. Что-то твердого, размером с грецкий орех. В тот же миг по всему телу Александра пронеслась мощная электрическая искра. Он вскрикнул не от боли, а от острого, почти болезненного удовольствия. Его член подпрыгнул и стал каменным.
— Вот! — торжествующе сказала Ирина. — Я нашла ее. Привет, простата. Мы очень рады знакомству.
Она начала ласкать эту точку. Сначала легонько, постукивая по ней подушечкой пальца. Каждый толчок вызывал у Александра стон и новый прилив крови к паху. Он никогда не испытывал ничего подобного. Это было глубже, чем обычное возбуждение. Это было что-то фундаментальное, первобытное.
— Тебе нравится, да? — спрашивала она, продолжая свою игру. — Ты хочешь больше? Ты хочешь, чтобы я заставила тебя кончить отсюда? Чтобы ты излился, как девочка, без единого прикосновения к своему прекрасному члену?
Ее слова были унизительными, но они не злили его. Они возбуждали его до предела. Она играла на его эго, на его мужественности, ломая его, перекраивая его под себя.
— Да… — вырвалось у него. Он не хотел этого говорить, но его тело взяло свое. — Да, пожалуйста…
